множество единорогов и пегасов, и словно зачарованный медленно направился к
ним. На ходу, извлекая из карманов, какие-то размокшие лакомства, в полголоса
шепча ласковые слова, он приблизился к стоявшему отдельно от остальных,
единорогу. Тот повернул голову, втянул ноздрями незнакомый запах, человек
ловко протянул ему угощение, и вожак единорогов, настороженно, принял. Тоже
самое Менгафар проделал и с пегасом. Умело, поглаживая, он переходил от
одного коня к другому, каждому, кладя что-то в рот. Так и завязалась дружба между
вожаками табунов и Менгафаром.
Отдельно следует сказать, что это были за кони, статный вожак рогачей,
был сама грациозность. Спина изогнута, ноги тонки и стройны. Ярко светились
рубиновые глаза, в холке он достигал метров двух. Чуть выше глаз, почти
55
параллельно земле, вырастал рог; прямой и тонкий. Гривы и хвост рассыпались
мелкими кудрями, а опущенные и неестественно для альбиносов черные ресницы
бросали пушистые тени на розовые ноздри. Как вспомнилось, глядящему на все
это Априусу, из рога единорога можно сделать магический жезл. Но в данном
случае это все ненужные знания, ибо без рогов, единороги слабеют и погибают.
Рус перевел взгляд на озеро, там как раз очнулся Харей, но из воды
выходить не стал, устремился к темной громаде «Версара», он ходил вокруг, да
около, рассматривая все мельчайшие детали и цокая языком. Века, проведенные
в море, даром не прошли, и теперь, утонченность черного корабля так поразила
морского ярла, что он никак не мог оторвать свой взгляд. Тут нехотя поднялся на
ноги и Атарк - решил пригласить соратника на корабль.
Хитар и Картус в себя пришли одновременно, а осмотревшись, выскочили
из воды, и направились к сидящим на скамье, Априусу и Саларилю. Бывший
император встал, и выпрямился, напустив на себя величественный и строгий вид,
жестом дал разрешение говорить.
- Мой Император! – Положив руку на сердце, молча склонил голову трибун.
- Повелитель! Как же я рад, что ты наконец-то меня призвал! – весь прямо
распираемый от радости полковник, бросился на одно колено, и тоже замер в
поклоне.
- Я рад не меньше вашего, но поднимитесь, дождемся остальных и начнем
серьезный разговор. А пока давайте подумаем, где бы нам присесть, чтобы все
поместились.
Вскоре показались и остальные выжившие, пришли немного изумленные
Клык и Коготь, цепочкой на поклон императору потянулись легионеры, лишь
Богар задержался, помогая Саяру и Дрендому, так как тех, совсем не хотели
слушаться суставы, и они могли упасть. Прибежал восторженный Менгафар,
Харей пришел вместе с Атарком, заявив, что иногда может заменять шкипера..
А Хитар тем временем представлял остаток из своих солдат:
- Рагний - примипил, Кронк – центурион; Берлиар – центурион. Опцион Лорк.
И еще Свен имагнифер, легионер гастат Валид. Мой тубицен Виргиний, и декан
Тагар со своим десятком.
Те выстроились как перед смотром, ни один не утратил, ни оружия, ни
частей амуниции, и сейчас стояли навытяжку гордые и довольные. Темно-синий
металл доспехов все так же тускло переливался при малейшем движении.
- Очень рад бойцы, что вы сумели выжить – сжато сказал Рус - идите на
корабль осваивайтесь, я скоро подойду.
Хитар построил всех своих, подождал Харея и Менгафара и повел их к
«Версару». За ними отправились и люди из клана барсов. Картус же стоял рядом
с Априусом, ожидая пока красный от натуги Богар, дотащит Дрендома с Саяром.
Затем словно опомнившись, бросился тому помогать. Но тут, словно из-под земли
возникли ящер, куатар, и попугай, который вопил не останавливаясь. От них
пошли незримые токи силы, и летописец с бывшим посыльным враз обрели
подвижность и гибкость. Тепло друзей поставило их на ноги за мгновения, даже на
вид они стали моложе, седые волосы почернели, а спины выпрямились.
- Дрендом! Саяр! Богар! – Априус широко раскинул руки и бросился
обнимать старых товарищей.
- Почему так долго Апри? – Шептал летописец - я не смог выдержать
прости… Куру! Не запрыгивай, завалишь…
- Повелитель! Куру! Рунин! Яша! – Саяр переходил, от одного к другому
радостно сияя.
Богар себе такого не позволил, понимая, что перед ним его каган, но Рус, и
его сгреб в общую охапку – потому что это была встреча верных соратников и
56
приятелей, к тому, же не видавшихся тысячелетиями.
Априус почувствовал, как в душе появляется тепло, разрастается, заполняя
всю его суть. Он бы так и стоял, тиская друзей, но.… Но время не ждало. А Богар
с Картусом уже отправились на корабль, давая возможность правителю остаться
наедине с друзьями. Некоторое время они перекидывались короткими репликами,
не выпуская друг друга из дружеских объятий, но потом Априус заставил себя
отдать приказ:
- Рунин и Куру составьте напоследок компанию Саларилю. А вы – он
повернулся к Дрендому и Саяру - со мной на «Версар».
А на корабле стоял такой шум и гам, что слышно было даже сюда. Все,
перебивая друг друга, знакомились, те, кто был знаком рассказывали о своих
приключениях и злоключениях. Слышались охи и ахи, «не может быть» и тому
подобное. Но едва Априус, а за ним летописец и Саяр с Яшей, поднялись на борт,
настала гробовая тишина.
Рус окинув взглядом палубу, и остался доволен - разместились все, даже
можно было прибавить еще человек десять, и тогда это могло бы именоваться
экипажем. Он подождал, пока разместятся прибывшие с ним воины, и заговорил.
- Начну с того, что в мире все изменилось, я больше не ваш император, да и
вообще не император. Так что вы мне не обязаны служить. Каждый из вас, если
пожелает, может вернуться в свой мир или в тот, который захочет – в этом я
помогу. Если же кто-либо изъявит желание все равно служить мне - что ж не
прогоню. Но скажу сразу - служба эта будет не из легких, много времени придется
проводить вот на этом корабле, изучать чары, слова Силы, и много других наук.
Так же вам придется поодиночке спускаться в разные миры, и возвращаться
оттуда, ходить такими тропами, что и в кошмарном сне не присниться. Так что кто
сомневается в себе, или хочет вернуться домой, я не держу.
- Да кто нас там ждет – выпалил один из легионеров.
- Домов у нас тоже нет – добавил центурион Кронк – конечно можно просто
пойти на службу, ну уж лучше служить тебе Каронус, чем кому-либо еще.
- Меня, Повелитель, можешь не спрашивать – коротко сказал Харей.
- И меня - тут же добавил Менгафар, искоса поглядывая в сторону леса –
только позволь взять двух жеребят.
- Я по-прежнему предан тебе повелитель! – это уже Картус.
- Обо мне вообще говорить не надо – я с тобой еще с Хариба – прямо
сказал Хитар. О каком таком Харибе шла речь, здесь никто, разумеется, не знал,
