Читаем без скачивания Военный аппарат России в период войны с Японией (1904 – 1905 гг.) - Илья Деревянко

Все, кроме Главного интендантского, были вынуждены делать закупки за границей; всем пришлось прибегнуть к изъятию неприкосновенных запасов для снабжения действующей армии. Оперативность выполнения заказов командования по всем управлениям была заторможена удаленностью театра военных действий и неразвитостью коммуникационной линии.

Но в то же время у каждого управления имелась своя специфика, и потому они рассматривались по отдельности, а не в совокупности.

Заводы Главного артиллерийского управления из-за слабой материально-технической базы и забастовок рабочих оказались не в состоянии обеспечить потребности действующей армии. Меры, принятые управлением по повышению их производительности, не смогли существенно улучшить положения, так как запоздали на несколько лет. Не помогли ни закупки за границей, ни заказы частным оружейным заводам. В сложившейся ситуации единственно надежным источником снабжения стали неприкосновенные запасы артиллерийских складов и войск, не участвующих в боевых действиях. Изъяв большую их часть, ГАУ сумело в значительной степени удовлетворить потребности действующей армии. В то же время это обескровило боевой потенциал империи, и Россия осталась почти безоружна на своих западных и азиатских границах.

Несколько легче перенесло войну Главное инженерное управление. Вопросы формирования и комплектования инженерных частей, ввиду их немногочисленности, не вызвали особых затруднений. Управлению приходилось отправлять меньше грузов на театр военных действий, так как значительная часть инженерного имущества изготовлялась непосредственно в войсках действующей армии. Успеху работы управления способствовала предусмотрительность его чиновников, приступивших с самого начала войны к созданию запасов инженерного имущества на случай его утери и порчи[#] во время боевых действий. К сожалению, такая предусмотрительность проявлялась не всегда, и в случае с ручными гранатами недальновидность тех же чиновников привела к неприятным последствиям. К изъятию неприкосновенных запасов Главное инженерное управление прибегало гораздо реже, чем Главное артиллерийское. Поэтому недостачу удалось в значительной степени возместить уже к концу войны.

В наиболее тяжелом финансовом положении оказалось Главное интендантское управление. Ему всегда выделялось меньше ассигнований, чем требовалось, а просьбы начальника ГИУ об отпуске дополнительных средств встречали стойкое сопротивление членов Военного совета. Поэтому интендантство было гораздо хуже подготовлено к войне, чем, скажем, артиллерийский и инженерный главки. Во время войны финансовое положение интендантства не во многом изменилось к лучшему, в результате чего основная часть предметов снабжения приобреталась с торгов по «наидешевейшей цене», что пагубно отражалось и на сроках выполнения заказов командования, и на качестве закупаемой продукции. В 1904—1905 гг. интендантству пришлось изъять большую часть неприкосновенных запасов и даже забрать часть обмундирования у войск Европейской России.

Немалый вред снабжению армии наносил бюрократизм чинов Главного интендантского управления, который, впрочем, значительно уменьшился по мере развития военных действий. По-прежнему имела место коррупция, но не она, а закупки по «наидешевейшей цене» оказались главной причиной низкого качества интендантского довольствия.

Из-за нехватки кадров интендантство, часто не справляющееся с текущей работой, было вынуждено прибегать к помощи других государственных учреждений. Однако она оказывалась на благотворительных началах, и не всегда Главное интендантское управление получало ее в нужном объеме.

В период Русско-японской войны интендантское снабжение было наиболее слабым местом в работе Военного министерства.

Для Главного военно-медицинского управления самой острой проблемой в период войны 1904—1905 гг. стал недостаток кадров, объяснявшийся низким уровнем финансирования военно-медицинского образования, а также тем, что по ряду причин Военно-медицинская академия не отвечала стоявшим перед ней задачам и не была заинтересована в подготовке кадров для военного ведомства. При решении организационных вопросов управление проявило себя с разных сторон: с одной – эффективно организовало борьбу с эпидемиями, но с другой – допускало грубые просчеты при распределении кадров, а также при организации медицинского обследования запасных и новобранцев. Снабжение действующей армии медицинским имуществом было организовано хорошо и не вызвало осложнений во взаимоотношениях командования действующей армии с Военным министерством. Это объяснялось не только расторопностью Главного военно-медицинского управления, но и неизмеримо меньшим по сравнению с другими главками объемом поставок.

Однако в целом административно-хозяйственную деятельность Военного министерства по обеспечению действующей армии в описываемый период следует признать неудовлетворительной[#].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Все вышеизложенное позволяет сделать следующие выводы.

Историография Русско-японской войны весьма обширна. Однако эта тема не являлась предметом постоянноговнимания историков. Наибольшее количество работ приходится на период между этой и Первой мировой войнами. Затем интерес к данной проблеме затухает и пробуждается ненадолго лишь в связи с очередными ухудшениями российско-японских отношений.

Ни одна из опубликованных работ не затрагивает сколько-нибудь серьезно нашей темы, и лишь некоторые содержат обрывки информации, имеющей отношение к аппарату военного управления. Поэтому изучение проблемы основано почти исключительно на многочисленных и разнообразных источниках. Наибольший интерес представляет обширный комплекс архивных документов.

В начале двадцатого столетия наступила эпоха бурного развития военной техники и тотальных войн. Если в прежние времена армия, даже заброшенная на значительное расстояние от своего отечества, сохраняла боеспособность, то в XX веке технические и хозяйственные потребности войск привели к тесной их зависимости от экономического потенциала страны. Войны новой эпохи влекли за собой необходимость мобилизации всего народного хозяйства (промышленности, сельского хозяйства, финансов и самого населения). В таких условиях резко возрастала роль управленческого аппарата Военного министерства, и теперь оно должно было работать в плотном, непосредственном контакте с другими частями государственного механизма. Но в России оно оставалось по-прежнему «одним из многих» и действовало само по себе, практически без помощи других государственных учреждений.

Во время Русско-японской войны не были проведены мобилизация экономики и перестройка ее на военные рельсы, отсутствовали специальные координационные органы. Связь Военного министерства с другими ведомствами практически отсутствовала, если не считать установления более тесных контактов с Министерством путей сообщения и эпизодической помощи интендантству со стороны ряда государственных учреждений. Кроме того, в результате конкретных исторических условий Военное министерство оказалось не только в межведомственной, но и в полной общественной изоляции.

Из-за недальновидности правительства и стараниями агентов влияния (вроде С. Ю.Витте) в конце XIX века резко сократились военные расходы, в результате чего военное ведомство оказалось в жестких тисках бедности. Нищенский бюджет повлек за собой чрезмерную централизацию в расходовании средств, бездействие на тех участках, на которые денег не хватало, и в конечном счете – общий застой в военном деле.

Оставляла желать лучшего и сама организация военной машины. Отсутствие четкой регламентации во взаимоотношениях ее центральных и местных органов вело к пагубной в условиях войны децентрализации в управлении, медлительности и неповоротливости аппарата. Именно эти обстоятельства были корнем всех бед.

Конечно, имели место и другие факторы, как то: бюрократизм, слепое следование устаревшим инструкциям, грубые ошибки аппаратчиков и т. д. Однако эти явления характерны в той или иной степени для любой управленческой структуры, имеющей достаточно долгий стаж работы. Но в условиях застоя эти качества обостряются.

Во время Русско-японской войны практически не произошла перестройка аппарата Военного министерства на военные рельсы. Правда, в связи с войной наблюдался ряд дополнений в управленческой структуре, но они имели эпизодический характер и осуществлялись довольно вяло. То же самое можно сказать о реформе военного управления, необходимость которой давно назрела и ясно проявилась с началом войны. Вялотекущее обсуждение проектов реформы затянулось надолго, и первые нововведения появились уже накануне Портсмутского мира. Кроме того, из-за некомпетентного вмешательства правящих верхов реформа была проведена не в лучшем из предлагаемых вариантов.