размышлять вслух.
— Простите, монсеньор! Что Франция? — спросил викарий, не поняв, почему папа перебил его доклад о действиях московитов в Риме словами о Франции.
— Задумался. Так что там с московитами? — Павел улыбнулся, приходило хорошее настроение.
Викарий начал повторять свой доклад.
— Прибыв в Рим, русская делегация начала бурную деятельность. Там лишь четверть церковники, остальные миряне, или даже вовсе, протестанты, что на службе у русского царя… — сохраняя невозмутимость, Джироламо Памфили, повторял уже то, что только что рассказывал, когда папа пребывал в своих размышлениях.
Посольство от русского царя прибыло больше месяца назад, запросило разрешение на аудиенцию. Тогда папа римский решил, что не престало ему принимать ортодоксов лишь по первому их запросу. После и вовсе забыл о посольстве. А московиты не сидели в римских борделях, или трактирах.
Русские покупали множество книг. Все издания, как и рукописные, до которых только дотягивались русские руки, скупались. После они начали массовую вербовку рабочих и архитекторов для работы в России. Викарий хотел это дело остановить, но понял, что те, кто уезжает в далекую Тартарию-Московию, не пригождаются на родине. Так что, пусть едут, если им нечего, после строительства крепости в Арконе, предложить. Однако, была проведена работа с главами ремесленных цехов. Пусть цеха уже и отходили в прошлое, но все же власти у цеховых голов хватит, чтобы придержать ремесленников.
Но не только в Риме московиты занимались вербовкой людей, их представители, среди которых уже затесались и итальянцы, появились в Болонье, Арконе. Была информация, что русские отправлялись и во Флоренцию.
Кроме того, что московиты вербовали людей, прежде всего строительных специальностей, и скупки книг, они стали покупать и картины. При этом, за спорного качества картины Леонардо да Винчи, как и за его записи, предлагали неприлично большие деньги. Выкупали они и картины Джотто, беглеца-убийцы Караваджо и других художников.
— И что? Ничего не покупают из реликвий? Ни одного ослиного хвоста не купили? — удивлялся Павел, считавший ранее, что московиты достаточно глупы, чтобы покупать те же самые хвосты [продажа ложных реликвий в это время уже немного снизилась, но два-три засушенных хвоста, якобы, от осла, на котором Иисус Христос въезжал в Иерусалим, на рынках можно найти].
— Ни хвоста, ни одной щепы от креста, они вообще этим не интересуются. А вот книги, все скупают, — говорил викарий.
Павел задумался. А что ему стоит встретиться с этим ортодоксами, но есть одно важное «но»…
— Этот Арсений должен поцеловать мне руку и склониться, — выдал главное условие папа.
Через два дня русское посольство было удостоено аудиенции у папы Римского. То, что русский епископ поцелует руку римскому епископу, безусловно, неправильно. Но иначе было просто не добиться аудиенции и Гермоген, в лучших католических традициях, заранее отпустил Арсению все грехи. Теперь, хоть Люцеферу поклоняйся, уже будешь прощен. Так что поцелуй руки Павла V, не такое уж и преступление против веры.
— Вы хотели видеть меня, и я решил подарить вам это удовольствие, — величаво произнес папа римский, всем своим видом показывая, что он сильно выше в своем статусе.
— Да, монсеньор, — отвечал Арсений на латинском языке. — Меня послал мой цезарь, чтобы я донес предложение своего государя.
— А твой государь — это не твой епископ, ты подчинен миряниу? — спросил папа римский.
Вопрос был, несмотря на свою простоту, витиеватым и даже оскорбительным. Над Римским Епископом нет никого, кроме самого Бога, а вот православные священники зависят от правителей. И это, по мнению Павла, уже говорит о слабости церквей ортодоксов.
— В государстве, которое строится на единой вере, и где нет смущения душ, нет сомнения где именно молиться. Там и правитель выражает интересы Церкви, — не менее туманно, как и язвительно, отвечал Арсений.
Элласонский намекал, что католическая церковь все больше теряет свою паству, которая находит более правильным любые формы протестантизма. Ну а правители даже католических государств не столь рьяные католики.
Впрочем, далее пошел уже более конструктивный разговор. Русский государь предлагал союз против османов. При этом, проект «Антитурецкой Лиги» предусматривал не только участие Священной Римской империи, или Речи Посполитой с Венецией, что, впрочем было бы простым возвращением к договоренностям 1606 года, но и включить в список стран Персию.
Павел чуть ли не облизывался на то, что может получиться с такой коалиции. Для Римского престола было не секретом, что не так давно состоялась османо-персидская война, в которой персидский шах Аббас вышел победителем. Знал папа и о том, что для турецкого султана крайне сложной задачей оказалось подавление восстания в Анатолии. Ну и наступление Османской империи в Венгрии было остановлено. Тут еще и сепаратизм Крымского ханства. Все складывается, на первый взгляд, крайне удачно.
Франция вот только… Генрих пошел на некоторое сближение с Блистательной Портой. Но он же и заискивает перед папой Римским. Павел понимал, что, бывший ранее протестантом-гугенотом, Генрих Наваррский, будет стремиться всеми силами доказать, что он истинный католик. Так что и Францию можно привлечь к делу. Испания к такой коалиции тоже присоединится. Нужно только, как думал Павел, убедить всех, что русское и персидское «мясо» откроет дорогу для доблестных рыцарей. Тогда найдутся государи, готовые рискнуть.
Что же нужно сделать для того, чтобы запустить процессы сбора коалиции? Всего-то убедить поляков ратифицировать мирный договор с Россией? И Павел был уверен, что у него хватит влияния на поляков. Ну а после можно, даже нужно будет одернуть московитов. Но только когда османы будут прижаты, и Далмация, Сербия и Хорватия, как минимум, отойдут в зону влияния папского престола. И с чем черт… Господь, конечно, не шутит — Иерусалим.
— Могу я рассчитывать на помощь в иных делах? — спросил Арсений, после того, как понял, что предложения по созданию антитурецкой коалиции понравились Римскому Епископу.
— Мой викарий поспособствует. Ограничений с моей стороны не будет. Но не оставьте Рим без ремесленников! — Павел рассмеялся, скорее не своей шутке, а от хорошего настроения.
Варвары-ортодоксы хотят своими трупами уложить дорогу к Константинополю? Это хорошо, это понравится многим политическим игрокам, которые в другой ситуации не захотели бы больше активно действовать против все еще сильных османов.
Глава 6
Глава 6
Причерноморская степь 73 км от Перекопа.
8 октября 1608 года
Яков Иванович Корастылев перестал быть Зверем. Не всегда, но большую часть своей жизни, Яков был уже вполне нормальным человеком, мало отличающимся от иных. Может только
