достать вора длинным бичом, но тот увернулся и сопровождаемый яростной руганью возчиков скрылся в переулке.
— Ловок стервец! — уважительно покрутил головой возчик, который пытался достать воришку бичом. — Эти алны все шустрые!
Он легонько щёлкнул бичом, и застывшая колонна вновь тронулась. Возникшая суматоха быстро улеглась, подобное проходило здесь десять раз на дню, и все вновь вернулись к своим делам. Женщина, немного поголосив и попроклинав воришку, вновь пошла, закупать провизию.
Торговали здесь представители всех рас, которые обитали на планете, пожалуй, только полнов не было. Они жили, по слухам, исключительно в самых северных широтах, как говорили Сергею в его странствиях знающие люди. Представители этой расы плохо переносили здешний, тёплый климат и по слухам быстро умирали, если надолго покидали свой климатический пояс.
Они единственные кто так и не смог приспособиться и освоить иные ареалы этой планеты, впрочем, в свою очередь к ним никто особо и не лез, ну кому в здравом уме захочется завоёвывать их земли, где зимой идёт снег, когда вокруг и так хватало неосвоенной земли.
Сергей с любопытством разглядывал внушительные фигуры ресов, группа этих здоровяков, рост которых зашкаливал далеко за два метра. Ресы с крупными, будто вырезанными грубым резцом скульптора лицами прошли мимо них, глядя на мир вокруг наивным детским взглядом.
Медведь с завистью покосился на них, здоровяк едва доставал по грудь даже самому низкорослому из этой группы.
Тут и там в толпе шныряли мальчишки, впрочем, нет, не мальчишки. У одного из таких мальчиков красовалась длинная борода. Никитин толкнул Медведя и указал глазами на одного такого мальчика с бородой.
— А это канти! Они все такие малорослые. Говорят, есть ещё и илики, такие же низкорослые, но я их не видел. Говорят, они живут, где то там в степях.
Медведь взмахом руки подозвал торговца лепёшками, который расхваливал свой товар неподалёку. Немного поторговавшись, он дал ему медную монетку, лепёшечник быстро достал из корзины три небольшие лепёшки. Медведь вцепился зубами в одну из них, а остальные предложил им.
Гафт кивнув головой, взял свою лепёшку, Никитин, заметив на лепёшке отпечатки грязных пальцев, отрицательно покачал головой. Медведь пожал плечами и съел обе лепёшки. Сергей продолжал с любопытством наблюдать за низкоросликом.
Заметив, что на него смотрят, канти вдруг показал им длинный язык и довольный собой исчез в толпе. Землянин покрутил головой, и они пошли дальше бродить по рынку.
Ничего особенного на этом рынке ему не было нужно, закупать вещи, когда он, вскоре навсегда покинет этот мир, казалось ему нелепым, тем более что их не удастся захватить с собой.
Набрали только побольше провизии, благо на широкую спину Медведя можно было много нагрузить. Возле торговцев фургонами Сергей сделал стойку. Он ещё издали приглядел себе крепкий фургон с двумя смирными, низкорослыми лошадками. Хотя, за то, что это были лошади, Никитин не ручался, подобную породу он уже видел в Шестиградье, где их использовали для перетаскивания брёвен.
У этих так называемых лошадок был довольно большой выступ, на черепе, отчего они немного напоминали ему носорогов. Главное, что это плотно сбитые создания как и быки были способны тащить фургон весь день, а уж к какому виду они принадлежат, так это пускай беспокоит зоологов будущего.
Он долго ходил и разглядывал фургон, прикидывая что ему надо переделать. Потом вытащил из рюкзака дощечку и стал задумчиво чертить. Вроде бы получалось, но нужен был мастер, что бы кое-что доделал.
Поторговавшись с торговцем-нинсом, минут двадцать и сбив цену до двухсот золотых, Никитин вручил тому задаток и велел доставить фургон к трактиру завтра утром. Причём с мастером, которому он обещал доплатить отдельно.
Разговаривая с торговцем, он внезапно почувствовал на себе, чьей-то пристальный взгляд и незаметно скосил глаза в ту сторону.
Там стоял мужчина среднего роста в просторной одежде скрывающей его тело, широкий капюшон скрывал его лицо, но серый цвет кожи сразу выдавал в нём ална. Был ли это До или кто то другой, Сергей не стал выяснять и вновь продолжил свой разговор с торговцем.
Медведь тем временем, подчёркнуто внимательно осмотрел лошадок, похлопывая их по спинам, одна из них, раздражённая его шлепками попыталась, было его укусить, но он резво отдёрнул руку.
— Хорошие животные, ты это смотри, приведи нам только этих. Понял? Других нам не надо! — сказал Медведь торговцу.
Тот поспешил заверить его, что лошадки будут непременно эти. На том и расстались. Потолкавшись ещё немного на базаре, они пошли обратно. Но на этом их сегодняшние приключения не закончились.
Следящего за ним ална, больше Никитин не заметил, то ли разминулись с ним на базаре, а может быть тот стал следить за ним более тонко, но как бы то не было слежки за собой он больше не замечал.
Дойдя до конца рынка и вяло, отбиваясь от назойливых торговцев, которые на все лады расхваливали свой товар и пытались им его всучить, он не сразу услышал, что его зовут по имени. Он сперва даже не обратил на это внимание. Ну, кто может его окликнуть по имени в городе, где никто его не знает?
— Эй Саж! — вновь раздался громкий женский голос прямо у него за спиной, он резко обернулся и увидел Тифу, которую окружало трое женщин в чёрном.
— Привет Тифа! — помахал он ей рукой и сделал шаг навстречу, но тут дорогу ему неожиданно преградили две женщины в черных одеждах, а третья крепко держала девушку за руку, не позволяя той, приблизится к нему и что, то зло выговаривала ей.
Неподалёку от них переминался с ноги на ногу мрачного вида парень с небольшой дубинкой в руке, тот самый, что был во дворе родственников Тифы во время их прощания.
Никитин попристальней взглянул на Тифу. Выглядела она не очень хорошо, за эти сутки пока он её не видел, у неё под глазами появились тёмные круги, на левой скуле красовался большой синяк. Чувствовалось, что у родственничков ей явно пришлось не сладко.
Это то ли охрана, то ли её тюремщики, явно всеми силами старались помешать их разговору две женщины в чёрном принялись яростно отталкивать его, выкрикивая ругательства, одна из них чуть было не вцепилась ему в лицо грязными когтями.
Никитин даже слегка опешил от яростного напора этих фурий, краем глаза заметив, что к нему начал подходить парень с дубинкой.
Никитин кивком головы указал Медведю на парня.
— Эй, приятель погоди, разговор есть! — Медведь, держа руку на рукояти топора, преградил ему дорогу и оттеснил в сторону.
Фурии в
