Однако, когда звездолеты сблизились, масштаб перемен открылся со всей жестокой очевидностью. Передовые линии Альфа-Легиона накрыла волна лучевого огня, пронизывающая щиты и разрывающая двигатели. Множество легких кораблей взрывались один за другим, разбрасывая по пустоте фрагменты разрушенных корпусов. «Альфа» и другие линкоры отвечали своим концентрированным огнем, но неравенство в мощи было очевидно. Когда оставшиеся силы Темных Ангелов устремились в атаку при поддержке нескольких кораблей Волков, все еще способных участвовать в серьезных боях, возникла угроза превращения поражения в бойню.
В тот момент, когда корабли Альфа-Легиона обратились в бегство, перестраиваясь в кильватерную колонну и направляясь к выходу из пустотного залива, огонь «Химеры» достиг полной мощи, засыпая дрогнувшие линии врага огромным количеством плазмы, лазерных лучей, тяжелых снарядов и торпед. Пустота запылала, опустошая некоторые корабли от носа до кормы, сотрясая другие волнами от взрывающихся машинных отсеков. Штурмовые корабли, покидающие ради спасения свои ангары, оказывались посреди бури и уничтожались. «Нидхоггур», «Руссвангум» и «Фенрисавар» возглавили контратаку из глубин охваченного строя Волков, присоединив свои орудия к урагану, извергаемому из постоянно поворачивающих бортов звездного форта.
В конце концов, приказ на отступление был отдан, и Альфа-Легион ретировался к туннелю, из которого он вышел всего несколько часов назад. Отход был беспорядочным, и в ходе него погибло еще больше кораблей предателей, которых преследовали мстительные Космические Волки и свежие Темные Ангелы. Дав последний непокорный залп, «Альфа» и большая часть ядра флота XX Легиона сумели выйти из боя, ускользнув в канал в сопровождении эскорта из ударных крейсеров.
В качестве последнего акта отчаяния на границе туннеля остались четыре корабля. Они заблокировали проход, как до этого сделал «Рагнарок». Их пустотные щиты накрыли одновременные попадания сотен лазерных лучей, залив горло туннеля от края до края раздувающимися клубами огня. Оставшиеся корабли сражались стойко и достойно, маневрируя насколько им позволяло узкое пространство, чтобы подставлять под удары, защищенные щитами сегменты корпусов. Но даже в этом случае отсрочка была временной, и один за другим они исчезли в разрушительных взрывах.
Их жертва оказалась достаточной. Благодаря ей основные силы флота Альфа-Легиона ускользнули в туннель, избежав уничтожения и направившись на полной скорости к границе скопления. К тому времени как путь был расчищен, было слишком поздно задействовать мощь «Химеры». Звездный форт остановился в качестве часового у границы залива. Покончив с последним сопротивлением, вокруг него защитным ордером выстроилась боевая группа Темных Ангелов.
Несколько скоростных кораблей Волков бросились к туннелю. Ярость гнала их мстить отступающему врагу, но настойчивые приказы с «Храфнкеля» вернули корабли. Для надлежащей атаки сил не было, а оторвавшись от главных сил, корабли погибнут один за другим. Битва закончилась, и хотя VI Легиону удалось выжить, возможностей для расплаты не осталось.
Последние обломки, кружась и лязгая друг о друга, покинули место битвы, дрейфуя среди кристалликов крови. Линкоры медленно отключили лэнс-установки и обесточили главные двигатели. Выжившие соединились среди дрейфующих облаков обгоревшего металла. Истерзанные корабли VI Легиона тащились рядом с нетронутыми эскортниками Первого.
Над всеми висел огромный контур «Химеры». Ее корпус потемнел от орудийных залпов, а зубчатые пики мерцали из-за перегруженных пустотных генераторов. Величественный звездный форт был подобен королю среди подданных.
Не прошло и двадцати минут после того, как смолкли последние орудия, как на мостик «Храфнкеля» прибыло радиосообщение. Оно было кратким и в то же время учтивым, какими всегда и были передачи между этими двумя Легионами.
— Командир «Химеры» приветствует и отдает честь командиру «Храфнкеля», — зашипел голос в поврежденных вокс-устройствах треснувшего командного трона флагмана. — Он требует всем кораблям остановиться, обесточить батареи, а командующему флотом прибыть на «Химеру» на совещание. По воле Императора.
К этому времени Русс вернулся на свое место. Он сидел на троне и наблюдал за лихорадочными восстановительными работами, которые шли по всему мостику. Примарх криво усмехнулся.
— По воле Императора, — пробормотал он. — И что они могут знать об этом?
Гримнр тут же вспыхнул.
— Они не знают корабль примарха? — разъярился он. — Это они должны прибыть сюда. Повелитель, я отправлю вызов.
Русс поднял руку.
— Спокойно, — устало произнес он. — Оглянись. Ты хочешь показать им нашу слабость? В любом случае они имеют право. Не мы здесь победители.
Примарх поднялся. Тяжелая работа уже началась, медицинские команды вперемешку с бригадами рабочих Механикума перевязывали, ремонтировали, помогали друг другу. Продолжали прибывать списки потерь, и по первым свидетельствам они выходили опустошительными. Легион понес серьезные потери, и масштаб урона был очевиден всем. Принять новый бой любого масштаба был бы чудом. Вырисовывалась перспектива, которая, как правильно понимал Бьорн, изводила кошмарами Русса — пропустить главную битву, оказаться на обочине войны, смотреть, как другие становятся повелителями развернувшейся войны.
— Я пойду, — заявил Русс, вставая с трона. Он оглянулся туда, где сидел Орманд. Среди тысяч пострадавших, нуждающихся в умениях волчьих жрецов, его раны остались без внимания.
— И ты, — обратился примарх. — Пойдешь со мной.
В бархатном полумраке гулких помещений «Химеры» тянулись ряды мраморных колонн. В тенях сновали слуги, закутанные в толстые мантии и несущие церемониальные посохи, отмеченные образами зверей. Стилизованные в традициях Калибана геральдические символы были такими же запутанными, как лес, в котором некогда обитали их прообразы.
Русса и Орманда от пристани эскортировали Темные Ангелы в обсидианово-черных доспехах. Каждый рыцарь Калибана был вооружен длинным мечом, а поверх тяжелых доспехов носил светлую мантию. Из-за надетых на шлемы капюшонов линзы сияли, как кошачьи глаза в темноте.
В похожих на пещеры посадочных залах прибывшему Руссу оказывали все почести. Каждый Темный Ангел кланялся, прижимая руку к груди. Слуги склоняли головы до палубы, оставаясь распростертыми, пока он проходил мимо.
Руссу нашел это неприятным, но промолчал. Для него в экипаже «Химеры» все было необычно. Они носили боевые доспехи Первого Легиона, хотя с неуловимыми отличиями — в черной лакировке присутствовал зеленый цвет, а также повторяющийся мотив зверей. Эта иконография напоминала о королевстве под сенью крон деревьев.
— Сколько времени вы здесь находитесь? — спросил Русс, шагая по длинной галерее, увешанной церемониальными мечами.
— Пятьдесят девять лет, — ответил Орманд, сильно хромая. — Алаксес — новый форпост.
— И сколько здесь форпостов?
— Когда мы покинули Калибан, их было шесть. Сейчас должно быть больше.
Орманд сконфуженно посмотрел на Русса.
— Было сложно поддерживать связь. Иногда мы даже теряли контакт с родным миром. Здесь, среди облаков, дела обстоят хуже всего.
— Так что во имя Хель вы здесь делаете? — спросил Русс.
Орманд указал вперед.
— Если позволите, повелитель.
Они прошли через огромные двери из темного дерева и вступили в длинный зал с каменным полом и высокими окнами, вырезанными в стенах. Через витражные образы рыцарей, убивающих ужасов из чащи, просачивался красно-ржавый свет пустоты. В дальнем конце зала находился трон, изголовье которого венчал громадный образ химеры из полированной бронзы. В железных факелах мигало пламя, а от знамен доносился едкий запах ладана.
«Мы не такие уж и разные, — подумал Русс. — Мы оба берем родные миры с собой».
В приделах, под сенью больших колонн безмолвно и неподвижно стояли рыцари Первого Легиона. В конце зала гостей ждала одинокая фигура — судя по отличительным знакам лорд-коммандор. Он стоял с обнаженной головой возле пустого трона. По обеим сторонам от него в двух железных канделябрах горели пламя, отбрасывая мерцающий свет на худое лицо. Когда Русс приблизился, Темный Ангел низко поклонился.
— Милорд примарх, — обратился он четким и аристократичным голосом. — Благодарю, что прибыли сюда. Я — Алфалос, кастелян этой крепости.
Русс остановился перед ним, будучи на голову выше и намного шире. Его богато украшенный доспех все еще носил следы битвы с Альфа-Легионом. Среди столь аскетического убранства примарх походил на великана-людоеда, который забрел в рыцарский замок.
— Ты хочешь проделать это здесь? — спросил примарх
