Читаем без скачивания Сердце змеи (СИ) - Turner Jane

Она вылетела на лестницу и устремилась вниз вдоль ступенек. В районе второго этажа ее птичий слух вдруг уловил знакомые голоса. Беззвучно слетев вниз, в таком же обшарпанном, нуждающемся в ремонте, как весь прочий дом, холле она обнаружила знакомые лица – Ребекку… и Тома, который стоял перед ней и с интересом слушал, что ему говорит ведьма. Том явно перенесся сюда прямиком из их тюдоровского коттеджа и до сих пор не встретил ни одного противника – вид у него был вполне журнальный.

Осторожно, стараясь оставаться незаметной, она бесшумно раскрыла крылья и вспорхнула на потолочную балку. Та была пыльной, и прямо над Мирандой оказался покрытый трещинами и паутиной потолок, но зато Миранда очутилась максимально близко от говоривших и могла не только отчетливо слышать каждое слово, но и видеть их лица. Заметить ее можно было, только задрав голову и посмотрев в дальний темный угол, но волшебники внизу не сводили друг с друга глаз, и опасность быть обнаруженной ей почти не грозила. Миранда вцепилась крепче когтями в балку и настороженно замерла.

– … ради одного только разговора?

– Да, – Симона кивнула. Они с Томом стояли друг напротив друга, не поднимая палочек. Реддл был спокоен, и вся его фигура выражала лишь вежливый интерес к беседе, в то время как Симона больше напоминала лисицу, осторожно разведывающую обстановку. – Я не враг вам и не хочу драться. Благодаря мне вы возродились вновь…

– Но ты намеревалась воскресить меня на своих условиях, не так ли? Пленив меня? – спросил Том вроде бы непринужденно и по-прежнему без особого интереса, но Симона резко вскинула голову – и Миранде показалось, что у лисицы шерсть встала дыбом, а кончики ушей начали подрагивать от ощущения наступающей опасности. Тем не менее, Симона ответила спокойно:

– Вряд ли можно поставить мне в вину обычную осторожность.

– Все твои подручные мертвы. Я убил их, и тебе об этом уже известно. Это тебя не обеспокоило? Почему ты решила, что не разделишь их судьбу?

Симона равнодушно пожала плечами, словно речь шла не о человеческих жизнях, а какой-то безделице. Миранде в который раз подумалось, что у них с Томом определенно есть много общего.

– Они знали, на что идут. Позволили себя убить – сами виноваты. Я же предлагаю вам пальмовую ветвь не только на словах. Я сознаю свою вину перед вами и хочу исправить ошибку. Я готова служить вам, мой Лорд, и могу доказать свою полезность.

– Даже так? – никакого удивления на лице Тома не отразилось, и Миранда окончательно уверилась, что он-то уже давно разгадал весь замысел Симоны от начала и до конца и теперь только наносил на получившуюся картину финальные штрихи. Или нет? Знает он о том, что в этом доме сейчас находится Гарри, который где-то наверху должен отбиваться от оживленных Симоной мертвецов? – И что же ты можешь мне предложить?

– То, чего вы больше всего хотите, – голос Симоны обрел уверенность и теперь звучал четко и ясно, как если бы она выбралась из зыбкой топи и наконец-то обрела крепкую почву под ногами. – Бессмертие.

Последнее слово повисло в застывшем воздухе, а во всем доме точно разом установилась мертвая тишина. Или ей это только почудилось?.. Миранда непроизвольно вытянула голову вперед, чтобы как можно лучше видеть Симону; та в свою очередь не отрывала глаз от Реддла. Том же остался единственным, на кого, казалось, услышанное вообще не произвело впечатления, и на Симону он смотрел все так же отстраненно и спокойно.

– Неужели? – даже его голос звучал все так же безразлично, но сейчас Миранда не сомневалась, что это было лишь притворством. Учитывая знания и способности Симоны, можно было не сомневаться, что она знает, о чем говорит… что именно она могла бы дать Реддлу то, чего он так сильно желал. И сам Том тоже это понимал.

Она кивнула.

– Ритуал Призыва, – быстро сказала Симона. – Вы ведь знаете, что путешественник во времени становится вместилищем для колоссального заряда магии? Ритуал выдергивает путешественника в тот момент, когда он должен был умереть, и волшебник сам создает мощный магический выброс, направленный лишь на то, чтобы спастись. Ритуал же блокирует этот заряд магии в волшебнике…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Мне об этом и так известно, – холодно заметил Реддл, и она торопливо повторила:

– Волшебник сам создает этот магический выброс, направленный только на то, чтобы спастись. Это не обычная магия, это магия самой жизни, понимаете? Ею можно исцелить смертельные раны или продлить годы жизни… Не навсегда, но одного жертвоприношения хватит на десяток лет точно. Именно это я когда-то предлагала Геллерту, – тон Симоны стал чисто деловым, и Миранда не могла не отметить, как великолепно та владела собой. – Это близко к философскому камню. Хотите бессмертия – можно проводить Ритуалы Призыва каждые семь-десять лет. Это сложная магия, но я могу проводить эти ритуалы для вас.

– А вы, вудуисты, действительно находите способы продлевать себе жизнь, – Том говорил рассеянно, на что Симона пожала плечами.

– Переселение в другое тело в вашем случае все равно не сработает. Для этого нужно с детства осваивать необходимые магические техники. А жертвоприношение путешественника во времени – неплохая альтернатива. И одна такая Путешественница во времени как раз тут. Вы ее хорошо знаете, мой Лорд… И сами решите ее судьбу. Но и это еще не все, – теперь она говорила более неторопливо и торжественно – словно не сомневалась, что, по меньше мере, ей удалось его заинтересовать. – У меня есть для вас еще один подарок. Гарри Поттер здесь, в этом доме.

В лице Тома не дрогнул ни один мускул, но, пожалуй, головой он дернул чуть более резко, чем поступил бы в случае, если бы происходящее вообще нисколько не стоило его внимания.

– Да, – ободренная его молчанием, Симона для убедительности кивнула, а затем помедлила и все же договорила: – Они с друзьями вырвались… Но пределов дома покинуть не могли. Я приказала моим слугам схватить их, но не причинять непоправимого вреда…

Том продолжал стоять на месте неподвижно, точно не слышал последних слов. Теперь он глядел не на саму Симону, а как бы поверх нее – и Миранда весьма отдаленно могла представить, какой оборот могли принять его раздумья. Она не испытывала страха, у нее не было сомнений, что ей самой Том вреда никогда не причинит. Но вот какие решения он еще примет, когда Лефевр выложила все карты на стол?.. Сама Симона ожидала его вердикта со спокойным достоинством – к этой встрече она грамотно подготовилась и явно нисколько не сомневалась, что ее аргументы подействуют на Реддла так, как выгодно ей. Честно говоря, Миранда тоже не видела изъянов в ее плане, и уверенность Симоны в себе невольно вызывала восхищение.

Зато она увидела совершенно отчетливо миг, когда Том принял решение. Взгляд снова стал сосредоточенным, острым, и Миранда без подсказок знала, что все дальнейшие события этого дня были предопределены только что. Он сделал выбор и теперь будет держаться его.

– Где?.. – наконец сухо обронил Том. Сердце Миранды упало. Конечно, и так было понятно, что Реддл точно не даст Гарри уйти живым, но…

– В глубине дома, – Симона говорила неохотно, прекрасно понимая, что в глазах нового сюзерена ее попытка быть полезной выглядит не очень убедительно. То есть это не совсем провал, конечно, но и не настолько блестяще, как могло бы быть. – Отыскать их не составит труда, я не думаю, что Поттеру удастся…

Реддл вздохнул, и ведьма замолкла, безошибочно распознав в этом вздохе раздражение.

– Мерлин с ним, с Поттером, – произнес Том раздельно. Вид у него сделался утомленный, будто он в один миг очень устал от глупости собеседницы. – Где она?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Лефевр окаменела, а потом даже отшатнулась назад. Из своего обзорного пункта Миранда видела, как на красивом лице сменяется целый спектр эмоций – недоумение, растерянность, которым на смену приходят понимание и осознание. Несмотря на всю остроту, напряженность момента, в собственном сердце Миранда ощутила ликование, которое было эгоистичным и вообще не к месту… Но от этого не менее явным и восхитительным.