Но слишком просто не вышло. Оказавшись на платформе, Краб будто забыл, зачем пожаловал на станцию. Как пес, почуявший дичь, Краб раздувал ноздри и без конца вертел головой.
Особое внимание он уделял хорошо одетым мужчинам, лоснящиеся лица которых могли выдавать их принадлежность к Ганзе. Вор чуть не пускал слюну, приклеившись взглядом к очередному добротному рюкзаку, и Толе приходилось несколько раз напоминать о себе, дергая Краба за рукав. Не хватало еще, чтобы их схватили на этой станции строгого режима без документов!
Спотыкаясь о каждого мало-мальски обеспеченного человека, они прошли по выложенным черным мрамором ступенькам лестницы, ведущей на Кольцевую линию. На протяжении пути Анатолий несколько раз видел патрульных Ганзы и каждую секунду ждал, что у него спросят документы. Обошлось. Очередной бомж не вызывал у патрульных особых подозрений. Обычные же люди его просто откровенно сторонились. Белорусская, что про нее ни говори, оставалась одной из самых цивилизованных станций. Анатолий же потерял свою связь с цивилизацией в тот момент, когда прыгнул в яму, наполненную костями. Седой, оборванный, пахнущий застарелым потом и гнилью, он словно был окружен незримым пузырем, полем, в которое ни один нормальный человек не хотел бы попасть.
Ничего… Скоро он встретит Аршинова, и все кончится. Будет и горячая вода, и чистая одежда, и документы, и надежный смазанный автомат.
Осталось пройти последний блокпост. Там собралась небольшая очередь. В отличие от своих коллег, часовые на этом блокпосту несли службу бдительно: проверяли паспорта, ощупывали вещмешки на предмет оружия. Краба это нисколько не напугало. По всей видимости, он имел какой-то свой ключик к каменным сердцам и этих пограничников. Анатолий встал за спиной спутника и в предвкушении скорой встречи с Аршиновым глазел по сторонам.
Тут и пошло все наперекосяк.
Анатолий слишком поздно заметил, как шаловливая ручонка Краба погрузилась в рюкзак человека, стоявшего впереди. Анатолий замер. Остановить вора он уже не мог. Оставалось только уповать на профессионализм любителя чужого имущества. Однако в гороскопе Краба этот день был обведен черным кружочком.
— Ага, попался! Давно тебя, гад, ищу! Патруль! Я ворюгу поймал!
Жилистый безволосый мужик, неслышно подошедший сзади, ухватил Краба за шарф что было сил. Рассекая толпу, на крик бежали патрульные. Ганзейская форма! Камуфляж, автоматы… Этих-то Краб не прикармливал.
Как выпутываться?!
Краб сам справился. Извиваясь всем телом, он освободился от захвата, ткнул бдительному гражданину пальцами в глаза и кинулся бежать, оставив мужчине в качестве трофея лишь свой великолепный шарф. Часовые на блокпосту замешкались, и вор этим воспользовался: перепрыгнув через ряд мешков, он оказался за блокпостом.
Толя последовал за ним, растолкал группу стоящих впереди людей и прыгнул через мешки. Не так ловко, как Краб. Подвел незашнурованный ботинок. Анатолий зацепился им за верхний ряд мешков и рухнул на рельсы. Спасла суматоха, поднятая Крабом. Задержать Анатолия спешили сразу несколько часовых. Каждый из них так старался, что мешал другим. Беглецу это дало несколько секунд форы. Он снова вскочил на ноги и бросился бежать. Сзади доносились крики преследователей и грохот их тяжелых башмаков, впереди раздавался дробный стук подкованных сапожек Краба. Анатолий вскоре нагнал вора и схватил его за плечо. Краб решил, что оказался в руках патруля, и наугад двинул Толе в челюсть. Потом обернулся-таки, увидел знакомое лицо и расплылся в улыбке:
— Кого я вижу! Том! Да ты ловкач!
— Я тебе покажу ловкача!
Анатолий схватил Краба за отвороты зеленого пиджака и принялся трясти так, будто надеялся душу из него вытряхнуть. Может, и вытряхнул бы, если не погоня.
Вдоль туннельных стен, приближаясь, заплясали огни фонарей. Послышались отрывистые команды и лай собак. Пограничники не собирались отпускать беглецов просто так. Бежать вперед было бессмысленно — собаки все равно окажутся быстрее. Краб заметался по туннелю в поисках места, где можно спрятаться. Неожиданно он за что-то зацепился и упал на колени. Раздался громкий вопль. Толя увидел, как вор, цепляясь руками за шпалы, ползет к темному проему в стене, прыгнул к нему, рывком поднял на ноги и втолкнул в подсобку. Краб тут же сел у стены, обхватил обеими руками лодыжку и начал жалобно поскуливать:
— Нога! Моя нога! Ой, летучиемлятараканы, как больно!
Зажав вору рот ладонью (этот гад его еще и укусил), Толя застыл и прислушался. От собак им точно не уйти, не спрятаться. Если они взяли след, сейчас в эту каморку ворвутся патрульные… Может, и арестовывать не станут, поставят здесь же к стенке и пустят в расход.
Где же преследователи?
Раздался вдруг жалобный собачий визг — будто дрезина экстренно затормозила, — потом послышались испуганные крики, грохнуло несколько выстрелов. И все стихло.
Анатолий отпустил Краба, взял у него фонарь и выглянул в туннель. За ними больше никто не гнался. Что-то отпугнуло погоню.
Он осторожно вышел на пути и замер, напряженно вслушиваясь. Тишина не была полной. Что-то едва слышно потрескивало. Анатолий включил фонарик и сразу увидел лежавшую на путях овчарку. Ее голова конвульсивно подергивалась, а черные глаза с немой мольбой смотрели на человека. Пес еле слышно хрипел, будто кто-то передавил ему горло и он не мог даже скулить.
Что за дьявольщина?!
Толя сделал шаг вперед, пытаясь понять, что случилось с собакой. И тут увидел черный кабель, обвивший заднюю ногу несчастного животного. Он уже встречал нечто подобное, когда шел вместе со своим отрядом.
И тут Толя вспомнил все. Вспомнил и похолодел. Колени затряслись. Что же он не успел расспросить у приютившей его женщине о Звере?.. Что теперь ему…
Спокойно. Медленно отходим…
В свете фонаря тускло поблескивали ромбовидные чешуйки. Они плавно двигались, переливались. Словно вытекали из-под земли. Ногу овчарки обвивали все новые кольца зловещего черного шланга. Щебенка под псом зашевелилась. За считанные мгновения в земле образовалась вмятина. Воронка. Пес захрипел в последний раз… Резкий рывок, и тело животного с хрустом исчезло в проеме между двумя шпалами — мигом, вопреки всем законам физики, будто его черти в ад утащили. Анатолий хотел закричать, заорать от ужаса, он еле удержался. Позади послышалось уже знакомое потрескивание. Страшным усилием воли удалось удержать себя от резких движений. Анатолий лишь осторожно повернул голову. Всего в двух метрах у него за спиной, опершись на свитый в кольца хвост, медленно раскачивала долгой шеей гигантская змея. Потрескивающие звуки издавал кончик ее хвоста, ритмично постукивающий по щебенке. Анатолий отчетливо видел на нем короткие, очень острые конические шипы.
Змеи… Что он знает о змеях?
«Нельзя смотреть змее в глаза, — пронеслось в голове. — Они гипнотизируют».
Подумав об этом, Анатолий вдруг понял: никаких глаз у жуткого существа не было и в помине. Вместо головы — едва заметное утолщение, увенчанное небольшим углублением, вокруг которого подергивались тонкие темно-красные усики. Не змея. Пиявка или червь.
Как же он ориентируется в пространстве вслепую? На слух? Вряд ли. Чувствует вибрации? Вот это скорее. Толя осторожно нагнулся, поднял осколок щебня. Червь свил новое кольцо и придвинулся к человеку ближе на шаг. Тогда Толя швырнул камень вперед, в темноту.
Как только брошенный Анатолием камень ударился о стену туннеля в десятке метров, жуткая тварь нырнула под землю. Через несколько секунд ее голова появилась точно в том месте, где упал камень. Анатолий в два прыжка запрыгнул в подсобку. На то, чтобы поднять с пола ржавую дверь и загородить ею проход, потребовалось всего несколько секунд. Когда Анатолий привалил к двери остатки какого-то механизма непонятного назначения, раздался гулкий звук удара. Затем еще и еще.
Анатолий отошел на середину помещения и приподнялся на цыпочки, пытаясь увидеть, что происходит в туннеле. Зрелище оказалось не из приятных. Баррикаду атаковали сразу четыре червя. Они ныряли в землю и, набрав нужную для удара скорость, били тупыми обрубками голов в сталь. Обнадеживало только то, что у тварей не хватало мозгов переползти через преграду. Сколько времени понадобится червям на осознание тщетности своих попыток пробить дверь? Когда они предпримут обходный маневр?
Анатолий посмотрел на Краба. Тот сидел в углу, обхватив руками лодыжку, уткнувшись глазами в стену подсобки. Анатолий проследил за его взглядом. Надпись! Еще одна предостерегающая надпись: «Смотри под ноги!»
Повинуясь призыву, Анатолий посмотрел в пол. Ничего, кроме мусора. Прочный бетон, который черви вряд ли смогут проломить.
Стук в дверь прекратился.
