— Пойдем, — прошептал КириллКирилыч и взял меня за руку и потянул, побужая встать. — Там дальше озеро, мы догоним его на водопое.
— Это что, реальный единорог? — громким шепотом уточнила я, глядя на него громадными, недоверчивыми глазами.
— Ты сейчас выглядишь как одна из тех девочек-мечтательниц, о которых так нелестно отзывалась минуту назад, — мерзко захихикал шеф, и потянул меня куда-то сквозь кусты, пока я не успела выразить свое отношение к его поведению.
Хоть куртку не забыл с земли забрать.
Мы старались пробираться сквозь лес быстро, но тихо. Мне помогало ведьмино зрение, КириллКирилыч, наверное, вообще видел в темноте аки днем, да еще и прислушивался иногда так, будто слышал что-то, недоступное моему слуху. Вот они — преимущества обортничества! Я даже немного позавидовала.
— И что нам нужно от единорога, чтобы подошло к ритуалу? — тихо поинтересовалась я, стараясь как можно более бесшумно следовать за начальником. — Нам же не нужно будет его убивать и отрывать рог?
«Начнем с того, что твой оборотень очень сильно угадал зверя. Не каждое животное подошло бы, но единороги полуразумны и редки, поэтому эта лошадка все же может быть полезной. В идеале, конечно, было бы и вправду добыть рог, но я думаю, достаточно будет наскрести с него пыли и отрезать прядь гривы. Сможешь отколоть с кончика рога осколок — будет более надежно».
Мы выбрались к опушке у широкого озера, на берегу которого, купая часть гривы в воде, пил единорог.
— Ну что, — КириллКирилыч похлопал меня по плечу и отступил. — Иди.
— Та в смысле иди, — я удивленно оглянулась на него: — Вы думаете, я в состоянии самостоятельно поймать единорога? Это все-таки лошадь, они быстрые!
— Ну, ты же…. Это, ну, — мужчина неожиданно смутился, даже взгляд отвел.
И вот тут-то во мне и проснулось нехорошее такое подозрение, что мои недавние шуточки на самом деле вовсе и не шуточки, у меня просто скрытый дар ведуньи чужой глупости.
— Кирилл Кириллович, — я буквально зашипела. — Вы же не хотите сказать, что действительно думаете, что я до сих пор девственница и единорог покладисто падет предо мною ниц, и позволит скрести его рог, пока мне не надоест?
Шеф приобрел какой-то удивленно-виноватый вид, глядя на меня большими собачьими глазами.
Я уставилась на него ошарашенно:
— Да вы серьезно?!
— Что? У тебя за четыре года, что мы работаем вместе, ни разу не было отношений, — эмоционально зашептал мужчина. — Ты не скрываешь своей точки зрения, что отношения и постельные дела тебя мало интересуют в принципе. Я… не так уж и глупо было подумать…
— То, что я не афишировала свои отношения, еще не значит, что их не было! — зашипела в ответ я. — И то, что я не расцениваю вас как потенциального партнера, еще не значит, что отношения меня не интересуют! — я негодующе указала в сторону озера: — А теперь идите и ловите мне единорога, Кирилл Кириллович!
Начальник вздохнул. Чуть привстал, выглядывая из кустов, и проверяя, а на месте ли еще, собственно, единорог, после чего достал из кармана небольшой раскладной нож и протянул мне:
— Возьми, этим можно срезать ему гриву, или что там тебе нужно будет.
— Мне нужно будет наскрести пыли с его рога, — я посмотрела на него с долей мстительности. — И вам нужно будет удерживать его все то время, пока я буду шкрябать вашим ножиком единорожий рог. Справитесь?
— Мне больше нравилось, когда твоя змеиная ядовитость была хотя бы частично скрыта за вежливостью, — он повесил куртку на кусты и вздохнул.
— Моя вежливость не знает границ, — я сложила руки на груди. — А теперь идите и ловите единорога.
И ведь пошел! Крадучись выбрался из кустов и принялся подступать к волшебной лошади со спины. Я бы, конечно, так делать не рекомендовала, в конце концов, именно сзади лошади достаточно опасные зверюги, но он же у нас охотник, ему виднее.
«Иди за ним, — посоветовала Варнава. — Но немного в стороне. Если единорог побежит, и твоя псина его не словит сразу, будет больше вероятности, что мы сможем хотя бы оставить его у берега, где шансы все-таки поймать лошадку повыше. Мы бы, на самом деле, и сами справились: я могла бы помочь тебе сколдовать энергетическую петлю, и если ты достаточно меткая, помогла бы удержать. А там можно было бы попробовать перебить его естественное волшебство и усыпить. И скреби, сколько хочешь».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— В крайнем случае, так и сделаем, — почти неслышно откликнулась я, тоже выбираясь из кустов, и шагая немного левее начальника. — Но он эту ересь с лошадкой придумал — вот он пусть и помогает. Ты… ты лучше что-нибудь поддерживающее сколдуй, ноги болят до ужаса, я в таком состоянии за свою прыткость не ручаюсь.
«Я попробую».
По телу теплом заструилась магическая энергия. Она спустилась вниз, сконцентрировалась в ногах, и идти стало гораздо проще, будто мои ноги получили какой-то внутренний поддерживающий каркас, берущий на себя часть нагрузки.
«Это не лечение, — предупредила ведьма. — Как только я перестану делиться с тобой силой, усталость вернется, вероятно, еще более сильная. Но сейчас ноги тебя не подведут».
— Спасибо, — одними губами ответила я, и замерла.
Единорог насторожил уши и вскинул морду, разбрасывая по ровной глади озера капли с гривы. Оглянулся быстро, увидел нас, и фыркнул, разворачиваясь к нам мордой.
— Тихо, коняшка, тихо, — пружиняще подступая все ближе, заворковал КириллКирилыч и широко развел руки: — Мы тебя не обидим, спокойно.
«Коняшка» фыркнула громче, нервно перебрала копытами и дернула хвостом, мимо воли окунув длинные пряди кончиками в воду. Явно занервничала, не особо радая компании.
— Тише, тише, — не сдавался мужчина.
Но когда ему до волшебной лошадки оставалось всего-то пара-тройка шагов, единорог коротко встал на дыбы, заржал и бросился наутек.
— Зараза! — тявкнул шеф и резко скакнул вперед, пытаясь в последний миг перехватить ускользающую цель.
Цель ловиться не хотела, шарахнулась дополнительно в сторону, и мужчина покатился по траве, мазнув по гладкому боку кончиками пальцев.
«Колдуй! — тут же приказала Варнава, и магия пришла новой волной, концентрируясь в руках. — Ну же, просто вскинь вперед руку!»
Я покладисто выставила перед собой руку раскрытой ладонью вперед, будто прямо вот так, стоя от удаляющегося вправо единорога уже достаточно далеко, пыталась до него дотянуться.
Из запястья вырвалась сияющая нить, стрелой метнулась к убегающей цели и тонкой петлей охватила белоснежный круп.
«Держи!»
Я в последнюю долю секунды успела упереться пятками в траву и перехватить нить обеими руками. Дернуло. Мое тело, кажется, буквально заискрило влитой в него магической силой, единорога рвануло назад, едва не завалив на землю, но лошадка исхитрилась удержаться на ногах и побежала по широкому кругу, который ей оставляла длина удерживающей нити.
«Скоро он поймет, что ты его держишь, и атакует» — предупредила Варнава.
— Кири, живо! — больше беспокоясь за собственную безопасность, чем за соблюдение субординации, рявкнула я, сильнее упираясь пятками в траву и даже немного отклоняясь назад, чтобы удержать волшебную лошадку.
Лошадка тоже засветилась. И этот свет начал постепенно разъедать нить, которой я ее держала.
«Зараза!»
Поток магии усилился, мимо меня зайцем проскакал КириллКирилыч. Я удивленно проследила за ним взглядом — а шустер, собака!
«Отпускай!» — скомандовала Варнава за миг, до того, как мой шеф налетел на единорога, сбивая того с ног, но я не успела. Нить резко дернуло, меня вместе с ней, и я растянулась на траве, не успев даже выставить перед собой руки. Больно шандарахнувшись о землю локтями, я не иначе как чудом удержалась от того, чтобы не впечататься в траву еще и подбородком, и таки разжала пальцы.
Вдох-выдох, я через боль вскочила и побежала к кое-как удерживающему единорога на земле шефу. Лошадка била копытами и ржала, шеф буквально сидел сверху, прижимая ее шею к земле и удерживая ближайшую ногу чтобы не получить копытом в морду, но конструкция выглядела очень неустойчивой.
