Читаем без скачивания В радости и в горе - Кэрол Мэттьюс

— Иду!

— Джози, тебе тоже надо надеть платье!

О, радость! Вот он, момент, которого она так ждала. Сиреневый шифон! Иду…

Глава 20

Аэропорт Хитроу в предрассветный час казался местом, где никогда ничего не происходит. Несколько вооруженных полицейских на дежурстве неторопливо прогуливались по залу и явно скучали. Они вовсе не казались теми, кто четко знает, что делать, если возникнет ситуация, когда надо будет застрелить кого-то или завалить наземь террориста и надеть на него наручники. Уборщики полировали полы до больничного блеска, а продавцы с отвращением думали о том, что сейчас им придется нарушить свой душевный покой и, открыв магазины для рутинной дневной работы, в силу жестокой житейской несправедливости начать общение с этой немытой, ничтожной публикой.

Учитывая то, что Дэмиен практически не отстал от намеченного графика, он, разумеется, порадовался, что все рейсы отправлялись вовремя. Он взвалил дорожную сумку на плечо и с трудом пошел через зал. Он был, в общем, доволен собой и тем, во что вылилась его миссия Возврата Джози. Разве сможет женщина, столкнувшись с таким недвусмысленным проявлением действия мужских гормонов, устоять и не упасть в его объятия? Не так уж много мужчин, которые в мгновение ока пересекли бы океан только ради того, чтобы доказать, насколько женщина важна для них. Пусть тот Таинственный Незнакомец сделает что-нибудь подобное!

Что бы то ни было, он наконец вытащил счастливый билет. Проходя мимо стенда с галстуками, он посмотрел на себя в зеркало. Да, на лицо его стоило посмотреть: на нем после битвы с Полоумной Мелани остались шрамы от тарелок и прочих видов холодного домашнего оружия. С другой стороны, если Джози не будет расположена к общению с ним (а в последнее время склонности к этому она не проявляла), то лицо, иссеченное шрамами, возможно, заставит смягчиться ее женское сердце. Он пострадал от пращей и стрел неприятеля в попытке вновь обрести ее и надеялся, что она непременно оценит это. Дэмиен погладил кожу кончиками пальцев. Больно. Мелани могла убить его. Слава богу, что она не дошла до ящика с ножами, а то сейчас он говорил бы гораздо более высоким голосом.

Он не мог понять, что он нашел тогда в этой Мелани, ну, конечно, помимо тех достоинств, которые сами бросались в глаза, — большого бюста, здорового зада и малого количества мозгов. Но, возможно, причину искать и не нужно. С мужчинами такое случается. В их конторе, по крайней мере, через это прошли почти все. Удивительно, что и работа еще как-то двигалась. Взять хотя бы Интернет: он весь напичкан объявлениями постельного характера. В отделе по управлению человеческими ресурсами использование помещений компании для проведения интимных встреч с сотрудницами расценивали как дисциплинарное нарушение. Но если бы все такие случаи выплыли на свет божий, то пришлось бы уволить половину персонала! Включая директора-распорядителя и его секретаршу.

Дэмиен сверился с часами. Ему предстояло убить еще час. Он прошелся по ряду, где были магазины, от нечего делать разглядывая на витринах чемоданы из поблекшей кожи, видимо, провалявшиеся на магазинных полках довольно долго, шелковые рубашки ручного изготовления и различные панамы. Все это ему понадобится, когда он состарится и станет слащавоучтивым. Давайте начистоту: если вы и в пятьдесят лет захотите остаться участником забега на приз «Крутая Куколка», то одежду вам придется покупать никак не в дешевых магазинах сети «Некст».

Вот когда он увидел Его. И уже не смог отвести от Него глаз. Оно сверкало, лежа на грубой ткани в световом круге, разбрасывая вокруг всполохи голубых, розовых и зеленых лучей. Оно должно принадлежать ему. В этом кольце был самый большой, самый игристый бриллиант, который ему когда-либо приходилось видеть. Даже если все остальное не сработает, то вот этот стервец уж точно вернет ему сердце так отдалившейся от него любимой. В таких ситуациях бриллиант вообще лучший друг мужчины. Этот же был чистейшей воды, прозрачный, ограненный в форме слезы (как кстати!). Дэмиен был очарован романтичностью своего замысла. Кольцо для повторной помолвки. Он падет на колени и будет молить Джози вернуться к нему. Это будет его коронный номер!

Ювелир, наверное, решил, что вновь пришло Рождество, угрюмо подумал Дэмиен. Когда он смотрел, как Дэмиен заталкивает бархатную коробочку поглубже в верхний карман, похлопывая по нему, чтобы убедиться, что она там будет в целости и сохранности, в его блестящих глазах сквозила неловкость. Даже кредитная карта Дэмиена, привычная к разным экстравагантным приобретениям хозяина, взвизгнула от боли, проходя через кассовый аппарат. Бриллиант-то, конечно, потрясающий, но и цена потрясает не меньше. В том числе и кошелек. Однако он был уверен, что его затраты окупятся сторицей. То, что он сейчас заплатил за эту блестящую побрякушку, позволит ему купить очень большой кусок пирога смирения и примирения.

Как бы то ни было, Джози этого стоит. Такая женщина, как Джози, одна на миллион, а таким, как все эти Мелани, красная цена грош за десяток (почему он не понял это раньше, это бы уберегло его от многих неприятностей и от трат на адвоката?). Никто не сможет дать ему того, что может дать Джози. А что он приобрел от своей связи с Мелани? Сомнительную честь быть экспертом мирового уровня по части извлечения из видеопроигрывателя жевательной резинки? Да, это был хороший урок. И дорогостоящий. Дэмиен опять любовно похлопал себя по карману. Но сейчас он другой человек. Какая разница, сколько раз он был неверен ей в прошлом, теперь-то он уже никогда больше не клюнет на сомнительные соблазны и не оставит Джози.

Единственное, что ему осталось сделать, это узнать, где состоится это великое торжество. Он набрал номер Марты по своему мобильному телефону и, в нетерпении ожидая, когда его звонок пройдет по эфиру, постукивал носком ботинка.

— Привет, — сказал далекий женский голос.

Дэмиен закрыл пальцем второе ухо.

— Марта?

— Нет, это Фелисия. Марта немного занята. Она готовится поехать в церковь.

— Я приглашен на свадьбу, но приглашение затерялось. Вы не напомните мне, где будет прием?

— Конечно. — И Фелисия продиктовала ему полное название гостиницы, а он записал его на каком-то конверте, который выудил из кармана пальто.

— Спасибо. Отлично. Джози там?

— Да, но и она подойти не сможет. У вас что-то важное?

— Нет. — Разве только то, что все их совместное будущее зависело от этого звонка.

— Мне передать ей, кто звонил?

— Нет. Не стоит ее беспокоить. — Он хотел сделать ей сюрприз из сюрпризов, сюрприз на всю жизнь.

— Мы, наверное, увидим вас позднее? — сказала Фелисия, прежде чем повесить трубку.

Без всякого сомнения, подумал Дэмиен с улыбкой.

Глава 21

Холли выглядела совершенно ужасно и чувствовала себя не лучше. Она глубоко затянулась сигаретой и, несмотря на всю свою неприязнь к кофеину, отхлебнула нечто, вполне напоминавшее кофе с полноценной дозой кофеина.

Мэт же чувствовал себя как кот, который, заглянув внутрь, понимает, что от этого места лучше держаться подальше, и не решается войти. Как ни удивительно, но «Кругоголовые» появились в студии; не в условленное время, конечно же, но появились, что в мире мальчиковых групп было своего рода чудом. В ожидании того, что отдаленно будет напоминать интервью для журнала, они развлекались компьютерными играми. В микшерной за стеклом беззвучно трудились звукорежиссеры, приводя в божеский вид записанное накануне. «О-о-о, о-о-о, прости, почему я не знал, как много ты значишь, когда дал я тебе уйти, о-о-о, о-о-о…»

Мэту подумалось: а где сейчас может быть Джози? Она, наверное, облачается в свое сиреневое платье и выполняет обязанности подружки невесты, но не пройдет и нескольких часов, как он ворвется в зал, где будет происходить свадебное торжество, и сделает ей сюрприз или вызовет шок, самый сильный за всю ее жизнь.

Мэт сел рядом с Холли, с трудом выдавившей улыбку.

— Хорошо спала?

Холли прижала руки к чашке и осторожно поднесла ее ко рту.

— Если бы ты остался, как тебя просили, то спрашивать бы не пришлось.

— Ты же знаешь, что я не считал это предложение подходящим для себя.

— А я считала.

Вчера Мэт расстался с Холли у двери ее многоквартирного дома. На прощание они поцеловались. Не страстно, но касание языком, покусывание и сосание имели место быть. Надо признаться, это было довольно приятно. И Холли определенно была рассержена, когда он дал ей ясно понять, что не хочет заходить слишком далеко. Она похныкала, потом стала упрашивать его, но недолго, и была, надо отметить, так убедительна — еще мгновение, и она достигла бы цели. Не в том дело, что он слишком уж серьезно относился к принятому им на себя обету целомудрия — на самом деле воля у него была не сильнее, чем у любого другого, — но в наши дни важно, чтобы человек, с которым хочется заняться сексом, любовью, постельными играми — называйте, как хотите, — был бы интересен в целом, чтобы вам хотелось проводить с ним время, а не спешить по утрам убежать, пока еще не пожарена утренняя яичница с ветчиной. Гораздо лучше, если вы этого человека хорошо знаете. Он попытался объяснить это Холли перед тем, как уйти и, поймав такси, вернуться в гостиницу. Но Холли, по-видимому, не разделяла его точку зрения.