Грейс уже было решилась сказать об этом Джонни, когда вдруг увидала, как он смотрит на Грейси — со страстным желанием защитить, и одновременно с каким-то отчаянием. Джонни — Джонни, для которого всегда существовали только его мотоциклы, выгодные дилерские операции и ремонтная мастерская, которую он открыл в Чикаго, — теперь нуждался в ее помощи из-за Грейси.
Девушка вдруг обнаружила, что в салоне наступила тишина и кресло больше не скрипит. Грейси сидела, наблюдая за взрослыми. Глаза малышки выдавали тайную печаль.
Грейс охватило ощущение безысходности. Она лишь шепнула Джонни:
— Не знаю. Я должна подумать.
Но она не в состоянии была сосредоточиться, пока он стоял рядом. Девушка направилась к столику и заставила себя улыбнуться Грейси. Подняла кресло на максимальную высоту — и была немедленно вознаграждена: на лице Грейси появилась улыбка — малышка наклонилась, чтобы взглянуть на оставшийся где-то далеко внизу пол. Грейс не стала сажать ее на специальный детский стульчик — пусть почувствует себя большой.
— Знаешь, просто сделай немножко покороче.
Голос Джонни словно споткнулся о мрачный взгляд Грейс.
Она повернула девочку лицом к зеркалу.
— А ты, Грейси, какую хочешь прическу?
Малышка уставилась на свои розовые теннисные туфельки. Джонни направился к ним, но на этот раз взгляд Грейс уже недвусмысленно приказал ему остановиться.
— Как у тебя, — произнесла наконец малышка.
— Прекрасный выбор, — улыбнулась Грейс.
Она была тронута. Никто никогда еще не пытался ей подражать.
Повязав Грейси розовую накидку, она принялась за работу. Чувствуя на себе пристальный взгляд Джонни, девушка спрашивала себя, заметил ли он, что ее каштановые волосы — когда-то такие длинные — теперь аккуратно подстрижены до плеч, видит ли ее легкий макияж и модный хлопчатобумажный джемпер поверх свежей белой футболки. Она вспомнила неряшливую одежду и неухоженные волосы той старшеклассницы, какой была когда-то. Нет, она не была девочкой, которую приглашают на школьный бал. Но ведь в те времена, хотя и на свой лад, Джонни тоже не был таким мальчиком.
Она разделила на пряди шелковистые детские волосики. Джонни в это время кружил по парикмахерской. Его прямой нос морщился от удушливых ароматов растворов и шампуней. Мужчина пристально разглядывал развешанные по стенам фотографии моделей с искусно сделанными прическами, задержался у кассы. Позади нее Грейс повесила портрет Элвиса с челкой — как дань уважения прошлому.
— Я помню эту фотографию, — сказал Джонни.
Ну, конечно же, он помнил. Ее родители были фанатами Элвиса — пик популярности его фильмов и песен пришелся на то время, когда им было по тридцать и они полюбили друг друга. Холл и гостиную старого дома на ферме, где Грейс жила после их смерти, украшали плакаты и фотографии Элвиса. Лишь однажды она танцевала с Джонни — именно в этой гостиной, под медленную мелодию Пресли «Я не могу не полюбить тебя».
Грейс отогнала охватившую ее печаль и критически посмотрела на Джонни. Красавец — модная стрижка, сексапильная прядь на лбу. С челкой он был бы неотразим — точь-в-точь молодой Элвис.
Он обернулся и тоже взглянул на нее. По привычке скрывая свои чувства, Грейс высокомерно произнесла:
— Шампунь и приличная стрижка делают чудеса.
Джонни вспыхнул:
— В городе у меня есть свой парикмахер.
Грейс отвернулась, скрывая усмешку. Ей не хватало бодрящих стычек с этим парнем. Она скучала по Джонни. И прежде чем ей удалось остановить себя, девушка представила, — как не раз делала прежде, — что бы произошло, пожелай он и в самом деле жениться на ней.
Но он вернулся, чтобы спасти малышку Грейси.
Им надо еще поговорить, поэтому Грейс принялась поспешно приводить в порядок детскую головку. Девушка знала, что означает это позвякивание ключами в кармане: терпение Джонни явно на исходе.
Джонни подавил желание провести рукой по волосам. Ему и в самом деле следовало пойти к парикмахеру, но в это кресло он не сядет ни за что! Чтобы ему вокруг шеи повязали этот розовый слюнявчик?..
А Грейси, казалось, была довольна стрижкой. Ее улыбка словно проникала прямо в сердце Джонни.
Он знал, как она страдает, знал, как плачет по ночам, как цепляется за него, когда ему приходится ненадолго покидать ее, — боится, что, как и родители, он исчезнет навсегда.
И Джонни больше не расставался с Грейси. Своим бизнесом он занимался по телефону. Перестал ходить на вечеринки. Да он вообще все бросил ради племянницы! Готов был вывернуть мир наизнанку, только бы она чувствовала себя счастливой. И вовсе не собирался отдавать ее теперь своим родителям.
Что, как утверждает его адвокат, означает: необходимо привести свои дела в порядок, обеспечить девочке настоящий дом, семью, чтобы выиграть в суде дело у своих респектабельных, богатых родителей.
Ничего себе шутка!
Но девочка не должна расти в той же ледяной атмосфере, что они с сестрой. Он обязан ей помочь. И Грейс должна выйти за него замуж.
Джонни, нахмурившись, наблюдал за девушкой. Время от времени они с Дженелл переписывались. От сестры он узнал, что ферма Грейс висит на волоске, что по-настоящему никого в ее жизни нет. Может, его предложение и было несколько неожиданным, но он видел, что девушка хочет помочь Грейси. И не понимал, что же ее удерживает.
Вообще-то Грейс всегда была человеком независимым. Перечить-то ему она никогда особенно не перечила, но, в отличие от Дженелл, уговорить ее попроказничать было не так-то просто.
Он обвел взглядом ее фигуру — когда-то угловатые, а теперь плавные линии. Грейс всегда казалась ему сестренкой, но сейчас…
Умело щелкая ножницами над челкой Грейси, девушка поймала его пристальный взгляд:
— Что?
— А я думал, ты замужем, — соврал Джонни смущенно — на самом деле мысли его были заняты ее стройной ножкой, скрывавшейся под тканью юбки.
— А я думала, ты женат на крашеной блондинке с большим бюстом. — На губах Грейс появилась улыбка. — Силиконовым.
Джонни рассмеялся. Какая-то веселая искра всегда тлела в Грейс, хотя жизнь, которая крутилась вокруг страдающей болезнью Альцгеймера матери и денежных затруднений, рано заставила ее стать ответственной и серьезной. Джонни вдруг пришло в голову, что даже временно она не должна выходить замуж за такого человека, как он. Грейс заслуживает романтичного парня, который верит во все эти игры — сердечки, цветы, кольца. Который верит в любовь.
Но ему нужна именно такая девушка, как она — с ее здоровым деревенским воспитанием. И он знал, что она будет добра к Грейси, так же как была добра к застенчивой Дженелл.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
