убил троих и даже не знаю, что теперь делать! Может вас тоже убить?
Спустя секунд десять пара ног застучала по лестнице, я вылез в окно и дождался гостей. Азиат первым заметил меня и атаковал льдом, успев задеть холодом мои волосы, когда я спрыгнул. Мне удалось спрятаться за углом здания, прежде чем тощий, с острым взглядом мужчина выглянул в окно, высматривая меня.
— Кто бы ты ни был, ты заплатишь за моих людей, — крикнул он громко, но спокойно. Я уже не смотрел, а открывал двери в главный зал, где все еще были мои знакомцы.
Увидел ту же картину, что и перед тем, как побежать наверх, и молча схватив девочку с матерью, потащил их наружу. Милену пришлось буквально отрывать от тела мужа, а ее дочь просто бездумно следовала, будто кукла. Грендар поспешил за нами, не издав ни звука.
Удачно, что те двое не догадались использовать заложников. То ли не поверили моему заявлению, то ли просто идиоты. Заложники, это всегда 50 % к победе в бою с такими, как я.
Забежал в зверинец, и когда открыл дверь комнатки Сеары, на меня уже смотрели дикие, зеленые глаза. Во тьме они горели, как фонари.
— Гаинцих, сидишь здесь, держишь обеих возле пантеры, — быстро скомандовал я и заранее активировал щит. Пока я начну действовать, немного верну потраченное. И вообще, стоило еще в комнате это сделать, пока обшаривал трупы. Забыл.
Грендар закивал.
— А ты, — глянул я на непослушную, — чтобы никого постороннего к мелкой не подпускала. Ясно?
Пантера фыркнула и отвернулась к прижавшейся к стене девочке. Ее мать, похоже, была серьезно не в себе, постоянно рыдала и не спешила защищать дочь.
Я не стал проверять надежность приказа, да и как проверить. Аккуратно выглянул наружу и, никого не обнаружив, покинул зверинец. Сканировать своим радаром-паутиной не было смысла, я и так знал, что там маги, и только ману зря потрачу. За неполные пять минут беготни восстановилось еще восемь фер, моя нынешняя граница была почти достигнута, и разбрасываться маной не выйдет.
Перебежками направился к главному зданию, и когда оказался шагов за двадцать от порога, сбоку, за углом сарая с купальней, дверь открылась. Вышел тот мужик, что кричал из окна. Смуглый, кудрявый, с коротким приплюснутым носом, в руке одноручный меч.
— Ты даже не представляешь, во что вляпался, — заявил он сразу, окидывая взглядом двор. Пусть говорит, пока мана восполняется.
— Так просвети меня, — сказал я громко, выглянув из-за угла. Внутри все кипело, то ли от предвкушения, то ли от страха. Даже не знаю, что хуже.
— Увы, не могу. Но теперь, даже если ты сбежишь, тебя найдут и казнят, как паскудного сероволка, — кивнул он уверенно, посмотрев в мою сторону.
Я сделал пару глубоких вдохов и вышел на открытое пространство.
— Тогда почему мы говорим, а не разбрасываемся магией? — спросил я, провернув полуторник на опертом в землю острие. Да в меня сейчас могли целиться чем-то неприятным, но сорок фер удержат атаку, если только она не превысит тридцать фер. А вот если я устою, это заставит их задуматься.
Тем временем плосконосый шагнул от двери и спрыгнул с порога, сказав, как бы невзначай:
— По той же причине, по которой ты меня еще не атаковал.
— Да, неприятно, когда не знаешь силу противника, — выдохнул я как бы устало. Чертовы игры в крутых ребят.
— Давай так, мне, в целом, плевать на тебя, и я лично преследовать не стану. Но кому надо сообщу. У тебя есть шанс выжить, если уйдешь сейчас, — предложил он, прищурившись, уверенно.
Я снова провернул полуторник и, поджав губы, отказался.
— Нет, так не пойдет. Вы убили того, кого я недавно спас и, вероятно, сделали девочку заикой. Испортили вечер, оставили меня без ужина, заставили убивать и лишили нормального сна, — перечислял я, загибая пальцы. — Давай, я лучше убью вас обоих и спокойно уйду, не оставляя хвостов.
Он ухмыльнулся краешком губ:
— Довольно самонадеянно, не считаешь?
— Убил уже троих и с вами справлюсь…
Я едва договорил, как прямо за спиной послышался громкий шорох ботинок об сухую землю, и моя мана тут же просела на пятнадцать фер.
— Э? — раздалось сзади удивленно.
Я мгновенно реагирую и кручусь назад, прошив мечом пространство за спиной. Лезвие сталкивается со щитом лысого азиата, и моя мана разрушает его, истратив едва накопившиеся двадцать фер. В следующий миг голова атлана разделяется почти надвое, раскрывшись, как шкатулка.
Лицо снова ощутило капли теплой крови.
Я не стал досматривать, как он падает, и сразу же прыгнул вбок, и вовремя. В еще не упавшее тело атлана, пыхкнув, врезаются два огненных меча.
Едва я успел снова кувыркнуться вбок, на всякий случай, как на мое место в землю входит еще два острых пламени. Стало горячо.
Подрываюсь и мчусь вперед, снова падаю к земле, и над головой проносится огонь. Атлан бьет молча, уверенно. То ли у него маны куча, то ли он запас алмидов опустошает на ходу.
Глава 18
Глава 18
Глотая пыль, расцарапав руку, я снова подрываюсь и успеваю забежать туда же, где стоял в начале разговора. Сердце вылетает из груди, во рту сухо, руки подрагивают. Я едва уцелел, и наверняка, моя удача исчерпала себя.
"Нет, это не удача, Каин, ты знал, что делаешь, — проскочили мысли. — Ты ведь тренировался с целителем и знаешь, что магия бьет не быстрее стрел, и если двигаться быстро и непредсказуемо, на большом расстоянии можно ускользнуть от атаки. Не перекладывай всё на удачу".
— Эй, ты чего спрятался, устал скакать? — громко спросил плосконосый.
— Ага, у тебя дорогие игрушки, — ответил я в тон.
— Игрушки?
— Да, маной разбрасываешься.
Он хохотнул и сказал задорно:
— О-о, у меня алмида столько, что хватит всю оставшуюся ночь с тобой веселиться.
Я поморщился, обдумывая варианты. Если у него куча алмидов, значит выжидать, пока он опустеет, смысла нет. Из
