Чрезвычайно важным процессом, во многом определившим развитие архаической Греции, была урбанизация – градостроительство, становление городского образа жизни. Отныне и вплоть до конца существования античной цивилизации одной из наиболее специфических ее черт стал именно ее городской характер. Это в какой-то мере осознавали уже и сами греки, для которых слово «полис» (в значении «город») стало одной из ключевых характеристик всего их бытия, а сформировавшиеся в Греции в эту эпоху небольшие государства с городом в качестве центра получили название полисов.
Если к началу архаической эпохи в греческом мире почти не было очагов городской жизни, то к ее концу Греция превратилась воистину в «страну городов», многие из которых (Афины, Коринф, Фивы, Аргос, Милет, Эфес и др.) стали крупнейшими экономическими, политическими, культурными центрами. Города могли образовываться различными способами. Одним из наиболее распространенных был так называемый синойкизм (буквально – «сселение») – слияние в одну политическую единицу нескольких небольших поселений сельского типа, расположенных поблизости друг от друга, на территории одной области. Этот процесс мог сопровождаться реальным переселением жителей нескольких деревень в один город. Так, синойкизм в Аттике, который традиция приписывает легендарному афинскому царю Тесею (хотя этот процесс имел место в первой половине І тысячелетия до н. э. и продолжался в течение нескольких веков), отнюдь не привел к переселению всего сельского населения в единый центр. Еще в классическую эпоху более половины афинских граждан проживало на хоре, в самих Афинах находились лишь общие органы государственного управления.
Греческий город периода архаики играл роль административного центра для окружающей его территории, а говоря точнее – административно-религиозного центра, поскольку религия в античности была теснейшим образом связана с государственной жизнью. Но одновременно город являлся и важнейшим экономическим центром, средоточием ремесленного производства и торговли. Таким образом, необходимо отметить определенную двойственность функций древнегреческого города (впрочем, это характерно для города любой исторической эпохи). Она выражалась в наличии практически в каждом городе двух центров. Одним из них был акрополь (от akros – верхний + polis – город), представлявший собой крепость. Он располагался обычно на холме либо на более или менее неприступной скале и обладал комплексом оборонительных сооружений. Акрополь был сердцем города и всего государства; на нем располагались главные храмы, отправлялись основные религиозные культы. На акрополе же первоначально находились и здания органов управления полисом. Кроме того, в случае нападения врагов акрополь служил цитаделью, последним оплотом обороняющихся.
Вторым «центром» города являлась возникавшая чаще всего у подножия акрополя агора – главная городская площадь, где находился рынок и где народ собирался на сход. Агора, как и акрополь, считалась сакральным пространством. Вокруг агоры теснились собственно городские кварталы, в которых обитали ремесленники, торговцы (составлявшие, впрочем, меньшинство населения), а также крестьяне, ежедневно отправлявшиеся на работу на свои земельные участки, расположенные недалеко от города.
Однажды возникнув, город претерпевал на протяжении архаической эпохи определенную эволюцию. Прежде всего необходимо упомянуть о постепенном возрастании значимости агоры, о переносе на нее основных административных функций с акрополя, который в конечном счете становится почти исключительно местом проведения религиозных ритуалов. В различных греческих городах этот процесс шел с разной степенью интенсивности, соотносясь в основном с темпами политического развития того или иного полиса.
Бронзовые шлемы (VI в. до н. э.)
Акрополь терял и свою оборонительную функцию, что было следствием другого характерного для того времени процесса – возрастания защищенности городов в целом. Быстрое развитие военного искусства настоятельно требовало создания в городах системы укреплений, которые охватывали бы не только цитадель акрополя, но и всю территорию города. К концу архаической эпохи многие города, во всяком случае наиболее крупные и процветающие, по всему периметру были окружены оборонительными стенами.
Впрочем, не во всех регионах греческого мира урбанизация достигла высокого развития. В таких областях, как Элида, Этолия, Акарнания, Ахайя, жизнь в городах еще долго находилась на довольно примитивном уровне. Особый случай представлял собой крупнейший центр Южного Пелопоннеса– Спарта, которую античные авторы называли несинойкизированным полисом. Не только в архаическую эпоху, но и в дальнейшем (вплоть до эллинистического периода) этот полис вовсе не имел оборонительных стен. Да и в целом облик Спарты был далек от городского, поскольку это была, по сути дела, совокупность нескольких сельских поселений.
Чрезвычайно важные изменения произошли в военном деле. В VIII—VI вв. до н. э. отошли в прошлое описанные в поэмах Гомера единоборства героев-аристократов. Отныне главным в искусстве войны стало коллективное начало, а важнейшую роль на полях сражений начали играть отряды гоплитов – тяжеловооруженных пехотинцев. Доспехи гоплита состояли из бронзового шлема, панциря (либо целиком изготовленного из бронзы, либо кожаного, обшитого бронзовыми пластинами), бронзовых поножей, защищавших голени воина, и круглого щита из нескольких слоев бычьей кожи на деревянной раме, обычно обитого бронзовыми пластинами. Гоплит был вооружен коротким (длиной около 60 сантиметров) железным мечом и более длинным деревянным копьем с железным наконечником. Как доспехи, так и оружие гоплит должен был приобретать за собственный счет, поэтому для того, чтобы служить в этом роде войск, нужно было быть зажиточным человеком, гражданином-землевладельцем (изначально полное гоплитское вооружение – паноплия – вообще было доступно только аристократам).
Паноплия (доспехи гоплита из Аргоса) (VIII в. до н. э.)
В бою гоплиты выступали особым сомкнутым строем – фалангой. Воины становились плечом к плечу в несколько шеренг в сильно вытянутый по фронту прямоугольник. Длина греческой фаланги колебалась в зависимости от общей численности отряда и могла достигать одного километра, глубина обычно составляла 7—8 рядов. Построившись и приготовившись к битве, гоплиты прикрывались щитами, выставляли вперед копья и двигались на врага, стремясь нанести как можно более мощный удар. Подобная живой стене, сметавшая все на своем пути, фаланга в течение веков оставалась самым совершенным способом построения войск. Наиболее сильной стороной фаланги был, пожалуй, именно ее неудержимый натиск; кроме того, тяжелые доспехи хорошо защищали гоплита, что делало количество жертв среди воюющих минимальным. У этого строя были и недостатки: слабая маневренность, уязвимость с флангов, неприспособленность к боевым действиям на пересеченной местности. Как гоплитское вооружение, так и фаланга появились на рубеже VIII—VII вв. до н. э., скорее всего в Аргосе – одном из крупнейших центров Пелопоннеса. Во всяком случае, именно в Арголиде в одной из могил археологи нашли самый древний вариант паноплии. Естественно, из Аргоса новый способ ведения боевых действий очень быстро распространился по всему Пелопоннесу, а затем почти по всему греческому миру.
Триера. Рисунок
Беднейшие граждане, неспособные приобрести гоплитские доспехи и оружие, во время войны составляли вспомогательные части легковооруженных воинов – гимнетов. Среди них были лучники, пращники, дубинщики, метатели дротиков (коротких копий). Гимнеты, как правило, начинали сражение, а потом отбегали в стороны, освобождая место для столкновения основных сил – гоплитских фаланг. Гимнетов считали наименее ценной частью войска, и иногда полисы даже заключали друг с другом соглашения, запрещавшие пользоваться во время военных столкновений луками, пращами и т. п.
Конница, комплектовавшаяся исключительно из представителей аристократии, играла в битвах небольшую роль: кавалеристы в основном должны были защищать фалангу слева и справа во избежание ее окружения. Более активным действиям конницы препятствовало, в частности, то обстоятельство, что еще не было изобретено седло со стременами, и потому положение всадника на коне было весьма неустойчивым. Лишь в некоторых греческих областях (особенно в Фессалии) кавалерийские отряды занимали по-настоящему значительное место в структуре войска.
Наряду с военным искусством развивалось морское дело. В эпоху архаики у греков появились военные корабли комбинированного парусно-гребного типа. Самой ранней разновидностью таких кораблей была пентеконтера, представлявшая собой очень большую лодку с парусом и примерно полусотней весел, каждое из которых приводилось в движение гребцом. В VI в. до н. э. на смену пентеконтере пришла триера – корабль с тремя рядами весел (всего до 170 весел) с каждой стороны. По сообщениям античных авторов, триеры впервые начали строить мастера из Коринфа. Парусный такелаж на триере был предельно прост и применялся редко, в основном же корабль двигался на веслах, особенно во время морского боя. При этом возможность развивать скорость до 10 узлов в сочетании с высокой маневренностью делали триеру очень эффективным оружием. На протяжении архаической и большей части классической эпохи она оставалась самым распространенным типом военного судна.
