— В случае разделения, при любой возможности нам стоит оставаться на связи, — пояснил девочке, включая аппаратуру в КУНГ-е и настраивая закрытый канал между стационарной радиостанцией и носимой, которую собирался прихватить с собой. — Две портативных рации дальше пяти километров голосовую связь не тянут, обычно даже меньше, — нажимая кнопки на подсвеченной изнутри клавиатуре, продолжил свои объяснения. — Здесь же со специальным усилителем, антеннами и дополнительным селектором мы сможем разговаривать на гораздо большем расстоянии. В идеальных условиях не менее тридцати километров, может и дальше, тут уже надо проверять. Покрытия должно хватить на весь Порт–Дели и его ближайшие окрестности. Каждый час нужно выйти друг с другом на связь для проверки. Канал шифрованный, наш разговор даже если перехватят, то далеко не сразу прослушают. Или вообще тут некому этим заниматься, ибо мы используем новейшую военную аппаратуру, которая мало у кого есть. Даже у Патруля я видел исключительно гражданские модели.
— А что мне делать, если с тобой что–то случится? — Лиза задала неожиданный вопрос, причём очень серьёзным тоном.
— Честно скажу — не знаю, — ответ дался мне с заметным трудом. — Как вариант, обратиться к Фёдору, предложив вместе с собой оставшееся от меня наследство. Где лежит наличность, ты знаешь, с остальным разберёшься в случае необходимости. Но, хочется верить, до такого не дойдёт! — В конце постарался больше убедить себя, чем её.
Девочка ничего не ответила, но крепко призадумалась, потянувшись к наушникам радиостанции для проверки связи. С несколько испортившимся настроением бросил «Укорот» в ящик с оружием, который опять никто не удосужился опечатать, вынул из разгрузки ненужные магазины и вставил портативную радиостанцию в специальный карман, протянув гарнитуру к уху. По уму сейчас стоило переодеться, ибо от меня немного попахивало потом и сгоревшим порохом, но решил сделать это после завершения всех необходимых дел, мысленно прикидывая, куда бы вечером пригласить Оксану. В городе хватало мелких гостиниц, и снять номер на двоих там не проблема, если есть деньги в кармане.
— Невероятно! — Воскликнула Оксана, когда дослушала мой рассказ, касающийся событий у поезда. — Всегда этот маршрут считался наиболее безопасным, и тут такое ужасное нападение. Я слышала — там произошли какие–то неприятности, но чтобы такое…
Мы решили не торопиться с выполнением Оксаниного задания и направились в небольшой припортовый ресторанчик. Кто знает, сколько времени меня орденский медик промурыжит, а пообщаться сильно хотелось уже сейчас. Внутри снова всколыхнулись немного потускневшие чувства, впрочем, говорить о них пока не собирался. К чему это всё? Пройдёт день, пройдёт ночь, и мы снова расстанемся, наверное, в этот раз навсегда. Девушка займётся устроением своей рванувшей вверх карьеры, а я уплыву вдаль к русским берегам. Но у нас ещё есть время, дабы насладиться обществом друг друга.
— С этого–то всё и началось… — продолжил рассказывать о своих недавних приключениях, походу подвергая их лёгкой цензуре: не всё ей стоит рассказывать, да и самому кое–что позабыть хочется.
Доев обед, и проверив связь с Лизой, мы направились к Оксаниной машине, продолжая переговариваться. Краем глаза заметил, как за нами вышел неприметный белый мужчина, тоже проследовавший к стоянке. Он привлёк моё внимание только потому, что едва взглянув на нас, быстро отвернулся. Подозрительно быстро. После всего произошедшего в Порто–Франко, я старался замечать подобные мелочи. Но никакой опасности с его стороны не чувствовалось, возможно просто случайный человек, зашедший в тот же ресторан и обративший внимание на красивую девушку, которая, к его сожалению, оказалась не одна. Стоит отметить, в этот раз орденская форма на Оксане наоборот подчёркивала красоту её фигуры. Умеет же одеваться, ничего не скрывая, если захочет. Девушка завела мотор новенькой снежно–белой джипообразной машины неизвестной марки. Немного смахивающая на кого–то из японцев, она не несла ни снаружи, ни внутри никаких товарных знаков, или символов автопроизводителей из Старого Мира. Вероятнее всего её скрутили где–то тут, купив сборочный набор «за ленточкой». Медленно пробирались через рынок, постоянно останавливаясь, пропускали других автовладельцев, выруливавших на проезжую часть забитой торговыми точками улицы. После полудня народа тут значительно прибавилось. Причём правила движения соблюдались очень условно, на моих глазах произошло столкновение двух автомобилей, впрочем, из–за низкой скорости они отделались лишь битыми фарами и немного помятыми боками. Их водители не стали даже разбираться, кто прав, а кто виноват, и крепко обматерив друг друга длинными гудками клаксонов, разъехались в разные стороны. Немудрено, что здесь даже в прокате чуть ли не все машины носят следы многочисленных столкновений. Но к такому здесь относятся как к неизбежному злу, не заостряя на нём особого внимания. В центре тоже появились пробки из–за полнейшего несоблюдения водителями правил парковки. Машины нередко бросали чуть ли не посреди проезжей части. И лишь активная работа небольшого грузовичка с краном, планомерно расчищавшего проезд, позволяла проехать в дальнюю от порта часть города, а не застрять тут до позднего вечера. Для Оксаны все эти «дорожные прелести» казались совершенно несущественными, она продолжала страстно расспрашивать о моих приключениях и искренне восторгаться совершенными подвигами. Естественно, кое–что я приукрашивал, а кое–что наоборот, приуменьшал, ибо во многом ничего героического совсем не видел. На выезде из города стоял внушительный блокпост, где патрульные просканировали наши «АйДи». Оксане даже отдали честь, после того, как та показала им своё служебное удостоверение. Пока мы ждали очереди на проезд, рассматривал ограждение, отделявшее город от свободной территории. Ряды колючей проволоки, поднятая на рогатках витая режущая плоть спираль и таблички с весьма интересной надписью на четырёх языках — «Мины». Забор из сетки-рабицы против зверья и очищенная от высокой растительности на расстояние около пятидесяти метров полоса. Вдалеке виднелась наблюдательная вышка с торчащими из неё пулемётными стволами. Серьёзные полевые укрепления, без бронетехники их не преодолеть.
Проехав несколько минут по хорошо накатанной до состояния бетона глиняной дороге, мы притормозили с краю, страстно целуясь. Оксане сильно хотелось большего, но сначала дело. Едва мы снова тронулись в путь, заметил в боковое зеркало мелькнувший грязно–серый автомобиль, который периодически мелькал сзади от самого ресторана, где мы неплохо провели время. Паранойя резко пробудилась, заставив разобраться. Проверил, как выхватывается из кобуры пистолет, попросил Оксану снова притормозить у обочины, едва мы проехали перекрёсток дорог, заодно пропуская небольшой конвой их пяти машин, двигавшийся нам навстречу. Снова мы целовались, минут десять, если не дольше. Нас обогнал сильно побитый жизнью грузовик и на этом всё. Мелькавшая раньше машина, видимо, отвернула на другую дорогу. Но она же мелькнула в зеркале вновь, едва мы тронулись дальше. Вот теперь паранойя громко взвизгнула, определив явную слежку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
