— Но ты можешь!
— Нет, не могу.
Сайта замолчала. Она всего ожидала. Прежде всего того, что он просто ей не поверит. Но остаться здесь?!
— Тебя же убьют!
— Я же шаман. Что со мной случится? — Он как-то странно захрипел. Только спустя несколько секунд стало ясно, что он смеется. Это было очень плохо. Ей и так-то не удавалось на него воздействовать, а уж если он решил…
— А сестра тебя не волнует? — Она решила все же попытаться.
— Очень волнует, — Лока смотрел прямо на нее. — Она метрах в пятнадцати от нас сейчас. Кажется, в одной из комнат по правой стороне. Не спит. Вы вытащите ее. Синка поможет. В лесу, Санея знает где, есть схрон. Там лошади, припасы, все необходимое для путешествия. Еще зелья и травы, подписанные. Их можно будет продать в любом месте. Отправляйтесь…
— Вдвоем? Но я ведь…
— Ты справишься. Я знаю.
— Я все равно не понимаю, почему ты остаешься.
— Потому же, почему уходишь ты. Не могу по-другому.
— Я…
— Вам пора. Позаботься о сестре.
— Что?! Никогда!!
Сайта умела уговаривать, но с Санеей не могло не возникнуть трудностей. Последовать к месту, где «их будет ждать Лока», девочка согласилась. Если знаешь того, от чьего лица стараешься говорить, пара несложных приемов может сделать тебя до крайности убедительным. К примеру, Сайта знала, как говорит и как ведет себя во время разговора Лока, какие фразы, какие интонации использует. При общении с его сестрой только и требовалось повторить что-нибудь из типичных выражений вроде: «А как бы ты поступила на их месте?» или «Мы должны двигаться!», посмотреть так же, как он. Санея, хоть и была сравнительно маловнушаема, поверила сразу. Хуже стало, когда они добрались до приготовленного Локой схрона, а его самого там не застали. Сайта решила не создавать себе проблем на будущее и тогда рассказала все, как есть.
— Я возвращаюсь в деревню! — И на Сайту, и на старшего охотника Синку Санея смотрела если не с ненавистью, то уж с глубочайшим презрением точно.
— Это было его решение, — прохрипел Синка. Для него последние часы стали нелегким испытанием. Сначала решиться на опаснейшую авантюру, а потом за мгновение до того, как цель будет достигнута, отказаться от нее.
— Мой брат, принимая решения, заботится обо всех, кроме себя, — отрезала Санея. — Кто-то должен позаботиться о нем.
— И что ты сможешь сделать? — спросила Сайта.
— Придумаю что-нибудь. — Ее слова так и сквозили непреклонностью.
Сайта повернулась к Синке.
— Вы поможете? — спросила девушка. С охотником они обо всем договорились заранее.
— Помогу.
— He туго? — засомневалась Сайта спустя полчаса, когда все приготовления были завершены. У нее на лице появилась пара неглубоких царапин, а Синка лишился хорошего клока волос.
— Нормально. Видишь, она брыкается до сих пор. Кляп можно будет через пару часов вынуть, когда сил поменьше останется.
— Хорошо.
Забравшись в седло, Сайта прикрепила к нему же повод второй лошади, бросила взгляд на небо. До рассвета оставалось не больше пары часов.
— Вам еще нужно вернуться, — напомнила она Синке.
— Успею, — ответил охотник, закидывая ногу в стремя. — Не страшно одной?
— Я справлюсь, — ответила Сайта. Она вдруг вспомнила, с какой интонацией то же самое сказал Лока. Пожалуй, в его голосе силы было больше. — Справлюсь, — повторила она.
— А мне почему-то тоже так кажется.
— Удачи вам.
— Прощай, волшебница.
Глава 10
СКВЕРНА
5-й день, 10-го месяца, 4323 года
Великий Западный лес
Чувство злого присутствия нарастало. Сквозь боль, холод и тишину, лишь изредка нарушаемую его хриплыми вздохами, Лока ощущал приближение скверны. Он потерял способность чувствовать мир так, как раньше. Далеких морей, величественных горных долин, дождевых облаков, кровожадных существ и гордых народов больше не существовало. Для него все заслонял пожиратель мира. Лока поворачивался к нему спиной, задерживал дыхание, зажимал уши, Но все равно каждое мгновение ощущал его гадкое, отравляющее существо. Сестру он перестал чувствовать всего через пару часов, после того как ушла Сайта, — пожиратель и жгучая непреодолимая жажда уничтожения заслонили собой все сознание. «Что я за создание? — мелькнула горькая мысль. — Если враг для меня значительнее родного человека, если даже горячо любимый мир Солиел в ту минуту становится неважен…»
Локе было по-настоящему плохо. Пожиратель не просто имел шанс превратиться во что-то разрушающее в будущем, как тот же Менка, а вредил миру уже сейчас. Он бы и так не отказался от предназначенного ему боя. Но зачем эта бесконечная ненависть внутри? Насколько бы приятней было драться, ощущая единство с прекрасным миром вокруг, чувствуя целительное присутствие сестры в своем сознании и точно зная, зачем и почему ты это делаешь. Локе не была позволена эта привилегия. Холодная черная уверенность руководила им.
Остаток ночи он потратил на то, чтобы вытащить шип из позвоночника, вставить обратно тот, что сидел в бедре, и заново себя связать. Никто не должен заподозрить его до решающего момента, а дальше… совсем не важно, что будет дальше.
Наконец откуда-то сверху крик ужаса.
— Сомка! Тивраг! Убиты!
Спустя несколько минут Лока услышал голос Дарки:
— Значит, он не сбежал? А он жив вообще?
— Вроде дышит, — ответил ему кто-то.
— А связан?
— Да. Как вчера оставили, так и лежит.
— Ясно… — задумчиво произнес Дарка. — Ясно… Возможно, им просто не хватило времени или их кто-то спугнул. В любом случае те, кто пытался его освободить, будут найдены, и я им не завидую. А сейчас… нужно действовать, как условлено. Карг, Гавтаг, да и вся деревня будет ждать! Доставайте его. Только смотрите, чтоб не сдох! Может, его потому и не забрали, что просто прикончить побоялись.
Его стали вытаскивать. Лока немного боялся этого момента — он умел мириться с мучениями, но всякую твердость можно подточить. Ожидая новых ударов боли, Лока приготовился терпеть, но этого не потребовалось. Изувеченное тело отказалось принимать новую информацию, хотя сознание в эту минуту оставалось необыкновенно четким. Наконец его подняли и бросили на какие-то носилки. Вскоре он оказался на воздухе. Лока подумал, что должен испытывать холод и слышать голоса, но спустя мгновение понял, что эти ощущения сейчас не имеют значения, и с легкостью отпустил их. С ним оставались лишь крепость духа и чувство цели.
Местом сборищ в Снежной издавна служила широкая площадь со старым колодцем в центре. Здесь же устраивали общие для всей деревни праздники, и каждый день играли дети. В это необыкновенно теплое и солнечное осеннее утро на площади собрались все до единого жители Снежной. Даже хворым старикам и грудным младенцам не было сделано исключение. Во время принятия деревни новым шаманом должны присутствовать абсолютно все, обитающие в ней разумные. Если бы в деревне было какое-нибудь полуразумное животное вроде лешака или зимника, пришлось бы притащить и его. Но в Снежной подобных пленников не водилось — прежний шаман отчего-то не озаботился. Странно, подобные существа бывают полезны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
