Обернувшись, Гедимин увидел массивный гусеничный уборщик, сгребающий обломки.
— Идём, — Хольгер крепко взял сармата за локоть. — Тут больше делать нечего.
— Объект обнаружен! — услышал Гедимин крик Стивена и облегчённый вздох кого-то из охранников — скорее всего, Васко. — Объект под контролем, возвращается…
— Когда ты успел нас потерять? — спросил у Стивена Гедимин секундой позднее, приземлившись на смотровую галерею и отключив «лучевое крыло». — Мы были внизу, на месте аварии, и видно отсюда неплохо.
— Tza, — отозвался охранник, вскинув стальную «клешню». Гедимин изумлённо мигнул — Стивен как будто был действительно ему… рад⁈
— Вот досада, — покачал головой Хольгер. Он отмахнулся от охранников и снова встал на краю, внимательно глядя на бригаду, разгребающую обломки. Раненых, даже тех, кто отделался ушибами, увели с площадки, на смену им пришла резервная группа, ликвидаторы продолжали работу, и к расчищенному участку уже подъезжал глайдер с запасными припортальными конструкциями.
— Неприятная промашка, — сказал Хольгер. — Если так бабахнуло на нашей стороне, представь, что сейчас творится на Кагете.
Гедимин досадливо хмыкнул.
— Надеюсь, никого не убило. Глупый промах.
Он перевёл взгляд на одну из веера вскрытых десантных палуб. Там должны были стоять машины и экзоскелеты атмосферного десанта, и монтажники готовили для них посадочные коридоры и швартовные устройства. Гедимин представил, как тяжёлый экзоскелет садится на палубу, и с сомнением покачал головой. «Провести бы испытания…»
— Нравится? — спросил он у ближайшего охранника. К его удивлению, это был Стивен, и никогда раньше он не проявлял такого интереса к механизмам и производственным процессам. Он навис над верфью, вцепившись в перила, и смотрел на каркас «Феникса», не мигая.
— Это мощный корабль, — отозвался Стивен. — Жду, когда достроят. Будут испытания?
— Должны быть, — сказал Гедимин. — Только одна сложность. Как испытать крейсер незаметно для землян?
Стивен оглянулся на него, настороженно щурясь.
— «Макаки» могут перехватить в пути, — кивнул он. — У них сейчас много кораблей. Да, паршиво. Но вы что-нибудь придумаете, да? Вас же за это тут держат? За мозги?
Ремонтник изумлённо мигнул.
— Придумаем, не бойся, — успокоил он охранника. — В первый раз, что ли?
Вокруг установленных припортальных дуг сновали монтажники, раскидывая кабели. Их подгонял тревожный звук сирены — Кагет запрашивал разрешения на открытие портала. Гедимин прикинул, каким путём должен идти сигнал из галактики Вендана, и ухмыльнулся. «В Вендане тоже есть пояса астероидов. Выведем крейсер туда и испытаем во всех видах. Ни одна мартышка не заметит.»
25 февраля 36 года. Луна, кратер Кеджори, научно-испытательная база «Койольшауки»
Хольгер с утра вышел на смотровую галерею над Крейсерной Верфью — да так там и остался; из реакторного отсека строящегося крейсера маленькая площадка под потолком не проглядывалась, но Гедимин и так знал, что Хольгер там — стоит, вцепившись в перила так, что металл поскрипывает и сминается, и смотрит, не мигая, на вскрытую бронированную сферу. Три часа назад Гедимин вошёл внутрь, но его работа ещё толком не началась — пока что он смотрел, как работают другие, изредка подавая знак «вира» или «майна». «Это и есть ваша работа, инженер Гедимин,» — заявил ему с утра сармат-бригадир, чьё имя он забыл спросить; Гедимин сердито сощурился, но спорить не стал — и так знал, что бесполезно. А бригада работала; все пять роторов заняли положенные места, сверху и снизу расположились трансформаторы, сейчас пара электронщиков разбиралась со щитом управления, вынесенным в небольшой сегмент в верхней части отсека. Между ним и самим реактором поставили четыре слоя непроницаемых барьеров с дезактивационным шлюзом посредине. Оставалось собрать активную зону, и Гедимин, вспоминая, как их собирали на «Полярной Звезде», криво ухмылялся. «Видел бы Конар, чем я занимаюсь,» — подумал он, услышав долгий гудок из-за обшивки — сигнал подъехавшего глайдера с топливными кассетами. «И видел бы это Мартинес…»
— Tza tatzqa? — спросил он в коммутатор, отключив все каналы, кроме одного — связывающего реакторный отсек с экипажем крана.
— Tza tiisq, — ответили ему. Сборка, запакованная в рилкар, проложенный ипроновой фольгой, и обвязанная маркировочными лентами, уже висела над проёмом в верхней части отсека; двое сарматов-контролёров срезали ленты и наносили пометки на контейнер.
— Attahanqa, — Гедимин поднял обе руки, опуская пару крайних пальцев вниз. — Sa tatzqa!
Сборка медленно пошла вниз.
…Когда последний пустой контейнер поехал вверх, и снаружи просигналили «heta!», сармат прислонился к обшивке и глубоко вдохнул. Активная зона «Феникса» была собрана, все четыре сборки заняли свои места и наполнили вскрытый бронированный шар отсека ровным зеленоватым свечением. Поверхность роторов, стеклоподобная внутренняя обшивка, — всё блестело, отражая холодный свет ирренция. Гедимин провёл ладонью по ближайшему твэлу и медленно улыбнулся. «Один есть,» — думал он. «И на этот раз — действительно полетит.»
…Хольгер встретил его у выхода, посмотрел ему в глаза и крепко его обнял.
— Tza seateseq, атомщик, — прошептал он. — Tza seatesieq!
Гедимин смущённо хмыкнул.
— Первый запуск через пять дней, — сказал он. — Не загадывай раньше времени. А когда дойдёт до полных испытаний…
Хольгер махнул рукой.
— Я же знаю тебя, атомщик. Если тебя пустили на корабль, там не осталось ни одной непроверенной заклёпки. И он непременно полетит…
Он оглянулся на закрытые гермоворота Крейсерной Верфи.
— Помнишь наш «Скат»? Может, и к лучшему, что тогда ничего не вышло. Сбили бы нас над Атлантисом, и на этом всё закончилось бы.
Гедимин пожал плечами.
— Надо было попробовать. Жаль, реактор дособирать не дали. Он, наверное, так и лежит на базе под Саскатуном…
03 марта 36 года. Луна, кратер Кеджори, научно-испытательная база «Койольшауки»
— Dek… nu… uk… shep… shi… qen…
Бесстрастный голос под сводами Крейсерной Верфи отсчитывал секунды, и над смотровой галереей перекатывалось негромкое эхо.
— Qu… ter… du… un… Tza jasqa!
Два ослепительно-ярких зелёных луча сошлись в узком мерцающем
