Задерживаться не стали, дошли до душевой. Там и остальные студенты подтянулись. Когда возвращались, у листов толпа собралась. Парни спорили, что-то выясняли, ну и хвастались успехами, конечно. Или шутили над теми, кто оказался внизу списка.
— Ты обратил внимание на минимальную норму? — спросил Виктор, когда прошли мимо них.
— Это какую?
— Там приписка стояла. Норматив по каждой дисциплине десять баллов. За перевыполнение больше дают, за невыполнение меньше. Тебе нормально не хватило, чтобы пройти.
— Хм…
Я припомнил, что увидел на листе. Стрельба неплохо, рукопашка неплохо, сборка и разборка провал. В переводе это означало, что как обычный боец я по прежнему слаб и не дотягиваю до норматива. Хорошо, что я не обычный. Это-то и спасает. Но так дело оставлять нельзя. Я собирался подтянуть все возможные дисциплины, какие только смогу. Один из принципов алхимии гласит: то, что можно сделать без алхимии, должно быть сделано без неё. Это настолько въевшийся принцип, что я всегда, в любой задаче, искал два пути. Обычный и алхимический.
Если проблему можно решить, дав в морду, то зачем усложнять и городить печати? Надо дать в морду, вот и всё.
Разные направления я хотел развить и по другой причине. Если так выйдет, что дойдет до перемещения в другой мир, то лучше это делать, обладая как можно более обширным запасом навыков. Алхимия ведь может не работать в другом мире. Это гораздо более вероятно, чем то, что не будут работать кулаки…
Что-то все мысли вокруг кулаков вертятся. Задело меня, что я отстаю как минимум от половины аристократов.
— Как результаты, парни? — спросил у остальных Виктор, когда те вернулись в общую комнату, — Все довольны?
— Куда там, — раздраженно махнул рукой Матвей.
— Да, дружище, у тебя совсем тоска. Придумал, что с этим делать будешь? — поинтересовался Моржов участливо.
— Видимо, ничего, — ответил за Матвея Богдан, — Прости, без обид. Но я вижу, что ты в патовой ситуации.
На это Матвей ещё раз рукой махнул.
— Эй, а кто из вас Норков? — вошёл в комнату Горал, — Хочу посмотреть на этого неудачника. Он же из вашей группы, да?
— У тебя какие-то проблемы? — тут же вышел вперед Виктор.
Да и остальные в его сторону повернулись с недобрыми намерениями.
Это между собой многое друг другу можно позволить. А чужим группам нас задирать — хрен им.
— Ясно всё с вами, ребятки. — усмехнулся Кирилл, выставив перед собой руки.
— А сам то что? — спросил у него Егор, — Какое место занял?
— Уж точно не последнее, — цокнул парень в ответ, развернулся и отправился на выход.
— Не обращайте на него внимания, — сказал тот парень, который был в его группе, — У него дурной характер.
— Да мы-то давно это заметили, — рассмеялась Виктор. — Идем завтракать?
У кого-то заурчал живот, вызвав новую порцию усмешек.
***— Соколов, а Соколов, — обвинительно выставила в мою сторону вилку Рао, — А ты откуда такой талантливый взялся?
— В каком смысле? — глянул я на неё, доедая кашу.
— Все мы знаем твою историю. Трагичная, спору нет. Но ты вроде где-то пропадал, пока других натаскивали клановые учителя. Так откуда навыки?
— А, ты про это, — кивнул я и замолчал.
Вкусный чай здесь наливают. С парой ложек сахара, не меньше.
— Так что? — недовольно заерзала Рао.
— Да нахватался по верхам.
— А ты уже убивал? — задала она неожиданный вопрос.
— Было дело, — постарался я не подать виду, что вопрос смутил.
— Много? — не успокаивалась девушка.
— Тебе точное число назвать? — опешил я.
— Было бы неплохо.
— Ну…
Нет, отвечать я не собирался. Просто и правда задумался, сколько за обе свои жизни убивал. В этой на счету относительно немного. Если так вообще можно говорить про отъём чужой жизни. А в прошлой… Я убивал тех, кто хотел убить меня. Убивал спятивших тиранов, темных алхимиков, а бывало, что уничтожал целые поселения. Правда, один раз такое было. Запущенный случай. Встретил поселение каннибалов, которые ещё и всякие нехорошие практики на крови практиковали. К нашей с ними встрече там оставалось тридцать семь… кхм… существ. Людьми их язык не поворачивался назвать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Больше, чем мне того хотелось бы, — ответил я честно, — А ты, убивала?
— Ну у вас и тема, — не удержался Матвей от реплики.
Дружище… Лучше бы ты молчал.
— Нет, — ответила девушка, сверкнув глазами, — Не довелось. Пока что. Так ты, получается, убийца?
— Получается, что да, — ответил я с максимально доступным мне равнодушием.
— А бесов убивал?
Я посмотрел на Рао. Та не моргнула и не отвела взгляда.
— Убивал. И бесов, и ходоков.
— Да ладно. Не поверю. — фыркнула она.
— Не верь.
— Ты сейчас серьезно? — уточнил Виктор.
— Он не врёт. — подал голос Хохлочёв Степан.
Молчаливый парень, который постоянно выпадал из поля зрения. А тут заговорил. Слова его имели серьезный вес, потому что после них вопросы, как рукой отрезало. Да и задумались все.
Зачем я откровенничаю? Слишком меня впечатлило то, как буквально на глазах изменилось отношение к Матвею. Нищему и слабому аристократу и так трудно. Но парень как-то справлялся, был на короткой ноге со многими в институте. Да и пылал жизнерадостностью, что-то организовывал, ходил с другими парнями по клубам. В общем, был если не своим в доску, то около того. А сейчас я вижу совсем другое. То, как его готовы заклевать, потому что он слаб.
Да и растерялся я, чего уж. Эта дикая кошка смогла выбить меня из колеи.
— Каково это, убивать? — продолжала спрашивать Рао, смотря на меня с серьезным видом.
— Приятного аппетита, блин, — раздраженно посмотрел на неё Егор.
— В твоей жизни есть то, что надо делать, но то, что ты не любишь? — глянул я на девушку. Первые секунды растерянности прошли и я вернул себе спокойствие.
— Есть кое-что, — кивнула она.
— А есть то, что ты считаешь по жизни не правильным и хотела бы избежать любой ценой?
— Есть. Облысения.
— Чего? — повернулся к ней Моржов, — Ты серьезно?
— А что такого? — захлопала глазами Рао, — Кошка без шерсти — это посмешище, а не кошка.
— Тогда тебе лучше избегать ситуаций, где тебя попытаются сжечь, — флегматично заметил Касаткин, — Да и под гранаты лучше не попадать. От этого волосы легко могут пострадать.
— Ну спасибо, — Рао повела головой, перебрасывая косу на другую сторону.
Обычно она с распущенными волосами ходила, но на учениях заплела тугую косу, чтобы не мешалась.
— Не уверен, что пример с волосами корректен, — перехватил я слово, — Но для меня убивать, это как делать то, что не хочешь, что считаешь неправильным, но что иногда надо делать.
— Необычный ответ, — прокомментировал Егор.
— Хрень это всё, — отодвинул от себя тарелку Игорь Нарвалов, — К убийствам проще надо относиться. Чик — и всё.
— Чикалку свою не сломай, — среагировала Рао.
— Не бойся. Моя чикалка, — усмехнулся он, — Никогда не сломается.
Рао посмотрела на него, как на придурка. Ну да она это любит, умеет и часто практикует. Парень ответил ей взаимностью. В смысле посмотрел, как на разукрашенную дуру, ничего не понимающую в жизни.
Мы с этим парнем не особо общались. В одной группе вроде, но он в основном с Касаткиным трепался, да со Степаном. С Виктором тоже. Мы как две отдельные компании внутри одной группы. Стоим рядом, но общих тем почти не всплывало.
— Пустые слова, — фыркнула Рао, — Вот Эдгард, — вилка снова повернулась в мою сторону, что вообще-то было нарушением всех правил этикета, — Мальчик опытный. То беса придушит, то ходока. А ты, Игорёк, чем похвастаться можешь?
— Рао.
Виктор сидел напротив девушки. Именно он её и позвал. Они встретились взглядами и между ними отчетливо вспыхнуло напряжение. Отнюдь не сексуального характера, а скорее того, которое олицетворяет борьбу за власть… в стае.
— Как и сказал Эдгард, — пока эти двое выясняли отношения, Игорь не собирался молчать, — Убийства — это дело, которое должно быть сделано. Ну, как разделка мяса, — покрутил и он вилкой. — Чик-чик-чик.
