Нет. Мои молитвы услышаны и был ответ. Но слишком поздно.
Я старалась не смотреть на Бобби, но мои глаза предали меня и нашли его. Я увидела пустоту в глазах. Физически он был здесь. Но нашел способ, как пережить этот момент. Бобби смирился с нашими судьбами. Я посмотрела на Рори, он улыбался, а я не могла сдерживать слезы. Люди вокруг меня улыбались и думали, что я плачу из-за любви. Так и было, но это была любовь не к жениху.
Я чувствовала себя грязной, когда читали обеты. Чувствовала, что теряю свое счастье в лице Бобби. Надеялась, что он все понял.
А потом Рори взял мои руки, и сердце опустилось. Не потому, что он собирался надеть мне кольцо, а потому что кольцо, которое мне дал Бобби, все еще было на моем пальце. Смутно понимала, что говорит Рори, думала, как мне избавиться от кольца. Я незаметно сняла его с безымянного пальца и попыталась положить его в другую руку, но оно упало. Как будто было мало сегодня боли на сегодня. Но сейчас я стояла и смотрела на кольцо, которое упало, покатилось в сторону Бобби и остановилось у его ног.
Он посмотрел на меня и увидел выражение ужаса в моих глазах. В этот момент слегка наклонился, незаметно поднял кольцо и убрал его к себе в карман.
Вот я стою клянусь в вечной любви, в горе и радости, в болезни и здравии, богатстве и бедности, пока смерть не разлучит нас с братом человека, которого я действительно люблю. Начался торжественный ужин. Здесь были наши семьи, друзья, какие — то незнакомые мне люди. Все они подходили, поздравляли и улыбались мне. Но они не знали, что поздравляют меня с самым печальным днем моей жизни.
Я не видела Бобби после церемонии. И наделась, что ситуация с кольцом было несчастным случаем, я не хотела потерять его.
Я не знала, как себя вести с ним. Всего несколько часов назад мы говорили о любви, думали о побеге и планах на будущее, наши тела были соединены так, как я когда — то хотела быть только с мужем. Но одна церемония отдалила нас друг от друга.
— Где ожерелье? — спросил Рори. Он сидел рядом со мной, и его рука была на спинке моего стула.
Он коснулся моей шеи.
— О нет! Из-за этой предсвадебной шумихи я забыла его надеть. Мне так жаль. Оно очень красивое. Огромное спасибо.
— Конечно, милая, — он поцеловал меня в щеку. — Ты сегодня очень красивая.
— Спасибо, дорогой. Ты сегодня тоже очень красивый.
Рори посмотрел на озеро.
— Можешь поверить, что, когда — нибудь наши дети будут купаться в этом озере? Забираться на эти деревья? Бегать по этой траве?
Я с грустью покачала головой.
— Нет. Если честно, я до сих пор чувствую себя одним из этих детей.
— Ха. Я тоже.
Раздался неожиданный звон. Он пронесся над гудением толпы.
Я последовала за звуком и увидела Бобби. Он держал фужер шампанского в одной руке и нож в другой. Он был пьян. Я могла сказать это с уверенностью, только посмотрев на него. Все мое тело напряглось из-за страха потерять все из-за его пьяной речи. Но когда он произнес первые слова, то я узнала того Бобби, которого все любили. Тот, кто обладал своей особой магией, кусочком которого хотел владеть каждый.
— Я знаю Лил, наверно, лет с шести. Может быть с семи. У нас была определенная репутация. Думаю, это началось тогда, когда я попытался украсть ее конфеты на карнавале, и она ударила меня. Сильно. У этой леди сильный хук справа, дамы и господа!
Бобби сделал паузу, и все рассмеялись. Его тон слегка изменился, он опустил глаза вниз и произнес больше для себя, чем для всех.
— Лил всегда была красивой девушкой и не важно, чтобы она делала. Если и было то, что я знал наверняка с детства, так это как Рори смотрел на нее. Он любил ее, хотя сам даже не понимал, что это значит.
Я пыталась сдержать слезы, когда узнала слова, которые он мне говорил ночью. Это было секретное послание для меня на глазах у всех собравшихся.
— Я всю жизнь знал, что этот день неизбежен.
Бобби поднял стеклянные глаза на Рори.
— Рори — ты подонок. Женишься на самой прекрасной девушке, которую я когда — либо знал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Глаза Бобби перешли ко мне, и он замер на секунду, заметив мои слезы, опустил глаза. Затем вздохнул, словно готовился к эмоциональному потрясению. Снова посмотрел на меня, но уже с улыбкой.
— Лил, заботься об этом человеке. Иногда он бывает эмоционален. Он всегда идет своей дорогой. Рори эмоционален лишь потому, что у него большое сердце. Люди с большим сердцем могут испытывать больше других.
Бобби поднял свой стакан.
— За вас двоих. Вы два самых удачливых человека в мире, потому что нашли друг друга. Я действительно рад, что вы делаете этот шаг вместе. Если и есть в мире что — то, что способно сделать меня счастливым, так это счастье моего брата. Сегодня мой самый счастливый день, потому что я вижу, как он смотрит на Лил и понимаю, что он счастлив.
Затем он произнес более торжественным тоном.
— Так вот, чтобы этим летом и до тех пор, пока вам не исполнится восемьдесят, вы купались нагишом под луной. Пусть маленькие Лайтли бегают беззаботно, как это делали мы. Пусть мои будущие племянники и племянницы не покидают объятий Лил. Вас двоих ожидает удивительная жизнь вместе. Я так рад за тебя.
Бобби остановился на секунду.
— Я люблю вас, — произнес он срывающимся голосом. — За Рори и Лил! — объявил он и сделал глоток шампанского.
Раздался снова звон стекла, и слово взял мой отец. Я беспомощно наблюдала краем глаза, как Бобби выскользнул из стола и скрылся в темноте.
После я не видела его семь лет.
Глава 13
Лето 1957
— Сожалею, мы опоздали! — объявила Барби, подойдя к нашему столику со Стэном. — Близнецы были неугомонны. Метания и истерики, все это пришлось нам вынести, прежде чем смогли оставить их с няней.
Сигарета традиционно свисала с ее губ.
— Не беспокойтесь, — сказал Рори, вставая, чтобы поприветствовать ее и Стэна.
Стэн был неповоротливым человеком. Он был ростом около двух метров с большим животом. В колледже он играл в нападении и был заметен в любой команде, за которую бы ни играл.
— Привет, Рори. Как дела? — он протянул руку. — Лилли, — он кивнул в мою сторону.
— Большой Стен. Я работал как бешеная собака. Это жаркое лето отлично подходит для работы. Как насчет тебя?
Стэн, который старше Барби, был директором местного страхового агентства. Жили они достаточно скромно. Он откинулся на спинку стула, пытаясь скрыть свой высокомерный взгляд за тонким слоем своих профессиональных навыков.
— Вы же знаете, что людям всегда необходимо страхование независимо от того, какая погода, — он подмигнул Рори.
Рори толкнул меня локтем.
— Этот парень продолжает пытаться переманить меня к себе работать.
Я слабо улыбнулась, искренне проявляя интерес к их беседе.
— Слышал, твой брат вернулся. Он теперь один из них, хипстеров? — грубо спросил Стэн.
— Он не хипстер, — вставила я раздраженным тоном.
Рори посмотрел на меня, удивленный моей реакцией, перед тем как ответить Стэну.
— Он не хипстер. Просто парень, который любит свободу. Он воевал в Корее, его ранили в плечо. Не думаю, что хипстеры делают это. Бобби просто не тот человек, который будет сидеть в офисе.
Я была рада слышать, что Рори защищает своего брата.
— Ну, — Стэн выхватил зажженную сигарету у Барби, которая хмыкнула в ответ на кражу. — Судя по всему, все женщины на нашей улицы его поклонницы. Они глазеют, когда он стрижет твой газон или делает какие — то домашние дела. Оказывается люди, которые носят костюмы и работают целыми днями, недостаточно привлекательны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я посмотрела на Барби, взгляд, который был обращен на Стэна.
— Должна ли я начать ревновать? — дразнила его Барби.
— Тсс. Я просто говорю то, что слышал.
— Можно подумать, у тебя есть время для сплетен, — произнесла она, выхватывая назад свою сигарету, пепел при этом упал на скатерть перед ними.
