Очень интересные данные о войсковой разведке даются в «Дневнике последнего похода Стефана Батория на Россию в 1581 году». Здесь описывается неудачная осада поляками Пскова, который они взять не смогли, несмотря на пятимесячную осаду города. Этот «Дневник» вел младший секретарь королевской канцелярии, как предполагают, священник Иван Петровский. Находясь близко к главному командованию, он был лицом осведомленным. Вот несколько цитат из этого документа:
«12/IХ – Русские повесили у стены венгерца и насмехаются над поляками и над королем; русские захватили пахолка (слуга в польской армии, наподобие денщика. – Прим. авт.); другие сами перебежали к ним; есть опасение, что от них русские узнают о подкопе под крепостные стены, ведущиеся поляками…
31/ХI – Русский, передавшийся полякам и видевший много, убежал назад...
12/ХII – Русские в крепости все знают, что у поляков делается...
13/ХII – Перехвачен русский гонец, секретное письмо было зашито в седло».
Русские военнопленные, находящиеся в литовском и турецком плену, также старались быть всячески полезными своей родине. Пользуясь всяким удобным случаем, сообщали в Москву все, что казалось им заслуживающим внимания. Находившийся в литовском плену князь Федор Васильевич Овчина-Телепнев-Оболенский послал в столицу Московского государства к своему родственнику гонца – своего слугу Якова Снозина, которому дал приказ сообщить в Москве ряд ценных вестей.
Если говорить конкретно о военной разведке, то Москву в период правления Ивана Грозного интересовали вопросы численности и дислокации войск противника (например, «где стоят литовские ратные люди» или «куда назначен им сбор»); причины концентрации войск у границы («нет ли у короля какого умышления на Московское государство»); соотношения родов войск, особенно конницы и т.п. Также Москву интересовали вопросы политического и экономического (например, цены на зерно, соль и т.п.; деловая активность иностранных купцов в отдельных регионах и т.п.). Также были интересны вопросы религиозной борьбы между православной и католической церквями. Несмотря на это, не было четкой специализации на политическую и военную разведку. Были лишь тайные агенты, которым поручалось выяснить тот или иной вопрос. Сегодня такой человек собирает информацию о дислокации подразделений иностранной армии в приграничной с Россией области, а через пару месяцев интересуется ценами на соль и зерно в том же самом регионе.
Также важно отметить, что большинство лазутчиков были профессионалами в своем деле. Они прекрасно знали приграничные районы, где им предстояло действовать; владели необходимыми иностранными языками; умели придумывать «легенды», объясняющие их нахождение в данном районе, и т.п.
Сроки пребывания тайных агентов колебались от нескольких дней (лазутчики или, говоря современным языком, агенты-маршрутники, которые действовали в приграничной полосе) до нескольких лет (дипломаты, сотрудники посольств, гонцы, резиденты, купцы и др. люди, длительное время находящиеся за рубежом).
Приказ тайных дел – орган военной разведки
В 1654 г., всего через пять лет после законодательного закрепления понятия государственного преступления, возникает и первый отечественный орган государственной безопасности – Приказ тайных дел.
Приказ был учрежден Алексеем Михайловичем в 1654 г., перед военным походом против Речи Посполитой, и оставлен в Москве, имея задачей разбирать подаваемые на царское имя челобитные. Во главе его был поставлен тайный дьяк, которому подчинялся небольшой штат из 6–7 подьячих. Обычно, рассмотрев дело по челобитной, глава Приказа тайных дел докладывал о нем лично царю, после чего по указу Алексея Михайловича дело, минуя Боярскую думу, разрешалось в личной канцелярии царя или передавалось для исполнения в другой Приказ. Сфера деятельности Приказа неуклонно расширялась по мере возникновения тех или иных вопросов.
Одна из его задач – организация разведывательной деятельности[636]. Ранее ею занимался Посольский приказ. Последний продолжал существовать, но разведывательная деятельность все больше переходит в ведение Приказа тайных дел. Таким образом, впервые предпринимается структурное разделение дипломатии и разведки, хотя руководители Посольского приказа и сотрудники дипломатической службы по повелению царя по-прежнему продолжали выполнять отдельные ответственные задания разведывательного характера. В регулярную практику секретной переписки вводятся шифры[637].
Хотя занимался Приказ тайных дел и военной разведкой. Мало того, он, кажется, был единственным Приказом, который мог вмешиваться в чрезвычайно засекреченное дело московской разведки, проводимое другими приказами, давать руководящие указания и установки, поощрять старательных и взыскивать с нерадивых. Он требовал точной и своевременной информации по интересующим его вопросам с «нарочными гонцы» и со своей стороны посылал к воеводам своих гонцов, с тем чтобы подтолкнуть воеводу отписать о том, что у него делается. 3а несвоевременность подачи информации строго взыскивалось. Наряду с этим сурово карали и за подачу ложной информации. Так, князю И. И. Лобанову-Ростовскому был объявлен выговор за сокрытие понесенных в бою потерь.
Наиболее важные вести воеводы, минуя Разрядный и Посольский приказы, посылали прямо в Приказ тайных дел. Так, например, в 1661 г. смоленский воевода Борис Репнин, посылавший лазутчика Федьку Бовецкого из Смоленска в Ригу, собранные им сведения, содержавшие важные данные о прибытии в Ригу морем двенадцатитысячного войска, направил в Москву дьяку Дементью Башмакову. В том же году борисовский воевода, посылавший лазутчиков в Минск, направил принесенные ими вести, вместе со своими комментариями, прямо в Приказ тайных дел.
Разведывательная деятельность Приказа тайных дел отличалась от аналогичной работы Разрядного и Посольского приказов. Если последние располагали многочисленной тайной агентурой и активно участвовали в ее повседневной работе, то Приказ тайных дел не разменивался на мелочи и не вмешивался без необходимости в прерогативы Разрядного и Посольского приказов. Тайный приказ получал данные военной разведки, собранные в недрах Разряда и Посольского приказа и воеводами.
После смерти царя Алексея Михайловича в 1676 г. и вступления на престол царя Федора Алексеевича Приказ тайных дел был упразднен.
Указания об организации разведки в военных уставах
В период образования централизованного русского государства с возникновением в это время новой материальной базы войны – широким внедрением огнестрельного оружия – существенно возросли боевые возможности войск. Это потребовало создания первых воинских уставов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
