Она ждала появления Егора, увязая в этом состоянии, как в зыбучих песках пустыни. Словно видишь оазис, а подойдя к нему, испытываешь разочарование: вокруг лишь безжизненный песок.
Реальность оказалась другой. События опять не сбылись. Они не познакомились в первый день прилета в Нью-Йорк, несмотря на то, что она живет в «Марриотт Маркиз» и смотрит на стеклянную стену с видом на Манхэттен. Несмотря на ужин в том же ресторане. Они не встретились.
Послезавтра у нее встреча с бук-агентом в офисе «Рэндом Хаус». Может, это случится там?
Анна встала и подошла ближе к стеклянной стене. Небоскребы и огни – вид, который не спутаешь ни с чем. Рассвет припорошил мегаполис розовой пыльцой. Анна провела пальцем по слегка запотевшему стеклу и написала: «Грех прощения». В этот момент она принимала решение.
Она в Нью-Йорке. Сегодня воскресенье. И хоть пока она не встретилась с Егором, но у нее свободный день, и это лучшее время для начала трансляций в Facebook.
* * *
30 апреля 2017 года
Анна вышла на террасу. «Бродвей Лаундж энд Террас» располагалась на восьмом этаже отеля «Марриотт Маркиз». Окинула взглядом площадку. Уникальное, великолепное, незабываемое место. Не из-за интерьера, а благодаря пейзажу. Летняя терраса окружена стеклянными стенами, без стеснения демонстрирующими Тайм-сквер и Бродвей. Один из прекраснейших видов в сердце Нью-Йорка. Туристические источники пишут о лаундже на сорок восьмом и ресторане на сорок седьмом, а об этом удивительном месте мало кто знает. Но именно отсюда открывается лучший вид на Таймс-сквер. И ни одного посетителя – лучшая обстановка для первой трансляции.
Анна глубоко вдохнула. Волнение накатывало как волна. Но ночная бессонница заставила перечитать письма читателей. И их вопросы только добавили решимости. Трансляции – единственный способ помочь. Ведь письма прибывают, вопросы схожи, а она одна. Видеоответ поможет многим, а печатный ограничивает в возможностях.
Села за дальний столик в углу. Достала мобильный, открыла приложение. Она не знала, что будет говорить, но шла за своим спокойствием и, несмотря на дрожь в руках, нажала «Выйти в эфир».
* * *
2 мая 2017 года, Нью-Йорк
– Какой адрес?
– 1745, Бродвей, – уверенно ответила Анна.
– Тогда жду вас у входа, – сказала Алина.
Анна вышла на 15 минут раньше, чтобы непременно быть вовремя. Ей хотелось не спеша прогуляться по Бродвею к офису. Предстоящая встреча стала причиной прилета в Нью-Йорк. Эти переговоры описаны в «Вознаграждении», и ожидание засасывало ее, как торнадо, сметая спокойствие и переворачивая привычную реальность.
В аэропорту ее не встретил представитель издательства, да и в «Марриотт» она попала случайно. Вчера Анна переехала в привычный для нее «Парк Лейн Нью-Йорк». Но волнение мешало спать, и, проснувшись рано, она пошла медитировать в Центральный парк. Прогулялась по Пятой авеню до Сорок третьей, свернула направо, к Таймс-сквер, и опять оказалась возле отеля из книги. Зашла выпить кофе и позавтракать в «Старбакс». И теперь ее маршрут пролегает от площади к офису «Рэндом Хаус».
Поднимаясь по Бродвею, она ловила звуки Нью-Йорка. Туристы, снующие туда-сюда, разносчики пиццы, продавцы хот-догов. Фирменный звук сирен. Шумно. Но она обожала голос Нью-Йорка. Особый голос, который, услышав однажды, уже не спутаешь ни с чем.
Анна наслаждалась пешей прогулкой, безрезультатно ища в ней спокойствия. Но чувствовала страх. Страх того, что их встреча опять не произойдет, и страх того, что произойдет.
В последний раз она была здесь два года назад, в феврале, еще до выхода книги. И так случилось, что тоже жила на Бродвее, в трех кварталах вверх от «Марриотт Маркиз». За годы свиданий с любимым городом он стал близок. Анна шла мимо «Эм энд Эмс Ворлд», мимо «Старбакс», в котором купила свою последнюю чашку New York. Только тогда было солнечно, но морозно: холод Нью-Йорка. А сегодня солнечно и по-летнему тепло. Вон в той аптеке она покупала косметику. А там, слева, на 52-й Западной улице, знаменитый «Русский самовар», в котором они часто ужинали с Олей и который стал традицией их первой встречи в Нью-Йорке. В этот раз они ее нарушили, променяв на The View.
«Интересно, смогла бы я остаться жить здесь? Смогла бы стать частью этого огромного вечно спешащего города?» У нее пока не было ответа на этот вопрос. Пока она шла по Бродвею.
Офис «Рэндом Хаус» находится в самом сердце Манхэттена, рядом с Центральным парком. Такое местоположение, несомненно, говорит о статусе компании. Красивый стеклянный бизнес-центр этажей в пятьдесят. Random House Tower – гласит вывеска.
– Анна, здравствуйте! – окликнула ее Алина, бук-агент, сотрудничающая с издательством и говорящая по-русски без акцента. – Пройдемте! Нас уже ждут.
Зашли в холл сквозь вращающуюся стеклянную дверь. Все стены от самого входа заставлены подсвеченными стеллажами с книгами – сотни, а может, и тысячи книг.
– Какой этаж? – поинтересовалась Анна.
– Одиннадцатый, – сообщила девушка, пропуская в лифт.
Казалось, эта скоростная машина поднимается час: волнение растягивало секунды. Двери открылись – и вместе с ними перед Анной распахнулся новый мир, с которым она мечтала соприкоснуться. Она вошла в офис одного из самых крупных издательств мира, и поводом стала не экскурсия, а сотрудничество. Перед глазами типичный коридор бизнес-центра, ведущий в опенспейс с сотней сотрудников. Бук-агент направилась в дальнюю часть этажа. Анна покорно следовала за ней.
* * *
Она остановилась в холле. Посмотрела на стеклянные стеллажи с тысячами подсвеченных книг. Ощущение, как будто ей нанесли удар. Дыхание сбилось. Только глухая боль. Присела на лавочку. Анна не анализировала произошедшее. Сейчас она лишь пыталась дышать нормально. Вдох. Выдох. Ей нужны эти несколько минут, чтобы прийти в себя. И наконец, когда дыхание восстановилось, захотелось бежать. Анна быстрым шагом направилась к вращающейся стеклянной двери.
Вышла на улицу: небоскребы, утонувшие в ярких солнечных лучах. Она повернула налево и быстро пошла по Бродвею в сторону Коламбус-Серкл. Еще пару кварталов – и ее глазам предстала известная на весь мир площадь.
Площадь, которую Анна посещала много раз, потому что через нее пролегает путь от ее отеля на Бродвей. В центре круглого участка возвышается мраморный памятник Колумбу на 21-метровой ростральной колонне с изображениями судов великого мореплавателя. По периметру расставлены вечно шумящие фонтаны, вокруг которых собираются сотни туристов. Она знала, что площадь служит для Нью-Йорка нулевым километром: от этого места отмеряют все расстояния. Анна села на одну из лавочек и посмотрела на памятник первооткрывателю Америки. Фонтаны шумящим потоком гасили звуки автомобилей и сигналы такси. Оглянулась: на площади, кроме нее, никого. Новое состояние. Ей всегда казалось, что в этом месте круглосуточно кто-то есть. А сейчас ни фотографирующихся туристов, ни снимающих видео, ни танцоров. Никого. Только она и Колумб.
Слезы брызнули из глаз, превратившись в плач. Несдержанный крик души. Анна закричала во все горло, но вопль отчаяния не слышен в ритме мегаполиса. «Сколько можно? Зачем сбрасывать меня с небоскреба в очередной раз? Почему я?! И почему вновь нестерпимо больно? Сколько всего я прошла! Смерть. Манипуляцию. Безденежье. Отказ от бизнеса и проектов, для того чтобы стать писателем. Голод. Творчество на грани безумия. Для чего все это? Что в итоге? Поездка в Нью-Йорк, которая не дала того, что написано, а принесла только долги. И что дальше?»
Ее крик разрывал горло, но освобождал душу от невыносимой горечи несвершения. Анне казалось, что все случится именно так, как написано в книге. Ей казалось, что мечте достаточно просто быть, чтобы стать реальностью. И теперь нулевая точка Нью-Йорка – немой свидетель начала ее пути.
Когда отказываешься делать выбор из-за страха, тебе предстоит испытание. И у каждого оно свое. Твой выбор изменит тебя. Он будет проверять тебя на прочность и доведет до предела. Но сделает тебя сильнее – намного сильнее, чем ты мог себе представить. Этот выбор вернет тебе себя.
