Читаем без скачивания Моя идеальная - Настя Мирная

Всё! — так хочется закричать, не просто сказать, а именно проорать это слово, но я ничего не отвечаю, продолжая кусать слизистую.

Я обещала ему не лезть. Обещала не спрашивать. И я обещала себе, что буду выполнять свои обещания. Набираю полные лёгкие воздуха, пока рёбра не начинают трещать, и с шумом выпускаю переработанный кислород.

— Извини, Артём. Я помню, что обещала не лезть в это. — слышу, как скрежещут его зубы. — И я не стану. Пока ты сам не расскажешь. Рано или поздно это всё равно случится. Пусть не сегодня, не завтра и даже не через год. Я умею ждать. И я с тобой на всю жизнь, Северов, так что всё равно когда-нибудь сдашься. — заканчиваю с лёгкой улыбкой, чтобы хоть как-то смягчить ситуацию.

— Ты меня, блядь, с ума сведёшь, Миронова! — отбивает с лёгкой усмешкой.

И вдруг мы резко замолкаем, перестав улыбаться. Понятия не имею, о чём думает Артём, но мне внезапно становится не по себе.

Миронова…

С этой фамилией я прожила больше двадцати лет, но сейчас она ощущается какой-то чужеродной, неправильной, не моей.

Вам знакомо это странное чувство безотчётной тревоги? Когда без какой-либо причины ощущаешь себя не в своей тарелке? Вот по неизвестной причине именно это сейчас происходит со мной.

— Насть, — пробивается в запутанные нейронные сети моего мозга голос любимого. Поднимаю глаза и смотрю в его внезапно ставшее очень серьёзным лицо, — после всего, что сделали твои предки, ты хочешь продолжать носить эту фамилию?

Раньше я часто задумывалась над тем, чтобы не быть Мироновой: дочерью известных и успешных адвокатов, наследницей элитной и прибыльной адвокатской конторы. Хотела быть просто Настей. Без статусов и обязанностей, без ограничений и условностей, без фальши и показухи. Но кем я тогда буду?

— И кем я буду, Тём? — шепчу едва слышно, потому что меня вдруг топит волной непонятной паники, и говорить становится чертовски сложно.

Опускаю веки. Делаю несколько глубоких вдохов-выдохов, притормаживая дробящее рёбра сердце. Парень ничего не добавляет, поэтому понимаю, что ждёт продолжения. Открываю глаза. Прячу эмоции и страхи за беззаботной улыбкой и отбиваю. — А если и так? Что мне теперь садиться за интернет и составлять список фамилий, которые мне нравятся?

— В твоём списке будет только одна фамилия. — отрезает на выдохе.

В каком-то заторможенно-отрешённом состоянии смотрю в его бирюзовые глаза. Пушистые светлые ресницы. На красивые, круто очерченные губы, точёные скулы, резковатые черты лица и не понимаю не только сути разговора, но и что вообще сейчас происходит.

Все системы в моём организме внезапно дали сбой.

— Какая? — спрашиваю в полном отупении.

— Моя!

Глава 11

Я больше не боюсь

Открываю и закрываю рот, как вытащенная из воды рыба, когда до меня, наконец, добирается смысл сказанного.

Это же не то, о чём я подумала? Или то? Блин! Да нет же! Не может этого быть. Или может? Вашу мать! Мы же вместе всего пару дней, если взять в расчёт время до нашего расставания, то неделя. Блядь! Так же не бывает! Или бывает? Да твою ж дивизию! Что мне думать? Что делать? Что говорить?

Новая порция паники, приправленная шоком и политая ступором. Ничего не могу из себя выдавить. Даже думать связно не выходит. Чувство такое, что меня с высоты сбросили в воду, и я никак не могу выплыть на поверхность, оглушённая неожиданным ударом.

— Артём, это…? — всё, что удаётся выдрать из стиснутого горла.

— Да… Нет… Не знаю, Насть! Реально, блядь, не знаю. Просто вырвалось само по себе. — высекает и выглядит реально растерянным.

А я… Я даже не знаю, что теперь думать. Я потерялась, заблудилась и просто, блин, в полном ахере! Про фамилию он ведь вполне осознанно говорил? Сама не знаю, что сейчас чувствую.

Если бы это было предложение, то что мне ответить? Я всего пару дней назад вырвалась из нездоровых отношений с Киром. Готова ли я снова стать чьей-то невестой?

Блин, вот на хрена я вообще об этом думаю? Это не то! Не то!!!

— Насть. — тихо зовёт Северов, переплетая наши пальцы.

Этот невесомое касание, но такой многозначительный жест. Всё ещё не открывая глаз, сильнее стискиваю его руки. Даже несмотря на то, что это не является тем, о чём я подумала, я всё ещё в полнейшем шоке и каком-то неадекватном ступоре. Говорить не могу. Сердечная мышца стучит на грани дозволенного. Ещё немного и она просто перегорит от перенапряжения. Дыхание только поверхностно ощущается. Тело и вовсе отрубилось от общей системы и никак не реагирует на любые команды разума. Да и мозг плавится и кипит киселём. Все внутренности будто в адском котле варятся, настолько мне сейчас жарко. Даже в этом состоянии чувствую, как на коже выступает холодный пот. Меня начинает дико трясти, а зубы выстукивают дробь.

Тёма перетаскивает меня к себе на колени, но я едва замечаю это. Прижимает так крепко, что кости издают хрустящие звуки.

Почему я так испугалась? Отчего мне вдруг стало так страшно? По какой причине меня трусит? Даже если бы он только что мне сделал предложение, то что в этом такого? Мне же необязательно сейчас выходить замуж. Мы и так уже вместе живём. К тому же это — Артём Северов — мой любимый мужчина.

Беру себя в руки и приказываю своему телу перестать дрожать. Ещё бы оно меня послушалось…

Напрягаю все мышцы. Натягиваю жилы. Успокаиваю сердце. Проталкиваю через нос кислород и, наконец, поднимаю на Артёма глаза.

Сцепляемся. Уже даже не тысяча вольт. Резче, сильнее, ощутимее. Я хватаю от него такой заряд, что позвоночник сам выпрямляется и дрожь исчезает так же внезапно, как и появилась.

Страха нет. Сомнений нет. Паники нет. Только холодная решимость и спокойная уверенность.

— Тёма…

— Настя…

Говорим одновременно и тут же замолкаем.

— Говори ты! — опять вместе.

— Давай, ты первый, Тём.

Он тяжело выдыхает, на секунду отводит взгляд и тут же добивает:

— Если бы это было ОНО, то что бы ты сказала?

Решимость. Уверенность. Спокойствие. Я уже знаю ответ на этот вопрос.

— Спроси ещё раз, когда это будет ОНО.

Выдыхаем в одночасье.

— А если это и было ОНО, Насть?

Блин, это только я его не понимаю, или он сам в себе разобраться не может?

Никаких сомнений. Никакого страха.

— Я бы сказала, Северов, что мне нравится твоя фамилия.

Опять густой громкий выдох.

— Ты скажешь "да", когда я спрошу? — рубит как-то тихо и задушено, будто у него ещё остались сомнения.

— Я