Читаем без скачивания Семь стихий мироздания - Ирина Крупеникова

— Я Посредник, — ответила Каляда. — Я могу вычислить Игру, но Экзистедер при этом остается мне недоступен.

Идея Юльки установить мысленный контакт с Калядой показалась Оливулу не такой уж невыполнимой. Он не стал излагать свои намерения заранее, и когда спутница крепко заснула, рискнул попробовать. Очень осторожно Белый князь начал наводить экзорные каналы в поисках опорных точек. Долгое время ничего не получалось: сознание экзистора проваливалось в холодные ямы и выбираться из них с каждым разом становилось сложнее. Основная трудность заключалась в полном отсутствии каких-либо координат. Оливул знал, кого искать, но не имел представления — где. И вот когда он решил уже оставить бесплодные изнурительные попытки, пущенный в пространство экзорный зонд наткнулся на нечто разумное. Оно не являлось вещественным, как сразу понял Белый князь, и к тому же находилось в полусонном состояние. В момент столкновения существо ухватилось за его мысль, и Оливул ощутил резкую потерю энергии. Он отпрянул от поглотителя и в спешке потерял направление. Не позволив страху завладеть собой, он стал медленно отступать назад, но тот, кто только что лишил его сил, сам протянул руку помощи, и Бер-князь принял волну самых искренних извинений.

Неизвестный разум позвал за собой. Оливул отпустил сознание еще дальше, доверившись проводнику, и скоро перед ним возник двоящийся знакомый фон. Хлынула масса неоформленных в образы вопросов, однако у экзистора уже не оставалось сил, чтобы расшифровать их и дать ответ. Он послал свое сообщение — образ Юльки, живой и здоровой, пещеры, поиск выхода. Близнецы попытались удержать контакт, но Оливул отступил. Возвращаясь, он постоянно чувствовал рядом незнакомца — сознание без тела. Наконец, исчез и он.

Юлька открыла глаза и сонно посмотрела вокруг. Прямо перед ней замер Бер-Росс. Факел, стоящий у его ног, оттенял острые черты лица, делая его похожим на черно-белую маску. Волосы отливали перламутром в голубоватом свете. Девушка затаила дыхание от неожиданности, но видение быстро пропало. Белый князь вздохнул и устало сел на землю.

— Что с тобой? — робко спросила Юлька, с которой мигом слетел всякий сон.

— Все в порядке, — отозвался Оливул. — Я нашел Грег-Гора.

— Где они? — подскочила девушка.

— Это я как раз и не успел определить. Я передал им, что ты в безопасности, хотя не знаю, поняли ли они мое послание.

— Конечно поняли! А ты обнаружил кого-то еще?

— С чего ты взяла?

— Как-то подумалось, — она пожала плечами.

Бер-Росс смерил ее взглядом и медленно ответил:

— Верно. Я встретил чье-то сознание. Оно помогло мне вернуться.

— Не надо так больше, — попросила Юлька. — Ты здорово рискуешь. Придумаем что-нибудь не столь опасное.

Он невесело усмехнулся.

— Боюсь, моя фантазия иссякла. В Пути Структуры ты меня не пускаешь, на экзорный контакт тоже. У тебя богатое воображение, может быть ты подскажешь, как нам поступить?

— По-человечески! И мне, кстати, надоела твоя ирония, когда речь идет о моих опасениях. Очевидно же, что кто-то целенаправленно вставляет тебе палки в колеса. Сам посуди: неизвестный вызывает на станцию инспектора спецслужбы. Чем ты отвечаешь на это?

— Во-первых, это была случайность, я пропустил сигнал…

— Не обманывай себя! Разве наши балбесы-очкарики могли разобраться в экзорной энергии? Ничего подобного!

Оливул задумался.

— Допустим, — проговорил он. — Я решил тогда, что моя Сила Созидания иссякает, и чтобы увеличить влияние мне нужен был устойчивый фон. Я послал на базу Грега.

— Отлично. А твой противник состряпал фантом, который едва не всадил в парня кинжал! И если бы не Данила и Серафима, неизвестно, чем бы дело кончилось… Ага! Дошло?

Бер-Росс быстро сопоставлял в уме события. Юлька не унималась:

— А кому понадобилось расстреливать катера на энерговышке? Надеюсь, это был не твой приказ?

— Нет. Там распоряжался Донай, — ответил молодой человек.

— Видишь! А что парень в красном делал возле саркофага, где лежал Гор? Он не был похож на спасателя. Серафима славно дала ему по шее! И зачем твоему кузену Донаю вздумалось направлять за нами «жуков»-ловцов, в то время как ты откровенно выпустил нас из крепости? Я не знаю причины, но, думаю, тебя кто-то здорово ненавидит!.. Что молчишь?

— Ты показала мне много такого, чего я не замечал, — признался Оливул. — Спасибо.

— Утро вечера мудренее, — подражая Серафиме, изрекла Юлька и взбила кулачком сухие стебли. — Может быть ты поспишь немного, ведь нам еще предстоит шагать по туннелям.

— Да, конечно.

Девушка вздохнула: Белый князь был всецело занят своими мыслями.

Данила не заметил, как занялся рассвет. Он стоял, прислонившись спиной к откосу недалеко от входа в грот и смотрел, на далекую звезду, поднимающуюся над горизонтом.

Вдруг на фоне сереющего неба появилось зеленоватое облако. Оно возникло над самой поверхностью болота и медленно потекло к берегу. Данила затаил дыхание. Облако приближалось, плавно меняя формы, пока не приняло очертания угловатой четырехногой конструкции.

— Пэр? — выдохнул Данила. — Пэр!

Призрак рассеялся и в следующую секунду собрался в облик человека. Невысокая коренастая фигура, будто одетая в гладкое плотное трико, четко вырисовывалась в предутренней мгле, а длинные зеленые волосы, спутанные и густые, развевались на ветру.

«Данька! Сколько лет я мечтал найти тебя!» — прозвучало в сознании пилота.

— Пэр! Ты? Это действительно ты?

«Это я, — ответил призрак грустно. — У меня мало сил, прости. Дай только немножко посмотреть на тебя. Ты так возмужал!»

— Я помогу тебе! Пэр, не исчезай!

Призрак начал таять.

«Ничего не получится, Данька. Я опору потерял, и этот Мир пленил меня».

— Стой! Пэр, останься!

Данила ринулся к призраку и схватил его за тающую руку. В момент прикосновения ему показалось, что по телу прошелся приличный энергетический разряд. В глазах помутилось, но ладонь он не разжал, хотя Пэр и вырывался. Не весть откуда навалилась тьма и возникло ощущение свободного полета. Краем глаза он успел заметить, что Каляда, Грег и Гор стоят рядом. Нахлынуло нечто, похожее на сильнейший порыв ветра, замелькали вспышки, и вмиг всё утонуло в глухой темноте.

Данила с удивлением обнаружил, что сидит на земле, а Серафима, поддерживая его голову, большими пальцами растирает виски.

— Посмотри на меня! Ну!

Он почти бессознательно повиновался. Взгляд сенсора приковал на несколько секунд и отпустил. Данила зажмурился, а когда земля и лица перестали вращаться перед глазами, увидел рядом с собой Пэра, висящего в воздухе.

«Данька! Разве так делают! Ты едва не угробился!» — призрак сокрушенно качал прозрачной головой.

— А что я натворил?

«Ты отдал мне свои жизненные силы! Даже опытные внемиренцы так опрометчиво не поступают. Ты мог погибнуть!»

— Но ты свободен теперь?

«Я с тобой, Данька, и когда вытащу из Топей тело, мы можем отправиться вместе, куда только пожелаешь!» — Я знал, что «Крылатый Волк» — непустой сон! — воскликнул Данила. — Черт… Все-таки каша какая-то в голове.

Серафима улыбнулась.

— Не спеши, сейчас всё встанет на свои места.

— Да… — он оглянулся на друзей и лишь теперь понял, что они видят и воспринимают Пэра. — Вы тоже? Вы его слышите?

«Данила, — серьезно начал призрак, — несколько минут назад они втроем вернули тебя из Надмирья, куда ты едва не загремел с концами. Ты же потомственный внемиренец, просто пользоваться этим даром тебя не успели научить».

Юлька проснулась и в первый момент не поняла, где находится. Не без смущения она обнаружила, что голова ее покоилась на плече Оливула, который казался крепко спящим. Девушка осторожно отодвинулась, оставив вместо себя белый плащ, укрывавший ее ночью, и села у стены.

Факел излучал ровный голубоватый свет, и у Юльки появилась возможность рассмотреть своего спутника повнимательнее. Его облик не совсем соответствовал тому образу идеального мужчины, который давно составила для себя девчонка. Хотя она не могла не признать, что молодой человек ей нравился больше и больше. Она долго разглядывала чуть излишне удлиненное лицо, плавные изгибы черных бровей, длинные ресницы. На фоне белизны кожи и седых волос брови резко оттеняли крупные глаза — синие, как хорошо помнила Юлька. Тонкий прямой нос, прямая верхняя губа под еле заметной линией светлых усов. Где-то она уже видела похожий портрет. Девушка напрягла память. Богатырь в красном плаще, которого она чуть не пристрелила сгоряча. Да, сходство есть. Нижняя часть лица и тяжеловатый подбородок напоминают о массивной челюсти Данилы. Юлька грызла палец. Взгляд упал на белые густые волосы Оливула. Ночью ей показалось, что они светятся, как у Грега и Гора. Мысль заработала в выбранном направлении, и девушка усмотрела еще несколько общих черт. «Надо будет уточнить, не родственники ли они друг другу», — решила она и на сём успокоилась.