Охранные заклинания возобновили свое действие, и щит снова накрыл эльфов. Николай глубоко вздохнул, восстанавливая дыхание и посмотрел на крышу. Зебры и стрелка видно не было. Что же случилось? Куда они делись? Яракал тоже исчез.
Знакомый свист прорезал воздух. Жуткий крик донесся из толпы. Свист повторился, и кто-то закричал уже совсем близко. Не может быть! Коля вновь посмотрел на крыши домов. Страшные тени выросли словно ниоткуда. Стрелков было много. Очень много. И они не собирались стрелять по эльфам! Они целились в людей!
Стрелы шквалом обрушились на несчастных. Праздник мгновенно превратился в бойню. Безоружные, ничего не понимающие люди не могли защититься. Только бежать, прикрывая головы, хватая детей. Бежать подальше, в безопасное убежище, молясь, чтобы добраться туда живыми.
Выстрелы не прекращались. Обезумевшая толпа ринулась во все стороны, ничего и никого не разбирая на своем пути. В поисках укрытия взламывались двери, разбивались окна, люди карабкались по стенам домов в надежде избежать смерти…
Камни на мостовой стали липкими от крови. Отовсюду слышались крики, стоны, всхлипывания, плач. Из перевернутых жаровен выбились языки пламени, хватаясь за разбросанный мусор, брошенные впопыхах вещи. Горький дым поднимался над площадью, угрожая перерасти в голодное, всепожирающее пламя.
— Аунара! Помоги нам! — взывали кирэмцы, бессильные противостоять этому безумию.
Николай потерял из виду Аргента и Зориана, не видел Зебру, он вообще ничего не видел. Подхваченный натиском толпы, он был вынужден слиться с ней и поддаться течению.
От широкой площади лучами расходились узкие улочки. Слишком тесные, чтобы вместить достаточно народа. Коля почувствовал, как его сжали со всех сторон, так что не продохнешь. Мысленные взывания к Аргенту не помогали, единорог как сквозь землю провалился. По всей видимости, он унес Зориана в безопасное место. О том, что могло случиться худшее, лучше вообще не думать.
— Где моя девочка? Где моя доченька? — женщина с безумным взглядом схватила Николая за локоть, хватаясь за него, как за спасительный якорь. — Где она… Где она?!
Одежда на ней висела клочьями, колени были сбиты в кровь — ей едва удалось избежать гибели от давки.
— Я ее потеряла… Потеряла… — всхлипывала она, продолжая держаться за его рукав.
— Успокойтесь, — юноша сжал тонкую и сухую руку незнакомки. — Мы найдем ее. Она наверняка где-то здесь.
Новый порыв толпы едва не разлучил их. Несчастная едва не упала на землю, но юноша поддержал ее.
— Доченька моя… потерялась… — женщина будто лишилась слуха и не обращала внимания на происходящее. В широко раскрытых глазах плескались горе и ужас. Ее трясло, как в лихорадке, по щекам струились слезы. Она беспомощно хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыба и все время спотыкалась, растерянно озираясь по сторонам.
Стрельба, вроде, прекратилась, но свое дело она сделала. Паника — вот самое страшное оружие, готовое завершить самую черную задумку. Сколько еще людей лишились своих близких в этом хаосе?
— Как она выглядела? — Коля знал, что отыскать потерянное дитя почти невозможно, но лучше пытаться что-то сделать. Сегодня и так произошло непоправимое.
— Светленькая, семи лет, в коричневом платьице, — к женщине стали возвращаться крупицы разума, — зовут Лария.
— Ладно, что-нибудь придумаем, я попробую найти ее.
— Храни тебя Аунара! Да озарит она твой путь!
— Идите в безопасное место! Встретимся на площади, когда все уляжется!
Сзади толкнули с такой силой, что удержаться вместе не удалось. Коля поскользнулся на растоптанных и размазанных по мостовой фруктах и чуть не упал. Женщину протащило куда-то вперед, и она пропала из виду.
Стиснув челюсти, Николай развернулся и принялся пробивать себе путь назад. Он отдавал себе отчет в бесполезности задуманного, но не мог просто наблюдать со стороны за страданиями других.
Лария… Девочка в коричневом платьице… Где же она? Нащупать ее с помощью эльфийского чутья слишком сложно. Среди страдания, горя, отчаяния и боли, трудно определить чьи-либо чувства. Оставалось действовать по старинке.
— Не видели девочку, светленькую, семи лет? Не видели девочку? — теперь Коля хватался за каждого, кто попадался ему на пути, всматриваясь в хмурые и испуганные лица. Но никто не видел ребенка. А если и видел, то не захотел бы останавливаться и отвечать на глупые расспросы. Именно поэтому молодой человек прощупывал встречавшихся людей с помощью эльфийского дара.
— Куда прешь, ненормальный? — кто-то грубо толкнул его в бок, так что затрещали ребра.
— Да вы же сейчас друг-друга затопчите! — огрызнулся Николай. — Остановитесь!
— Хочешь помереть — стой на месте!
Конечно же, никто не хотел прислушаться к голосу разума. Но одному ни за что не найти ребенка в такой давке!
'Аргент! Аргент! Где ты?'
Единорог все еще не откликался.
'Аргент! Отзовись, пожалуйста!' — но ответом служило молчание.
— Если никто не может помочь — помоги себе сам, — проворчал Николай и возобновил поиски.
Казалось, с первых выстрелов прошла вечность, на деле же, минут десять. Толпа не рассасывалась, а все также разъяренно вгрызалась в дома и улицы. Так ни за что не найти девчушку, а вот если забраться повыше… Коля посмотрел по бокам. Даже и пытаться не стоило. На стены карабкались люди, дабы избежать ужасной участи попасть под ноги толпы. Многие срывались вниз, но их место тут же занимали новые. Однако это единственный вариант. Николай, усиленно работая локтями, начал пробиваться к краю. Здесь скорость потока увеличилась. Его притерли к стене дома, проволокли вдоль, оцарапав плечо и локоть. Ухватиться было не за что, так что он позволил себя протащить еще дальше. Удачная зацепка обнаружилась через несколько метров. Выступ перед балконом нижнего этажа заманчиво выпирал, и служил целью для многих. От частых попыток за него ухватиться, с него слезла штукатурка, оголив гладкий и скользкий камень.
У его подножия уже лежало несколько тел. Несчастным не удалось залезть выше, а на земле их ждала смерть от давки. Безумная, жестокая и бессмысленная.
Николай решил все же попытать счастья. Оказавшись аккурат под выступом, он подпрыгнул, ухватился за камень, и подтянулся. Руки предательски заскользили, заставив пожалеть, что вместо них не чешуйчатые лапы с острыми когтями. Повиснув на одной левой, сделав неимоверное усилие, Коля изогнулся, протянул выше правую и вцепился в нижнюю балку балкона. Переставить другую руку оказалось немного легче. Помогая себе ногами, он переставлял руки по резной поверхности балкона, пока почти не достал до верхней перекладины. Но что-то вдруг потянуло его вниз. Какой-то мужчина схватился за его ноги и пытался использовать его как лестницу! Чертыхнувшись, Николай принялся трясти ногами, пытаясь сбросить наглеца. Мышцы чуть не лопнули от напряжения. Выдержать вес двоих он долго не мог.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
