— Кроме того, — добавил Патрик. — Рекс уже мертв, так же, и все другие, кто мог внести хоть какую-то ясность.
— Рекс же заявил, что это Ганс приказал ему убить Розу, — напомнил Мартин.
— Он был сумасшедшим. К тому же, он был в Розиной группе, возможно, они…
— И вся группа «заклейменных» — тоже сумасшедшие, не так ли?
— А чего они добились? Ничего. Они слишком слабы, — заметил Давид.
Мартин до сих пор не мог определить, как далеко они могут зайти. Возможно, не все пятеро нападут на него. Один или двое, остальные будут стоять в стороне, наблюдая.
— Мы хотим жить, — Торкильд произнес эти слова, окидывая взглядом своих подельников. — Мы хотим уйти отсюда и выбирать планету.
Глаза Патрика были мертвы. Он выглядел полуспящим.
— Мы не хотим копаться в дерьме. Все это уже прошлое, и оно мертво.
— Оно воняет, — сказал Мартин. — И оно не прекратит смердить. Мы никогда не сможем отмыться от такого прошлого.
— А чем мы сейчас занимаемся, как не отмываем все это? — Гарпал старался, чтобы голос его звучал убедительно, благоразумно. — И заметь делаем это одни. «Заклейменные» нам не помощники, Братья тоже сняли с себя ответственность.
— Братья помогли нам.
— Забудь все, — угрожающе посоветовал Патрик. — Давай относиться ко всему проще.
Ярость и страх перемешались в душе Мартина. Он страстно хотел, чтобы они ушли, нет, не ушли, а умерли. И он знал, что они испытывают те же самые чувства — это ощущалось в их дыханиях, в их запахах.
Глаза Давида казались стеклянными, безжизненными. Торкильд и Гарпал выглядели, наиболее готовыми отступить в любую минуту. Мартин подвинулся поближе к Гарпалу.
— Не я причина всех этих осложений, — сказал Мартин. — Это дело рук Ганса. Некоторые из нас не хотят больше, чтобы он оставался Пэном. И это право команды.
Ты должен говорить разумно, убедительно. Это уменьшит их озлобление, уменьшит их гнев. Это уменьшит и твой гнев, старайся говорить с ними, как с друзьями. Ты же реально не так уж и ненавидишь, не так уж и боишься. Гнев сделает тебя слабее. Они ведь и хотят убить тебя, представив себя, как жертву.
— Мы можем переизбрать Пэна, если это не подвергнет нас опасности, — убежденно сказал Гарпал. Чувствовалось, источником этой убежденности у него были собственные причины. Гарпал не будет действовать вместе с ними. — Что если убийцы имеют сюрприз, который дожидается нас? Если мы откажемся от дисциплины, будем думать, что все нам позволено, убийцы одолеют нас. Мы еще не готовы к выборам.
— После всего, что мы пережили, мы ко всему готовы, — возразил Гарпалу Торкильд. — Продолжай, Мартин. Торкильд тоже не будет нападать.
Ухватившись рукой за лестничное поле, Патрик подлетел ближе. Мартин поднял жезл.
— Соедините меня одновременно с Гансом и Ариэлью, — приказал он.
Патрик тоже схватился за жезл Мартина.
— Ганс не отвечает. — ответил жезл в тот момент, когда Мартин оттолкнул руку Патрика. Патрик сделал новую попытку, и Мартин снова оттолкнул его руку. Ничего не может случиться сейчас.
Ответил сонный голос Ариэли.
— Будь свидетельницей, Ариэль! — крикнул Мартин. — Быстро свяжись со всеми.
— Что? Что?
Теперь уже не только Патрик, но и Давид старался вырвать жезл из рук Мартина.
— Что случилось, Мартин? — взволнованно вопрошал голос Ариэль.
Патрик изо всех сил пытался вырвать жезл, Давид и Торкильд держали Мартина, Карл хотел пнуть его ногой, но промахнулся и выскочил из каюты. Отлично, Карл вышел из игры.
Патрик, наконец, вырвал жезл и начал колотить им об пол, но жезл не поддавался.
— Мартин! — раздался голос Ариэль. — Я постараюсь прорваться к тебе.
Гарпал встал прямо перед Мартином и со всей силы ударил его по почкам. Это могло бы быть смертельным ударом, но лестничное поле Гарпала было слишком далеко, удар получился недостаточно мощным.
Мартин, опершись руками о пол, обеими ногами ударил Гарпала по зубам, отбросив его к потолку. Это было нечто неординарное — драка в условиях невесомости, инстинкты тут были бесполезны. Они были достаточно тренированы, чтобы знать, какие правильные движения оптимальны в данной ситуации, но сработывали старые инстинкты, как нужно драться, и результат оказывался плачевным.
Патрик ударился головой об пол. Мартин схватил жезл и отбросил его в сторону.
— Мы видим! — раздался крик Ариэль.
— МЫ ВИДИМ! — прокричал хор голосов.
— Остановитесь! — кричала Дженнифер. — Торкильд, останови это!
К ним присоединились и другие. Давид обхватил Мартина за шею, с силой надавил на нее и начал судорожно сжимать, стараясь добиться желаемого результата. Мартин почувствовал конвульсии, резкую боль. Он все же собрался с силами и ткнул большим пальцем Давиду между ног, а когда тот, завизжав по-поросячьи, ослабил хватку, отлетел в сторону.
Какое-то время они все беспомощно молотили по воздуху, не способные попасть по цели. Капли крови из губ Гарпала и ног Мартина измазали все комбинзоны.
Все лестничные поля в каюте исчезли. С лицом обиженного маленького мальчика Патрик до сих пор пытался достать Мартина в воздухе. Капельки крови кружились вокруг их ног, и рук, как в вихре водоворота.
— Прекратите! — оглушил всех громкий голос Ганса. — Прекратите это сейчас же! — вновь повторил он.
Патрик перестал молотить руками и ногами.
— Что за совокупление вы там затеяли? — заорал Ганс.
Выражение, которое появилось на лице Патрика, было бесподобным, — подумал Мартин, — это был ужас, перемешанный с глубокой тревогой, отсутствующий взгляд исчез. Как, кстати и у всех присутствующих в каюте Мартина.
Время для убийства прошло.
Мартин уцелел.
* * *
— Я в полной растерянности, — сказал Ганс.
Мартин висел рядом с ним в гамаке, они встречались один на один.
— Я посылал лишь Патрика, но он, видимо, решил, что не справится один и захватил с собой приятелей, — сказал Ганс, закрыв глаза и склонив набок шею. — Я не знал, что он настолько слаб.
— Что ты послал его сделать?
— Поговорить с тобой о здравом смысле, — голос у Ганса был низким, гулким. — Мне нужно поспать, Мартин. Все, что я хочу сейчас — это поспать.
— Они приходили убить меня, — сказал Мартин, в его голосе сквозило удивление. — Разве ты не видел, что Патрик …
— Я очень устал, — тряхнул головой Ганс. — Я до сих пор не понимаю, почему другие присоединились к нему. Но, может быть, это и к лучшему. Ты победил. Я подаю в отставку.
— Никто не просит тебя об этом.
— Ты видел выражения их лиц? — спросил Ганс. — Венди в особенности. Даже Гарпала. — Он покачал головой, — Бедный Гарпал… Нет, нет, я подчиняюсь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
