позвал я.
Тот не двигался, совсем как неживой, и меня охватило волнение. Он не реагировал.
– Митараи, эй! Эй! – испуганно крикнул я.
– Что такое? – ответил мой друг.
Я почувствовал облегчение. Хорошо, он жив.
– Спускайся скорее! У меня плохое предчувствие.
– Скоро буду. Пока позавтракай, – крикнул Митараи.
– А ты?
– Я уже поел!
«Вот как!» – подумал я. Похоже, я слишком долго спал. По всей видимости, из-за накопившейся усталости.
– Он странный, ваш приятель, – сказал мне Юдзуру, которого тоже сложно было назвать нормальным.
Но даже по его меркам Митараи был необычным человеком.
– Да, я это часто слышу.
– Он очень смелый! Никто из полицейских даже не попытался забраться на крышу и сесть вот так. Неужели ему совсем не страшно сидеть на краю?
– Да… верно.
– Значит, у брата было плохо с сердцем? И он просто забрался туда и не выдержал от страха?.. Ничего необычного.
От его слов я покрылся холодным потом. Это было очень похоже на правду.
– Эй, Митараи, спускайся скорее! – снова закричал я.
– Не мешай! Иди уже и поешь! – устало ответил мой друг.
– С ним все будет в порядке! Сегодня точно ничего не произойдет. Зайдем внутрь и перекусим? – спросил Юдзуру.
Я все еще переживал за друга, но направился к входной двери. Зашел в столовую, где мы ужинали прошлым вечером, и госпожа Макино из фотоателье любезно принесла мне черный чай и яичницу.
Однако даже за едой мне не стало спокойнее. Я переживал из-за своего друга, под дождем работающего на крыше третьего этажа. Он запросто мог поскользнуться, учитывая, что, похоже, не спал всю ночь. Завтрак вставал поперек горла, стоило лишь представить, как Митараи навернулся с крыши.
Откусив от тоста, я услышал громкий глухой звук удара. Побледнев и с куском хлеба во рту я вскочил, выбежал в коридор, быстро обулся и буквально вылетел в сад.
– Эй, Митараи! – крикнул я.
Огляделся вокруг, но, к счастью, не увидел своего приятеля, упавшего на землю и стонущего от боли. Отойдя подальше от дома, я посмотрел наверх. На крыше его тоже не было!
– Другая сторона, – сам себе сказал я и, обогнув дом, оказался по другую сторону. Камфорный лавр, окутанный моросящим дождем, выглядел пугающе – земля у его корней вздымалась, словно клубок змей. Я быстро прошел мимо, стараясь не смотреть на извивающиеся корни и задержав дыхание.
Между обнаженными корнями дерева на заднем дворе густо рос папоротник, а земля под ногами почернела, впитав дождевую воду.
– Митараи, эй, Митараи! – отчаянно звал я.
– Что? – раздался голос Митараи прямо за моей спиной. Удивленно оглянувшись, я увидел спокойное лицо своего друга. – Что случилось, Исиока-кун?
– Ты в порядке?
– Что? Что за шум? Принес поесть?
Только теперь я заметил, что все это время держал в руке тост.
– Ты как? Не упал?
– Упал? Кто, я?!
– Тогда что это был за звук?
– А, это… Там авария на склоне холма – столкнулись две машины. Такая перебранка! Я все видел из-за забора позади лавра. Ты так побледнел… я уж было решил, что произошло еще одно убийство.
– Значит, авария… А я подумал, что это ты упал с крыши.
– Вот как, Исиока-кун… Не думал, что звук аварии будет слышен в доме.
– Я так волновался! Если бы ты пострадал…
– Меня положили бы в больницу к Ятиё-сан. Давай скорей доедай свой хлеб, – сказал Митараи и вернулся к забору, оставив меня наедине с лавром.
Какое загадочное дерево! Казалось, оно живет своей отдельной таинственной жизнью.
Подобные деревья нельзя рубить, ломать, а порой даже просто трогать. Я вспомнил историю, рассказанную Юдзуру, – историю о человеке, приговоренном к смерти из-за того, что тот повредил дерево. Я легко мог в это поверить! Жизнь одного такого дерева равна жизни десятерых людей – разве это не убийство?
Вернувшись в столовую, чтобы закончить с завтраком, я встретил Юдзуру, собравшегося в больницу, чтобы узнать о состоянии госпожи Ятиё. Не дождавшись возвращения Митараи, я снова вышел в сад.
Дождь тем временем усилился. Я нашел своего друга среди деревьев в саду. Держа в руке зонт и раскрыв свою записную книжку, тот смотрел в нее и ходил кругами.
– Что такое? – спросил я, догнав Митараи на тропинке между деревьями.
– Карта этого сада, – ответил он, показывая мне блокнот. – Я нарисовал ее, осмотрев сад из окон третьего этажа и с крыши. Мы сейчас здесь. Вот здесь – пруд. Дорога идет в этом направлении. В итоге получается такая форма – английская буква В, только перевернутая.
– Что это означает? – спросил я.
– Наверняка не скажу, но какой-то смысл точно есть. Смотри, Исиока-кун, здесь – фигура кота. Там – игральная карта. Отличный сад!
– Да, здесь много зелени. Такой приятный запах…
– Ты понимаешь значение этой фигуры?
– Нет.
– Она из книги «Алиса в Стране чудес» Льюиса Кэрролла. Значит, владелец этого сада – остроумный человек, любящий тайны и загадки. И, скорее всего, англичанин.
– А, понятно, – ответил я, идя рядом с Митараи под дождем.
– Я нашел много чего интересного, но петуха нигде нет, – сказал он.
– А с крыши что-нибудь видно?
– Лавр, – серьезно ответил Митараи. – Видна его пасть, которой он пожирает людей.
– Что?
Я решил, что Митараи шутит. Однако, вопреки ожиданиям, выражение его лица было абсолютно серьезным.
– Это шутка? – набравшись смелости, переспросил я. По моей спине пробежал холодок.
– Разве похоже на то, что я шучу?.. Нет, я серьезно. К тому же на это указывает мелодия.
– Ты о шифре? Разгадал его?
– Да. Бился над ним всю ночь.
– Расскажи!
– Исиока-кун, кажется, в кладовой, где стояла лестница, был старый ледоруб. Наверное, кто-то здесь увлекался альпинизмом. Не мог бы ты принести его?
– Ледоруб?.. Зачем он тебе?
– Принеси и увидишь.
– Ты мне не скажешь?
– Ничего не скажу секретарю, который боится высоты и не может сам подняться на крышу, – отвернувшись, сказал Митараи.
– Ты злишься?
– Я не всерьез… Принеси поскорее! Я кое-что придумал.
Тут Митараи резко остановился и сунул правую руку в карман.
– Погоди, Исиока-кун. Возможно, я ошибся. Это дело куда запутаннее, чем мне казалось. Нас могут ждать неожиданные открытия. Возможно, нам стоит лучше подготовиться.
– О, кто у нас тут? Очередной детектив-дилетант! – раздался хриплый голос.
Обернувшись, я увидел двух высоких мужчин в одинаковых светло-коричневых плащах. Им было тесно под одним зонтом – их плечи полностью промокли, и ткань плащей стала красновато-коричневой. Один был очень спортивным, второй – немного упитаннее. Они окинули нас свирепыми взглядами.
– Молодые люди, что привело вас сюда с утра пораньше? Идите домой, вы мешаете расследованию! – сказал спортивный мужчина.
На
