Гусь изжарился, булочки лежали заботливо прикрытые тонким полотенцем, вода для умывания успела остыть.
Не выдержав, Мерисид поднялась на крышу и, устроившись в любимом кресле хозяйки, стала следить за окрестностями. Самхия осталась на кухонном дворе стеречь угощение от наглых кошек, уже сбежавшихся со всей округи на соблазнительный запах. Но иногда девушка все же навещала старшую подругу.
— Что если соседи просто посмеялись над нами? — спросила она, в очередной раз поднявшись на крышу.
— Нет, — уверенно возразила Мерисид. — Тогда они не дали бы гуся.
Согласившись, служанка стала спускаться вниз, когда в конце улицы появилась группа людей во главе с одетым в длинные одежды жрецом.
— Господин! — дрогнувшим голосом вскричала бывшая танцовщица, и девушки бросились вниз по лестнице, едва не сбивая с ног друг дружку.
Небраа с двумя слугами, тащившими на палке объемистый сундук, и в сопровождении толпы зевак не успел подойти к усадьбе, как ворота широко распахнулись ему навстречу, и плачущие служанки бросились перед ним на колени, целуя края рубахи.
— Господин! Как мы рады вас видеть! Добро пожаловать в дом! Хвала Сету, Себеру, Амошу, Исид и всем великим богам! — наперебой тараторили девушки, елозя коленками в пыли.
Господин сильно изменился с их последней встречи. Почти пропал бодро торчавший животик, кожа на лице сморщилась и висела некрасивыми складками, но глаза смотрели весело и устало.
— Я тоже рад видеть тебя, Мерисид! И тебя, Самхия. Ты правильно сделала, что вернулась. Твоей преданности я не забуду, — голос у Небраа дрожал. — Вставайте и проводите меня в дом, куда я так хотел вернуться.
Началась веселая суматоха. Сундук пронесли в спальню господина, а сам первый пророк отправился в ванную, сопровождаемый довольной Мерисид.
Старшая служанка помогла ему снять драгоценности и неудобную жреческую одежду. У молодой женщины невольно сжалось сердце при виде дряблого тела Небраа. Совсем недавно это был бодрый пожилой мужчина, а сейчас перед ней стоял почти старик.
Он сел в каменную чашу, а молодая женщина стала поливать ему на голову теплую воду из кувшина. Господин блаженно закрыл глаза. Тихо вошла Самхия. Вдвоем они вымыли хозяина душистым мылом, умастили благовонными маслами, и почтительно поддерживая под руки, ввели в обеденный зал.
Увидев накрытый стол, первый пророк улыбнулся и на минуту стал похож на прежнего Небраа.
Мерисид налила в стеклянный кубок вина и пододвинула блюдо с гусем.
— Дом людей щедро кормит своих слуг! — рассмеялся довольный хозяин.
— Увы, господин, нам выдают только зерно и немного сухих фруктов, — вздохнула старшая служанка, занимая свое место у стены.
— Боги благосклонны к нам, скоро все изменится, — уверенно заявил Небраа, разламывая жареную птицу. — Верховным жрецом храма Сета назначен Анубджедеф. А я стал первым пророком. Готовься переехать в усадьбу Сетиера!
— Хвала Сету, Нейбу и Исид! — с чувством проговорила молодая женщина, вытирая слезы. — Пусть вечно царствует над нами государь, жизнь, здоровье, сила!
Самхия, которая, не утерпев, тоже пришла в зал, робко пискнула, выглядывая из-за колонны.
— Господин…
Небраа посмотрел на неё.
— А кто такой Анубджедеф? — поинтересовалась она, смутившись.
— Младший сын командира корпуса Моот, — вытерев жирные губы, ответил хозяин. — Сейчас он служит в храме Амошджедефраамина V, но после Разлива переедет в Абидос.
— А что будет с семьей Сетиера? — хищно усмехнувшись, спросила Мерисид.
— После похорон они переедут жить сюда! — оскалился Небраа. — Его сын так и останется младшим писцом! Такова воля живого бога и его посланца Джедефмоота.
— Он не осчастливит нас своим визитом? — озабоченно поинтересовалась старшая служанка.
Захмелевший хозяин рассмеялся:
— Глупая! Ты хочешь, чтобы племянник самого великого визиря опозорил себя, явившись в такую жалкую хижину?
— Прости мое невежество, господин, — извинилась Мерисид.
Первый пророк пренебрежительно махнул рукой.
— Я и сам порой не верю, что встречался с такими людьми!
Он зажмурился.
— Со мной разговаривал сам сын живого бога, наследник престола!
— О! — в унисон с тихим восхищением выдохнули служанки.
Господин быстро пьянел.
— Меня слушали в Собрании мудрых! — вскричал он, подняв руку. Но вдруг замолчал, закашлял и знаком приказал налить себе еще вина.
Осмелевшая Самхия подошла ближе и уселась на пол неподалеку от кресла хозяина.
— Теперь и госпожу освободят? — спросила она, с восхищением глядя на нового первого пророка.
Небраа нахмурился, со стуком поставив на стол бокал.
— Надо будет как-нибудь поговорить об Анукрис с господином Джедефмоотом.
"Он о ней даже не вспоминал!" — со смесью радости и разочарования подумала бывшая танцовщица.
Очевидно, упоминание о супруге испортило господину аппетит, и он потребовал отвести его в спальню.
— Не уходи, Мерисид, — тихо попросил хозяин, когда девушки пожелали ему спокойной ночи и собрались уходить.
Молодая женщина посмотрела на него с жалостью: "На что ты способен в таком состоянии?"
— Посиди со мной, — попросил Небраа.
Удивленная служанка робко присела на край кровати.
— Я знаю, что меня хранят боги, — прошептал господин. — Когда плыл в гробу на корабле Мирагнеша, то все время ждал, что матросы убьют меня и бросят на корм крокодилам. Но они трепетали при одном имени Сета!
Он тихо захихикал сквозь сон.
— В столице я сразу пошел к Энхмину, помощнику архитектора государя. Ты его помнишь?
— Конечно, господин, — грустно улыбнулась Мерисид. Именно к нему она собиралась сбежать с золотом Алекса.
— Я не знал, кому можно верить, — язык Небраа ворочался все медленнее. — И помолившись Сету, рассказал ему все. Он свел меня с Гнешаатом, младшим писцом Собрания мудрых…
Голос первого пророка превратился в неясное бормотание и затих. Старшая служанка легонько коснулась губами выбритого лба, заботливо поправила одеяло и тихо вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.
В полумраке обеденного зала Самхия вовсю кокетничала с новыми слугами. Чтобы сразу прояснить ситуацию, Мерисид сурово поинтересовалась судьбой грязной посуды. Но все оказалось уже вымыто и разложено по сундукам. Немного смягчившись, молодая женщина стала расспрашивать новичков о том, как те поступили на службу к Небраа. Они проболтали до полуночи, пока зевавшая старшая служанка не приказала всем спать.
Она чувствовала себя почти счастливой, поднимаясь ни свет ни заря и расталкивая мирно похрапывавших слуг.
— Вставайте, лежебоки! — покрикивала она, с удовольствием натягивая длинное платье. — Пора готовить завтрак, греть воду для ванны. Скоро господин проснется.
Спросонья хлопая глазами, Самхия удивлено смотрела на подругу. В такой одежде не очень-то удобно работать. Но, похоже, Мерисид и не собиралась. Девушка вздохнула. Опять все станет как раньше!
Новые слуги попробовали артачиться, но бывшая танцовщица быстро поставила их на место.
— Это столичные бездельники спят до полудня, а здесь дом первого пророка храма Сета в Абидосе. Или вы хотите, чтобы господин в первый же день опоздал к утренней службе?
Мужчины поняли и прониклись. Распределив одного на кухню, другого готовить воду для ванны, старшая служанка подошла к недовольной подруге, раздувавшей в печке вчерашние угли.
— Потерпи, — тихо проговорила Мерисид. — Обещаю, как только господин позволит, найму кухарку, и ты навсегда избавишься от работы на кухне. Клянусь Исид!
Девушка недоверчиво посмотрела на неё. Старшая служанка улыбнулась.
— Я скажу ему об этом сейчас же за завтраком.
Обнадежив Самхию, молодая женщина отправилась будить Небраа. Но этого делать не пришлось. Завернувшись в юбку, тот уже бодро семенил в уборную.
Булочки с льняным маслом, вчерашнее пиво, лук, салат и яблоки.
— Этот стол не достоин вашего нового звания, господин, — извиняясь, развела руками Мерисид. — Но ничего другого у нас нет.
Первый пророк обмакнул кусок булочки в чашку с маслом.
— Отправляйся в храмовые кладовые и принеси пару уток, огурцов, дынь, меда. Ну и все, что найдешь нужным.
— Слушаюсь, господин.
— С новыми слугами познакомилась?
— Да, господин.
Небраа задал еще несколько ничего не значащих вопросов и согласился нанять еще одну служанку.
— Господин, а как быть с клятвой, которую мы принесли Дому людей? — поинтересовалась старшая служанка.
— Раату освободит вас от неё, — пообещал хозяин.
— Он останется главным инспектором и Судьей людей? — удивилась молодая женщина.
