потерял голову. Он полагал, что каждая разумная женщина желает, чтобы ее любовник постоянно себя контролировал.
Ну ничего, с Поуни он себя сдерживать не станет! Кент просто был на это не способен, а теперь понял, что это и не нужно. Любовь к Поуни открыла ему глаза. А сама Поуни, может, и боится, но боится не его.
Он даст ей только наслаждение. Заставит ее потерять голову от удовольствия, а потом и сам забудет обо всем на свете… как вчера от этих ее стонов…
Остается только убедить Поуни в том, что он ее больше не оттолкнет. Соблазнить собственную жену…
Поуни обогнула утес и изумленно уставилась на деревушку, видневшуюся на лесистых берегах бухты. Полдюжины недостроенных хижин, словно возникший из небытия рыбацкий поселок позапрошлого века. А чуть пониже, в углу между двумя утесами, виднелся восьмиугольник фундамента. Большой водопад с грохотом падал со скалы к морю каскадом заводей, осененных густой растительностью.
По стройке расхаживали люди в соломенных шляпах. Ближе к воде стояли три желтых строительных времянки и кран. На двери одной из времянок висела табличка «Офис».
Поуни тянуло сюда, как магнитом, но, оказавшись на стройплощадке, она не знала, что делать. Кент ведь никогда не говорил, что Поуни может приходить к нему на работу. А после вчерашнего… Что он подумает, увидев ее здесь? Вдруг решит, что она ищет его внимания?
Девушка решила повернуть обратно, но было поздно. Тропинка уже скрылась под волнами. Отступать некуда.
— О! А это что за русалочка?
Кент, Барри и Гордон обсуждали неожиданно возникшую проблему с водопадом. Собственно, они уже все для себя решили и собрались уходить.
Гордону Блейку, архитектору, создавшему для Макнаба уже несколько проектов, очень понравилось то, как поступили с естественным водопадом позади виллы, и он решил устроить нечто подобное рядом с отелем. Он запроектировал и с помощью Кента разработал закрытую систему очистных сооружений. Но это требовало новых расходов, которые могли перекрыть отпущенную смету.
Когда Барри сказал про «русалочку», Кент наконец понял, откуда это странное ощущение в затылке. И развернулся так резко, что едва не свалился.
— Да это же Поуни! — воскликнул Гордон. Но он разговаривал с пустым местом: шеф-строитель был уже на полпути к пляжу.
Кент увидел, как Поуни, постояв, развернулась и поплелась по воде обратно к скале, потом остановилась в нерешительности.
— Поуни! — крикнул Кент, сам того не замечая, он уже почти бежал.
Девушка настороженно посмотрела на него.
— Привет! — выдохнул он, остановившись перед ней и отдуваясь.
— Привет, — ответила Поуни.
Кент был в соломенной шляпе, рубашке с коротким рукавами, шортах цвета хаки и рабочих ботинках. Поуни видела, как блестят капли пота среди курчавых волосков на его обнаженных ногах.
— Я, наверное, тебе помешаю… — промямлила она.
— Да что ты! Идем, я покажу тебе стройку.
У Кента едва хватало самообладания не сжать ее в объятиях прямо тут, у всех на виду. Он лишь приобнял жену за плечи бессознательным жестом собственника и повел наверх. Все, кто их видел, сразу отметили, что у руководителя стройки чертовски хорошенькая жена, и что он явно готов переломать кости всякому, у кого хватит глупости ей об этом сказать.
Кент почувствовал, как Поуни отстранилась. Со стороны незаметно, но разница между женщиной, которая готова растаять в объятиях мужчины, и женщиной, которая стремится держаться независимо, ощущается сразу. Значит, не так все просто…
Ну что ж, буду действовать медленно и осторожно, решил Кент. Торопиться все равно некуда. У меня вся жизнь впереди. Главное — правильно подойти к делу…
Лучше бы он ее не трогал! Поуни хотелось прижаться к мужу, но если она так поступит, чем это кончится? Она еще чего доброго станет со слезами умолять его заняться с ней любовью, признаваться в своих чувствах…
Многих Поуни уже знала. Гордон, Барри и кое-кто еще заезжали к ним на коктейль, с другими они иногда встречались в Порт-Санрайзе. Водя жену по стройке, Кент представил ей двух-трех мужчин, с которыми она еще не была знакома.
Никогда еще мужчины не были с ней столь любезны и почтительны. Поуни и не думала, что строители могут быть так вежливы. Дома, в Канаде, девушке порой вслед свистели и отпускали сальные шуточки, а тут все разговаривали с ней, как с настоятельницей монастыря…
Или как с привлекательной женщиной, которую стережет большой и грозный медведь. Впрочем, Кент держался позади Поуни, и выражения его лица она не видела.
— Как красиво! — воскликнула она, когда, завершив обход стройки и вернувшись в офис, Кент показал ей макет будущего отеля. — А на сколько туристов он рассчитан?
— Двадцать четыре будут жить в бунгало, стилизованных под хижины аборигенов, и двенадцать — в основном модуле. Всего тридцать шесть.
— А как же небоскреб?
— Небоскребом мы зовем двухэтажное центральное здание, — объяснил Кент. — Вот это все.
— А в городе ходят слухи о бетонном многоэтажном монстре и всем таком прочем! Местные знают, что вы строите на самом деле?
Кент нахмурился.
— Вроде бы да. Должны знать. Макнаб ведь показывал кому-то макет отеля, разве нет, Гордон?
Архитектор пожал плечами.
— Он его показывал инвесторам. Это я знаю, потому что сам присутствовал. А видел ли макет кто-то из местных… — Гордон развел руками.
Поуни покачала головой.
— Видите ли, если бы люди могли это видеть, если бы они знали, что пляж на самом деле не испортят, что после окончания строительства вместо выкорчеванных деревьев высадят новые… Понимаешь, Кент ты просто не слышал того, что слышала я. Люди не знают, кто я такая, думают, что с какой-нибудь яхты… Наверное, большинство жителей острова всерьез полагают, что отель будет десятиэтажной махиной из розового бетона!
Решено было устроить праздник в честь завершения первого цикла строительства и пригласить всех желающих. Гостей собирались угощать шампанским и демонстрировать им макет будущего отеля. Разумеется, дальше офиса и огороженной площадки рядом никого не пустят: кому нужны поломанные ноги и пробитые головы? Но уже и так было видно, что отель будет именно таким, каким представлен на макете. Многие деревья были выкопаны вместе с корнями и лежали в стороне под влажным брезентом. Сразу становилось ясно: как только работы будут завершены, их высадят на склоне горы между бунгало.
Водопад, по мнению Поуни, должен был стать гвоздем программы. Местные жители были наслышаны про гигантский плавательный бассейн, но и подумать не могли, что это окажется так красиво и не нарушит естественного ландшафта!
Праздник организовали чрезвычайно быстро. Промедление сулило новые «несчастные случаи», возможно, более успешные. Поуни побывала
