Читаем без скачивания Фэнтези-2016: Стрела, монета, искра - Роман Суржиков

Поднялся - колени тряслись. Стер с лица кровь и грязь, перешагнул корягу.

Второй человек Пауля - тот, с волосатой грудью, - валялся на земле, зажимая ладонью рану. Удар пришелся в печень. Рана обильно кровоточила, лицо человека было полотняным. Он держал нож, но не пытался подняться, лишь беспомощно повернул острие в сторону Эрвина. Лорд прижал ногой к земле кисть врага, наступил каблуком на пальцы, надавил с проворотом. Раздался хруст, раненый завопил от боли.

Эрвин присел рядом с ним.

- Уйди во тьму... - простонал раненый.

- Я немного соврал, уж прости, - сказал Эрвин. - Я не из новобранцев. Меня зовут Эрвин София Джессика рода Агаты, наследный герцог Ориджин.

При последнем слове злоба на лице человека стала отчетливей, он выплюнул грязное ругательство. Эрвин уперся кинжалом в ладонь волосатого - ту, что зажимала рану. Вогнал клинок меж косточек, отодвинул руку в сторону, открыв дыру в боку.

- Кому вы служите?

- Провались к чертям!

Лорд ввел кончик клинка в рану, вдавил на полдюйма. Тело раненого судорожно сжалось.

- Аааа!.. Тварь, скотина!..

- Кому вы служите? - повторил Эрвин.

- Ничего не получишь... щенок!..

- Да неужели?..

Эрвин погрузил клинок еще на дюйм. Волосатый захлебнулся криком:

- Аааах!..

Глядя ему в глаза, Эрвин медленно повернул кинжал в ране. Слезы потекли по щекам мужчины. Спазм сдавил горло, крик боли превратился в бульканье.

- По странному стечению обстоятельств я знаю, что ты сейчас чувствуешь, - произнес Эрвин, ввинчивая клинок в плоть. - Итак, кому вы служите?

- Убей меня, гад! Просто убей...

- Мечты. Какие светлые мечты!

Эрвин с проворотом вытащил кинжал. Волосатый скорчился, всем телом закрывая рану. Эрвин вновь опрокинул его на спину и прижал клинок к паху.

- Пять... четыре... три... - с каждым счетом он давил все сильнее. Из-под острия потекла кровь.

- Вла... владыке! - выкрикнул раненый.

- Владыке Адриану?

- Да!.. Мы служим императору!..

- Ты - уже нет.

Лорд Ориджин прикончил его ударом меча.

* * *

Когда Эрвин вошел в воду, чтобы отмыться, его трясло от холода. Сияло солнце, стояла августовская жара, и все же озноб сотрясал тело. Шрам на груди сочился сукровицей, на плече зияла свежая рана. Эрвин промыл ее и с трудом сумел перевязать. Сел в лучах заката, обхватил колени руками, пытаясь согреться. Вспомнил про одежду покойников, надел кожаную куртку, а поверх - вторую. Спустя время пришло тепло, дрожь унялась. Эрвин смотрел на бегущую воду, тело оттаивало, в душе утихала буря.

Чувство было такое, как Тем Самым Утром. Не столь сильное, но почти.

Потом всхрапнул и напомнил о себе Дождь. Эрвин понял с усталостью и досадой: Реку придется переплыть сегодня. Сил едва хватает, чтобы встать на ноги, но ночевать на этом берегу смертельно опасно. Придется плыть.

Возможно, пища придаст сил?.. Он оглянулся. Рядом с кусками мяса и хлеба лежал мертвец, стоял густой запах крови. Картина не вызвала аппетита.

Он собрал продовольствие и все ценное, что нашел среди вещей покойников. Искровые копья привязал к подпругам Дождя, а очи на всякий случай вынул. Не хотелось бы, чтобы конь задел жало острия и убил себя искрой.

Эрвин поискал выпивку - глоток орджа сейчас бы не повредил. Орджа не нашлось, как и другого пойла. Имперская дисциплина... Эрвин уложил трофеи в два мешка и приторочил к седлам коней. Приласкал Дождя. Жеребец играл копытом и подсовывал морду под ладонь.

Но конь Бена наотрез отказался идти в воду. Он тянулся к мертвому хозяину и тревожно ржал. Когда Эрвин потянул его к воде, конь чуть не укусил за руку. Лорд оставил его в покое. Взял поводья Дождя и рыжей кобылы, на которой путешествовал от Ложа, и вошел в воду.

Переправа оказалась бесконечной.

Тело Эрвина отяжелело, словно мокрая вата. Не хватало сил, левая рука болела в плече и еле двигалась. Он цеплялся за вожжи и вытаскивал голову из воды, прерывисто дышал. Кони волокли вперед. Главное - не упустить поводья, - думал Эрвин. Удержать их, и все будет хорошо, кони дотащат до берега.

Но на середине русла они угодили в водоворот. Пегая кобыла закрутилась, поводья вылетели из рук Эрвина. Лошадь одурела от страха, истошно заржала и поплыла вдоль реки, наперерез Дождю. Животные столкнулись. Пегая исчезла под водой, вынырнула в стороне, кружась с выпученными глазами. Дождь забился, силясь выскочить из водоворота, показался над водой по плечи, рванулся вперед - и Эрвин потерял вторые вожжи.

Он успел хватануть воздуха перед тем, как провалился в глубину. Его закружило, перевернуло, ударило обо что-то - камень или конскую ногу... Эрвин заработал руками, устремился к поверхности из последних сил, но течение вновь опрокинуло его, пальцы воткнулись в дно. Вздрогнул, выдохнул слишком рано, попытался вдохнуть - вода ворвалась в глотку. Это не трясина. Это - не дыра в груди. Это не Предметы, палящие огнем. Это всего лишь чертова Река! Ложбинка с водой, тьма ее сожри! Быть не может, чтобы я не выбрался!

Он взбивал воду руками и ногами, отталкивался, отбрыкивался. Почти лишившись чувств и задыхаясь, вынырнул на поверхность. Жадно глотнул воздуха, закашлялся, выхаркал воду - и снова погрузился с головой. Тело было слишком тяжелым, чтобы удерживаться на плаву. Всех усилий хватало на то, чтобы вынырнуть на миг, вдохнуть и сразу провалиться под воду. До берега оставалось полпути.

Только не паниковать! Ты сможешь доплыть. Рывок - вдох - погружение. Повтори это снова: рывок - вдох - погружение. И снова. И снова. Рывок - вдох. Голова под водой.

Берег не приближался. Далеко впереди маячили над водой конские головы. Небо было красным от заката... или от удушья. Рывок - вдох разинутым ртом. Нырок. Под водой звуки вянут, уши наполняются воском.

Я выживу, - твердил себе Эрвин и делал очередной рывок. Сил уже нет, вряд ли удастся вынырнуть еще раз. Вдохну напоследок, погружусь - и все. Голова уходила под воду, и Эрвин упрямо повторял: я выживу, - и рвался на поверхность. Тело весило больше быка, больше телеги с камнями. Голова появлялась над водой так редко, что он успевал забыть, как выглядит мир. Открываясь, глаза слепли от солнечного света - и тут же вновь все темнело.

Я выживу, - говорил он, приказывая ногам отталкиваться от воды.

Выживу, увижу сестру. Рывок, вдох.

Выживу и вернусь в Первую Зиму. Рывок, вдох.

Выживу и отомщу. О, боги, почему берег все так же далеко!

Я выживу. Рывок. Я увижу сестру. Я вернусь. Вдох. Я отомщу. Вдох.

Я выживу...

Я выживу...

Потом он увидел лошадей - те стояли шагах в двадцати впереди. Не плыли, а стояли по грудь в воде. Спустя несколько рывков он нащупал стопами дно.

Сперва Эрвин не устоял и снова нырнул, лишь со второй попытки сумел встать на ноги. Побрел к лошадям, отталкиваясь ладонями. Если бы вода не поддерживала тело, он бы рухнул, как подкошенный.