Зрение вернулось. Я увидела Василия, который стоял рядом с деревом и метал в его ствол большие ножи. Потом он начал рубить Древо зла двумя топорами. Я забыла написать, что Василий занимался метанием ножей, фехтованием на саблях и на боевых топорах. Это были его любимые виды спорта. И вот они ему пригодились!
Тиски веток разжались, и я упала на землю. Василий оттащил меня подальше, поджег фитиль у бутылки с зажигательной смесью и бросил ее в Древо зла. Я увидела, что рядом в кустах лежит еще довольно много, не меньше десяти, заранее приготовленных таких бутылок. Я хотела помочь внуку, но от слабости не могла шевельнуться. А он радостно смеялся, он наслаждался тем, что его месть начала осуществляться!
Однако он рано радовался…
Огонь заставил «зеленое зло» завыть так, что этот звук слышали за несколько километров – в самой Ведеме. Однако стояла глухая ночь, в такую пору никто не решился бы прийти в лес. Я видела, как из ствола хлынула отвратительная жидкость: она вмиг погасила огонь и затянула раны. А потом оттуда же вырвался Древолаз и вцепился в Василия. Ни один из страшных снов не сравнится с тем ужасом, который я видела!
Скоро Василий весь с ног до головы был опутан корнями и побегами Древа зла. Древолаз победил. Помочь я ничем не могла – только захлебывалась слезами.
– Беги, – прохрипел Василий чуть слышно. – Спаси Машу, спаси моих детей!
После этого… Древолаз куда-то уволок Василия, а я с трудом поднялась на ноги и побрела в Ведему, в больницу.
Древолаз убил Василия, и его жестокость может показаться неправдоподобной. Ты видел скелет своего отца, навеки замурованный в Древе зла.
У меня не поднимается рука описать, что происходило в ту страшную ночь. Это надо видеть! И ты увидишь. Понимаю, что подвергаю тебя страшному испытанию, но все-таки ты должен набраться мужества. Иди туда, где раньше была наша сельская больница: там будет ждать Мила. Она тебе поможет. Но сначала достань из книги «Крылатые латинские выражения» сложенный вчетверо листок. Эти слова укажут тебе путь к спасению. Но очень прошу тебя, Саша, – очень! – не читать его, пока не повидаешься с Милой и не увидишь всего, что происходило в ночь твоего рождения. Я верю в силу твоего духа, однако путь к спасению очень труден. Ты должен набраться сил, прежде чем ступишь на него. Но береги эту записку как зеницу ока! Не потеряй ни в коем случае!
А мое письмо и последнее письмо твоей мамы спрячь за книги отца. И помни: ни одно порождение Древа зла не проникнет в этот дом и не узнает нашу тайну.
Всем существом своим я буду поддерживать тебя, дорогой Сашенька, мой дорогой правнук. Отомсти за гибель твоего храброго отца, за несчастного брата, за исстрадавшуюся маму, отомсти за всех, кого погубило Древо зла, и помни, что я ждала этого дня шестнадцать лет…
Ждала смерти как спасения от страшных мук.
Агния Алексеевна Лесникова,
твоя прабабушка
* * *
Я зажмурился и как будто увидел тот скрюченный, изувеченный скелет, который Древолаз превратил в свой трон.
Вот что он сделал с моим отцом.
Эх, если бы я мог… если бы я мог отомстить! На все готов ради этого!
Таким злым я себя никогда в жизни не чувствовал. Прямо к сердцу жар подкатывал. Уж не знаю, что еще мне надо увидеть, что узнать, чтобы быть готовым ко всему и на все. Причем я понимал: это злоба отчаяния, злоба обреченного.
Ну да – мы обречены. Так или иначе, рано или поздно Древо зла доберется до нас. Оно уже давно могло бы нас прикончить, но, может быть, ему нравится наш страх. И нравится, что каждый из нас втихомолку мучается мыслями: «Вот если бы я не сделал того-то и того-то, я бы здесь не оказался!»
И это правда.
Коринка, конечно, думает: «Если бы не гроза! Если бы мы не вбежали в тоннель! Если бы у меня не было зонта! И вообще, если бы мы с Пеплом не пошли по «Маленькому поясу», с нами бы ничего не случилось! Мы бы сюда не попали! Мы бы…»
А я грызу себя: «Если бы я не согласился поехать к Потапу! Если бы я не зазевался около почтового ящика! И вообще, если бы Леха не умер той ночью, со мной ничего бы не случилось! Я бы сюда не попал! Я бы…»
Если бы да кабы во рту выросли грибы.
Запросто, кстати, они могут в наших ртах вырасти. Мы ходим практически по кладбищам, и у всех, кто лежит под этим лесом, уже выросли во рту грибы. Наш черед придет – рано или поздно. Древо зла нас так или иначе прикончит.
Наверное, надо бы с этим уже смириться, но кто бы знал, до чего же же мне охота прикончить Древо зла! Да только как это сделать?..
Надеюсь, что-нибудь подскажет Агния Алексеевна в той записке, которую мне пока нельзя читать.
Я снова подошел к книжным полкам и нашарил за научными томами «Крылатые латинские выражения». Вспомнил, как Пепел щеголял эрудицией. Обязательно почитаю этот словарь на досуге. Если он будет, конечно – досуг… Ну, где тут письмо? Перелистал несколько страниц и обнаружил сложенный вчетверо листок – листок, сколотый иголкой!
И-гол-кой!!!
Я поспешно выдернул ее из листка и уставился так, словно передо мной было чудо природы, а не просто тоненькая острая палочка с дыркой на одном конце.
У нас есть иголка!
Руки затряслись, и я выронил это сокровище. К счастью, заметил, куда иголка упала, и почти сразу поднял. Стоял на коленях, сжимал ее как можно крепче и таращился на эту железяку как дурак. Нет, правда, совсем спятил от радости!
От радости?..
Нет, от догадки, которая вдруг меня ошеломила, ошарашила так, что я не сразу расслышал шаги за спиной.
– Ты что? – раздался веселый голос Коринки. – Ты упал или что-то потерял?
Значит, она проснулась.
– Не потерял, а нашел, – с трудом выговорил я. – Смотри!
Коринка опустилась рядом со мной на колени – и вдруг расплакалась, причитая:
– Не может быть! Наконец-то! Иголка, иголочка, миленькая!
Она схватила наше сокровище и первым делом вколола себе в платье как брошку. Правильно, теперь иголка точно не потеряется! Потом Коринка бросилась к коробке, на которую я сначала не обратил внимания. А может, раньше ее и не было?.. В коробке оказались нитки. Коринка перебирала их, вытаскивая
