Он дотащился до входа и увидел Гхолана. Воин стоял к нему спиной и смотрел на Трон… нет, он смотрел на то, что осталось от Моноча Охема. Должно быть, магический шторм проник в палату и Гадающий по костям не сумел противостать этой силе — его отбросило на правую часть Трона. Тралл с ужасом разглядел, что Моноч Очем расплавился — его обезображенное, скрученное тело спаялось с Первым Троном. Едва ли половина лица Гадающего выступала наружу, сморщенный глаз поблескивал в потрескавшейся орбите.
Вдоль стен и у Трона сидели дети — их осталось так мало! — а Панек склонялся над неподвижным телом Миналы. Вокруг них медленно расплывалась лужица крови.
Ибра Гхолан обернулся, когда Тралл втащил Алраду Ана.
— Моноч Охем не справился, — невыразительно проговорил неупокоенный воин. — Отойди от прохода, Тралл Сенгар. Теперь я встречу Хищника жизней.
Тралл оттащил друга к стене и присел рядом, положив руку на забрызганный лоб Алрады. Он удивился, когда тот открыл глаза.
— Алрада…
Умирающий воин попытался заговорить. Изо рта пошли кровавые пузыри; он кашлянул, забрызгав лицо Тралла, и перед смертью сумел произнести одно слово.
Одно слово.
— Дом.
* * *
Ибра Гхолан вышел навстречу тому, кого прозвал Хищником. Четыре шага. Джаг наконец высвободился из смертельной хватки Апторианы. Т'лан Имасс бросился в атаку.
Камень против железа, искры в сердцевине ревущих ветров; ветры эти несли куски плоти, осколки костей, клочья мокрых волос, части доспехов.
Тралл подобрал копье из кучи брошенного оружия и встал на страже у входа.
Натиск Ибры Гхолана заставил Джага сделать шаг назад. Затем еще шаг…
Сухой треск — Т'лан Имасс зашатался, уронив сломанный кремень. Оружие Хищника жизней мелькнуло, опускаясь, отделяя левое плечо неупокоенного… второй замах, ребра как взорвались, отдав новые осколки на волю ветра… Ибра Гхолан дернулся назад…
Меч коснулся его виска.
Череп распался на массу осколков…
Снова меч пронесся через тело, на уровне бедер, пересекая позвоночник, выходя наружу и разваливая Имасса на половины. Джаг ухитрился взмахнуть мечом еще четыре раза, прежде чем части тела неупокоенного воина упали на пол. Во все стороны полетели осколки костей.
Хищник дернул головой и заревел — звук этот придавил Тралла к полу, выбив воздух из груди — он беспомощно взирал, как чудовище сделало шаг вперед. И еще шаг.
* * *
Вспышка, треск разрываемого воздуха — и кто-то выпал ниоткуда на путь Джага. Он прошипел: — Чтоб тебя, Темный Трон! — Тралл видел, как человек поднял голову, заметил приближающегося монстра и сделал шаг назад; когда Джаг воздел меч, магия рванулась из-за человека — ослепляя всех — и когда она распалась, ветер в мрачном коридоре завыл не хуже банши. Хищника нигде не было видно.
* * *
Варат Таун проследил, как Икарий уничтожает Т'лан Имасса, и снова нашел взором одиночку — Эдур, готовящего копье. Мгновением позже торжествующий рык сбил его с ног.
Капитан видел, как перед Икарием раскрываются врата, как истекает магия — и присел, стараясь слиться с трупами, когда ударившая Джага сила расплескалась, сотрясая стены и пол — мгновенная вспышка, Икарий взлетел на воздух, прямо к нему, мелькнул над головой — неистовый ветер пронесся вслед за ним.
И вернулся с новой силой. Варат чувствовал, как тела сверху перекатываются и что-то сдавливает их — Джаг шел по трупам, снова поднимая меч.
Темнокожий тщедушный Цеда увидел возвращение Джага и выпустил новую порцию грохочущего волшебства…
… Икарий отлетел…
* * *
Буря извивалась как разъяренный берсерк, расщеплялась на отдельные потоки, завывая, терзая камень стен, срывая с них большие куски. Тела павших поднялись на воздух, плоть слезла с костей, кости истончились и сломались… оружие закружилось, растворяясь в ничто.
Тралл Сенгар видел, стоя на коленях, как пришелец избивает Хищника. Снова и снова. Каждое вибрирующее сотрясение подбрасывает его вверх, крутит и молотит, смачно лупит по невидимым отсюда препятствиям.
И снова и снова чудовищный убийца встает на ноги и движется в атаку.
Чтобы снова получить удар.
В кратком промежутке между стычками пришелец огляделся, заметил Тралла и крикнул по-малазански: — Кто он такой, Худа ради?
Тралл моргнул и потряс головой.
"Неправильный вопрос. Кто ТЫ такой, Худа ради?"
Ревущий Хищник подкрался еще ближе; на этот раз он выстоял под колдовским импульсом, хотя его и оттащило на несколько шагов назад. Он покачал головой и поднял клинок.
Снова наступая.
Еще один выброс… Джаг всего лишь склонился под напором… А маг подпрыгнул, словно ужаленный. Кожа на руках разошлась, брызнула кровь.
Хищник жизней, покачнувшись назад, устремился в атаку.
Маг почти исчез за красным туманом, шатаясь и со стоном восстанавливая равновесие…
Джаг совсем рядом…
Тралл обнаружил мага лежащим рядом с собой. Вся его кожа покрылась кровью, порезы усеяли каждый сустав, лицо, шею; глаза покраснели, источая слезы. Трепещущая рука поднялась, колдун слабо улыбнулся и пробормотал порванными губами: — С меня довольно. Давай ты, Эдур. И передай Темному и Котиллиону: я буду поджидать их по ту сторону врат Худа.
Трал поднял голову, выпрямил спину, готовя копье.
Глаза Хищника блестели. Траллу почудилось, что в их раскаленной глубине мелькнуло узнавание. "Да, это снова я".
И тут ревущий вихрь словно запнулся, набросившись сам на себя, заставляя фрагменты и обломки прижаться к стенам — и наступила жара, душный зной потек из-за спины Джага. Он занес меч и неверными шагами…
* * *
Выкарабкавшись из-под трупов, Варат Таун ощутил: буря стихает. Дыхание его прервалось — воздух пропитывался золотым сиянием — и в нем чудилась теплота, чудилась жизнь…
Беглое движение слева… он ухитрился повернуть голову… фигура в обтягивающих бурых одеждах… нет, нагая… покрытая мехом женщина — нет, самка — не человеческого рода. Но…
Она двигалась на полусогнутых — быстро, робко, нервно, обходя Икария сзади. Джаг шел к одинокому Эдур. Стремительный бросок — Икарий расслышал, начал поворачиваться — но она протянула длиннопалую руку — без оружия — Варат Таун увидел, как палец легчайшим движением касается бока Икария…
Губитель упал как подкошенный.
Сзади раздался бессловесный вопль; летериец отпрянул, когда мимо прохромал Таралек Виид…
Самка склонилась над павшим Икарием. Нежно провела рукой по лбу убийцы, и янтарное сияние начало гаснуть, и вместе с ним делалась невидимой самка. Вскоре она растворилась в золотом свете; свет замигал и пропал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
