ГОРБАЧЕВ. Согласен с вашим последним замечанием. Надо исходить из здравого смысла, строя свои отношения с оппозицией. В тех случаях, когда от нее исходят конструктивные предложения, на них, очевидно, надо и конструктивно реагировать.
ЛУКАНОВ. Оппозиция у нас разношерстная. Спектр самый широкий. Слева — бывшие коммунисты или те члены партии, которые грозят выходом из нее. Они выступают против партии, хотя и не с открытой антисоциалистической платформой. Скорее, это критика с социал-демократических позиций. Для них характерна ориентация на Запад.
Другую часть наших оппонентов образуют бывшие члены старых оппозиционных партий. Эти партии в конце 40-х годов были разгромлены сталинскими методами, и состоявшие в них люди стали значительной частью общественности восприниматься как мученики. Те из них, кто остался в живых, некоторые родственники бывших оппозиционеров — вот база этой части оппозиции.
То, что мы пошли на сформирование однопартийного правительства, пожалуй, прибавило авторитета БКП: люди увидели, что мы не ушли в кусты, не растерялись перед трудностями, берем на себя инициативу в их преодолении. Сейчас все зависит от развития ситуации в экономике. Практически мы не в состоянии выплатить долги. Вопрос стоит так: сколько недель или дней мы еще продержимся, не объявляя о неплатежеспособности страны. Я рассказывал об этой ситуации Рыжкову, просил его оказать нам в этой связи возможную поддержку.
Нам важно продержаться хотя бы до выборов, выстоять перед давлением Запада, особенно со стороны американцев.
ГОРБАЧЕВ. Они пытаются давить и на нас.
ЛУКАНОВ. Особенно важен для нас второй квартал этого года. Главное, не потерять поддержку рабочего класса. А его положение ухудшается. В результате падения производства (оно понизилось за последние два месяца на 8 процентов по сравнению с тем же периодом прошлого года) снижаются заработки рабочих. Трудной ситуацией в стране стремятся по-своему воспользоваться США. Их представители вступают в открытые контакты с оппозицией.
ГОРБАЧЕВ. У нас контакты западников с оппозиционными группами осуществляются уже давно. В Прибалтике эмигрантские и другие западные центры прямо берут в свои руки дирижерскую палочку и пытаются управлять местными политическими «оркестрами». На этот счет они большие мастера. Надо находить и применять адекватные меры с нашей стороны.
А как у вас сейчас с национальным вопросом?
ЛУКАНОВ. Он в какой-то мере утрясается. Из Турции вернулось примерно 130 тысяч человек. Это примерно одна треть всех выехавших туда раньше болгарских граждан. Турция не спешит нормализовать отношения с нами, поэтому и мы не проявляем поспешности. Всего у нас 750 тысяч турок. Кроме того, до 200 тысяч собственно болгар, исповедующих ислам, и 80—100 тысяч цыган. В целом около 1 миллиона, или более 10 процентов, населения — мусульмане. Наша линия в этом вопросе — уважение права каждого гражданина определять свою национальность, родной язык.
ГОРБАЧЕВ. А как ведут себя приближенные Живкова?
ЛУКАНОВ. Они притихли, сидят дома. Народ же требует возмездия.
ГОРБАЧЕВ. В таких случаях слово за законом. Это единственно обоснованный и справедливый путь.
ЛУКАНОВ. Сам Живков ведет себя очень хитро. В отличие от Хо-неккера, он не хочет брать на себя абсолютно никакой политической ответственности за все то, что делалось в стране. Хотя вина его, пожалуй, гораздо больше, чем у Хонеккера, но он, похоже, не чувствует за собой никакой вины.
ГОРБАЧЕВ. Да, история оставила нам тяжелейшее наследие. Бесконтрольность, безответственность властей позволяла им делать все, что угодно. Даром такое не проходит. Сейчас, когда мы освободились от оков, когда все пришло в движение, очень важно удержать общественные процессы под контролем. Надо идти вперед, не теряя равновесия, трезво, взвешенно оценивать обстановку.
ЛУКАНОВ. В Болгарии впервые за многие десятилетия развертывается свободная дискуссия об отношении к России и Советскому Союзу. Раздаются голоса и в пользу ориентации на Запад. Но в народе, по крайней мере пока, преобладает здоровое понимание национального интереса, который тесно связывается с необходимостью сотрудничества с Советским Союзом. За это выступают главным образом старшее и среднее поколения, рабочий класс, сельское население. В меньшей степени — интеллигенция и молодежь».
О философии перемен
В обстановке быстрых перемен очень многое зависело от нового руководства БКП. И оно, на мой взгляд, во всяком случае поначалу, действовало продуманно и удачно. Состоявшийся в начале 1990 года внеочередной съезд БКП подчеркнул, что устранение авторитарного режима Живкова — это не смена руководящей команды, а начало глубоких перемен в партии и стране. Съезд принял Манифест о демократическом социализме в Болгарии, новый устав партии, сформировал Высший партийный совет, в который вошло лишь 10 процентов бывших членов ЦК БКП. Председателем Президиума ВПС был избран Александр Лилов.
Я знал его как человека с широким кругозором, способного к самостоятельным суждениям и поступкам. Не случайно Живков убрал его из руководства партии в 1983 году. В апреле 1990 года были объявлены итоги общепартийного референдума по вопросу о названии партии. По воле 87 процентов голосовавших она стала называться Болгарской социалистической партией. Дело, конечно, не сводилось к простому переименованию. Был взят курс на политический плюрализм, многопартийность, правовое государство. О коренных переменах в партии, о ее новом положении в обществе мне рассказал Лилов, когда мы встретились с ним в Москве в мае 1990 года.
«ГОРБАЧЕВ. Откуда в Болгарии такое количество оппозиционеров?
ЛИЛОВ. Ошибок у нас допущено не меньше, чем в Советском Союзе. Это и дало почву для роста оппозиции.
ГОРБАЧЕВ. Хорошо, что вам удалось избежать такого развития событий, которые имели место в ГДР и Румынии. Очень важно, что вы сами проявили смелую и разумную инициативу. А почему Земледельческий народный союз так дистанцируется от вашей партии? Мне казалось, у вас неплохие связи с крестьянами, село находится в приличном состоянии.
ЛИЛОВ. Настроения нашего крестьянства в массе своей отличаются в лучшую сторону от тех тенденций, которые начали преобладать в аграрной партии. И мы учитываем этот фактор. БСП пользуется наибольшей поддержкой как раз среди крестьянства и людей старшего поколения. А среди молодежи, интеллигенции, рабочего класса наши позиции, к сожалению, не очень прочны. У нас сейчас действует более 50 партий. На общественное мнение активно влияют оппозиционные газеты. Создан оппозиционный блок, который возглавляет Желю Желев.
ГОРБАЧЕВ. Какова суть политической программы оппозиции?
ЛИЛОВ. Своего рода египетский сфинкс, смесь социал-демократических, либеральных и иных представлений. Эклектика программы отражает неоднородный социальный состав оппозиции. Оппозиция распространяет свою деятельность не только на Софию, но и на другие города, да и в селах начинает себя проявлять. Я считаю, что недооценивать ее возможности наивно и вредно.
ГОРБАЧЕВ. Нужен четкий политический анализ причин наших трудностей в прошлом и настоящем. Думаю, надо решительно отводить попытки взвалить на коммунистов коллективную вину за все неудачи и ошибки. Кому-то очень хотелось бы вновь развязать «охоту за ведьмами», повсюду выискивать новых врагов народа. Поэтому тем, кто сегодня пытается перечеркнуть всю жизнь старших поколений, объявить их чем-то вроде «быдла», надо давать сдачи. Без уважения к народу, к его делам не может быть серьезной политики.
ЛИЛОВ. Позиция партии, ее отношение к тому, что происходит в жизни общества, — это и у нас ключевая проблема. К сожалению, среди членов партии довольно широко распространился комплекс вины, который сковывает мысли и действия. После 10 ноября, когда у нас было положено начало настоящей, а не словесной перестройке, партия в течение двух-трех месяцев была как бы парализована. И лишь теперь пытается встать на ноги, но до сих пор продвигается вперед очень медленно. Мы просто разучились работать как политическая организация. Все делалось по команде сверху. А теперь трудно выстоять перед градом критики, а то и просто ругани в адрес партии. Мы переживаем кризис доверия, особенно в среде молодежи и интеллигенции. Это очень большая беда. Но, кажется, начинаются перемены к лучшему. Важно только не упустить время для полного обновления.
ГОРБАЧЕВ. Пусть даже часть людей уйдет из партии, но главное, чтобы те, кто остался, действовали как динамичная политическая сила.
Идеологическая зашоренность, стереотипность мышления сплошь и рядом сводятся к требованию простых ответов на сложные вопросы. Этим пользуются и разного рода демагоги, политические мошенники. Вообще, надо учиться политике и предприимчивости во многих западных странах адаптироваться к требованиям жизни. Посмотрите, как действуют капиталисты. Они не стесняются использовать в своих интересах планирование, государственное регулирование, социальное обеспечение и т. п.
