Когда законы о супружеской измене, императорские записи касаемо возможного зачатия или меры физического ограничения не помогают гарантировать уверенность в отцовстве, последним способом решения проблемы становится убийство. Половая ревность является одной из самых распространенных причин убийства во многих американских городах, а также во многих других странах. Как правило, убийцей является муж, а жертвой — неверная жена или ее любовник, или же любовник убивает мужа. В таблице на следующей странице представлены сведения об умышленных убийствах, совершенных в Детройте в 1972 году. В истории человечества до того, как сформировались централизованные государства и бойцы получили более весомые мотивы для схваток, половая ревность играла огромную роль как причина войны. Именно соблазнение (похищение) Парисом Елены, жены Менелая, спровоцировало Троянскую войну. В наше время в высокогорьях Новой Гвинеи среди причин начать войну лишь споры по поводу принадлежности свиней могут соперничать с конфликтами на сексуальной почве.
Ассиметричные законы о супружеской измене, татуировки, наносимые женам после оплодотворения, содержание женщин фактически в заточении, уродование женских гениталий — этими поведенческими особенностями человек уникален среди других видов, и они отличают его в той же степени, что и изобретение алфавита. Точнее говоря, это новые средства достижения древней эволюционной цели самцов — добиться распространения своих генов. Некоторые из других наших способов пришли из древних времен, и являются общими для нас и для многих видов животных; в этом ряду можно назвать убийство из ревности, детоубийство, изнасилование, межгрупповые войны и собственно супружескую измену. Мужчины, совершая инфибуляцию, зашивают вход во влагалище; некоторые самцы животных добиваются того же самого результата, склеивая влагалище самки после сношения.
Социобиологи добились значительных успехов в понимании заметной разницы между особенностями этих практик у различных видов животных. Последние исследования положили конец сомнениям в том, что естественный отбор привел к тому, что у животных эволюционировали не только анатомические особенности, но и стереотипы поведения, которые позволяют оставить после себя максимальное число потомков. Большинство ученых не сомневаются в том, что анатомические особенности человека сформировались в результате естественного отбора. И все же, ни одна теория современности еще не приводила к столь жесткому расколу в рядах моих коллег-биологов, как утверждение о том, что естественным отбором было также сформировано и наше социальное поведение. Большая часть поступков человека, описанных в этой главе, по стандартам современного западного общества считаются варварскими. У некоторых биологов вызывают негодование не только сами формы поведения, но и социобиологические объяснения эволюционного происхождения такого поведения. «Объяснение» поведения оказывается неприятным образом похоже на его оправдание.
Подобно ядерной физике и любым другим отраслям знания, социобиология может быть положена в основу злоупотреблений. Люди всегда легко находили поводы для притеснения или убийства других людей, а с тех пор, как Дарвин изложил свою теорию эволюции, к таким поводам добавились и рассуждения на темы эволюции. Социобиологическое рассмотрение человеческой сексуальности может рассматриваться как попытка оправдать жестокое обращение мужчин с женщинами, наподобие биологических оправданий, высказываемых в защиту того, как обращались белые с черными или нацисты с евреями. Некоторые биологи высказывают в отношении социобиологии два критических замечания, а именно, что демонстрация эволюционных основ варварского поведения может показаться его оправданием, а также что демонстрация генетической основы такого поведения подтолкнет к выводу, будто пытаться изменить его бессмысленно.
Как мне кажется, оба эти опасения неоправданы. Что касается первого опасения, то человек может исследовать появление какого-либо явления независимо от того, считает ли он его восхитительным или омерзительным. Книги, анализирующие мотивы, подтолкнувшие убийц к преступлению, написаны по большей части с целью не оправдать убийство, а понять его причины, чтобы иметь возможность предотвратить аналогичные преступления в дальнейшем. Что касается второго опасения, то мы не обязаны рабски подчиняться характеристикам, выработавшимся у нас в ходе эволюции, даже тем, которые приобрели генетически. Современная цивилизация смогла вполне успешно перебороть такие древние традиции, как детоубийство, а одной из важнейших целей современной медицины является стремление перебороть влияние вредных для нас генов и микробов, пусть даже человек разобрался в том, почему эти гены или микробы естественным образом склонны вести к нашей гибели. Борьба против инфибуляции не прервется из-за демонстрации того, каким образом она генетически выгодна мужчинам, сохраняющим эту практику. Нет, мы будем осуждать инфибуляцию, поскольку убеждены, что уродование одним человеком другого этически недопустимо.
Несмотря на то, что социобиология способствует пониманию эволюционного контекста социального поведения человека, этим подходом не следует злоупотреблять. Нельзя сводить цель всей человеческой деятельности к оставлению после себя потомства. Как только сформировалась человеческая культура, она дала нам новые цели. Многие люди сегодня спорят о том, стоит ли иметь детей, и многие решают, что вместо этого предпочтут потратить время и силы на другие занятия. Мы посмотрим на человека с этой точки зрения в последних главах, где речь пойдет о других столь же исключительно человеческих атрибутах, как и наша сексуальность, например, об искусстве и о наркомании. Для этих видов деятельности также можно выявить предвестников в поведении животных и выявить их изначальные роли в качестве средств, способствовавших выживанию и передаче своих генов, но впоследствии эти занятия зажили собственной жизнью. Таким образом, я утверждаю лишь, что рассмотрение с эволюционной точки зрения полезно для того, чтобы понять происхождение подобных практик у человека, а вовсе не то, что такой подход является единственным способом понять нынешние формы этих практик.
Короче говоря, наша эволюция, как и у других животных, направлена на то, чтобы выиграть в репродуктивном сражении. А эта игра имеет лишь одну цель: оставить после себя как можно больше потомков. Наследие этой стратегии ведения игры во многом осталось с нами и по сей день. Но мы решили также стремиться к этически допустимым целям, которые могут находиться в противоречии с целями и методами сексуального соревнования. Именно в наличии такого выбора целей проявляется самое радикальное из расхождений, отделивших нас от остальных животных.
Глава 5. Как мы выбираем наших спутников жизни и сексуальных партнеров
Большинство людей более тщательно подходят к выбору сексуального партнера, чем (другие два вида) шимпанзе. По каким критериям выбираем мы супругов или половых партнеров, каким образом у каждого из нас складывается его собственный стандарт красоты?
Однажды вечером, когда я находился в лагере вместе с коренными жителями Новой Гвинеи, мужчинами из племени форе, разговор коснулся женщин и секса, и мои друзья из племени форе рассказали о своих вкусах:
Самые прекрасные женщины — из форе. У них красивая черная кожа, густые курчавые волосы, полные губы, широкие носы, маленькие глаза, приятный запах, а груди и соски имеют идеальную форму. Женщины из других племен Новой Гвинеи менее привлекательны, а белые женщины непередаваемо уродливы. Просто сравните ваших белых женщин с нашими и увидите, почему, — у них белая кожа, нездорового цвета, как у альбиносов, волосы, как веревки, иногда желтого цвета, как сухая трава, или рыжего, как ядовитые улитки, а губы тонкие и носы узкие, как лезвие топора, глаза большие, как у коровы, а когда потеют, от них идет отталкивающий запах, а груди и соски неправильной формы. Когда приготовишься покупать жену, найди форе, если хочешь, чтобы была красивой.
Я не последовал этому совету в том числе и потому, что нахожу этих «непередаваемо уродливых» женщин привлекательными. Но ведь я был воспитан на идеалах моего общества, а мои друзья форе — на своих. Дарвин заметил, что все известные ему народы — китайцы, готтентоты, чернокожие африканцы, фиджийцы и все остальные — оценивают красоту по собственной внешности. Неужели в области человеческой красоты и сексуальной привлекательности действительно не существует универсальных правил? Если нет, то наследуем ли мы наши особенные вкусы в отношении потенциального супруга генетически, или усваиваем их, глядя на других представителей нашего общества? И действительно, каким образом мы выбираем половых партнеров и супругов?
