а остальные хохотали и дразнили демонов, а также подначивали меня. Но казнить никого не надо! Очень прошу. По крайней мере, пока я здесь.
Улыбка куда-то пропала с лица Императора, и Игнат на пару секунд остановился. Просто последние сообщения от Булатова пагубно сказывались на здоровье старика. Но сейчас он даже не побледнел, так что помощник продолжил.
— И знаешь, отец? Ты мне всегда говорил, что моя жизнь важна для Империи, а я с тобой постоянно спорил. Мол, мне плевать на жизнь, и нет смысла беречь себя. Говорил, что хочу жить жизнью, полной опасностей, со всеми рисками, как и все остальные, — Игнат снова остановился на секунду, и несколько раз перечитал последние строки. — Так вот, отец! Я передумал! И это не твои слова заставили меня передумать. А разрыв десятка ракет земля-воздух прямо перед моим лицом. Но хочу сказать, что щиты личного самолета Михаила выдержали это попадание. Помнишь, ты говорил, что это невозможно? Читать дальше?
— Погоди! — Император выставил вперед руку. — Дай отдышусь… А где он вообще? Откуда там взялись ракеты?
— Судя по написанному дальше, Александр сейчас в Персии, — вздохнул Игнат и вытер пот со лба рукавом. — Можно продолжать?
— Давай… — выдохнул старик.
— Пожалуй, я всё же приму твое предложение и займу место в министерстве. Да в любом министерстве, в которое направишь. На твое усмотрение. Кроме, разве что, министерства здравоохранения, — прочитал Игнат, а Император расхохотался.
— Два года пытался убедить его! А тут несколько дней у Булатова, и всё, мой сын готов на что угодно, лишь бы быть подальше от этих его идиотских сражений! Это всё письмо? Закончил?
— Нет, тут еще несколько строк. Пишет про Булатова, в основном, — помощник быстро пробежался глазами по тексту. — Говорит, что он не трус. Просто переосмыслил жизненные ценности. А еще сказал, что Булатов практически не участвует в сражениях, но при этом от каждого его нестандартного решения появляются горы трупов врагов. И снова напоминает, что в министерство здравоохранения он не пойдет ни при каких условиях.
— Ничего, ведь есть министерство образования, — махнул рукой старик.
— Но ведь у Булатова есть и школа, и академия, и даже детский сад. — подметил Игнат. — Он с министерством образования контактирует даже чаще, чем с министерством здравоохранения.
— А я знаю, — улыбнулся старик. — Кстати, а они в Персию зачем поехали? Опять к Гордым? Какие у них там приказы?
— Сейчас… — Игнат потыкал в экран и скривился. — Пу-пу-пу…
— Вот давай без этих своих «пу-пу-пу»!
— Ну, а иначе не скажешь!
— Не, ну если он сейчас не умер, то каковы шансы, что умрет за этот день? Никаких! — Император, скорее, успокаивал себя этими словами. — Что там у Гордых?
— А Гордые на штурм идут. Сегодня, — развел руками помощник.
— Пу-пу-пу… — Император постучал пальцами по столу.
— А я о чем? — воскликнул Игнат, а Император рассмеялся. — Простите, но я не понимаю, что вас так развеселило?
— Да просто ситуация смешная. Булатов столько всего натворил, что его можно одновременно объявить и изменником и героем, — задумался старик. — Но дело в том, что он не нарушил ни одного моего приказа. Действует чётко в рамках оговоренного.
— Разве? — удивился помощник.
— Ну да! Я же сказал ему провести лечение на свое усмотрение? Сказал. И когда он в первый раз перечислял диагнозы, там было… — Император защелкал пальцами, пытаясь вспомнить то странное словосочетание. — Как там было? А! Отвага на грани слабоумия. Или геройственная глупость. По факту, Булатов просто лечит Сашку от этого.
— Как бы нам после этого лечения не пришлось лечить его заново, — помотал головой Игнат.
— Если он вдруг станет бояться и перестанет грезить армией и подвигами — я буду только за! — твердо заявил старик. — Император должен править, а не рисковать своей жизнью впустую. От его правления зависят жизни всех! И наконец Александр об этом задумался.
* * *
Мы приземлились на краю военного лагеря, и я сразу отправился на выход. Никто из Гордых даже не удивился нашему появлению. Хотя я всё-таки не стал предупреждать Коганова о своем прибытии. Подумал, а вдруг он любит сюрпризы?
Оказалось, не любит. По крайней мере, мне так показалось, стоило увидеть недовольное лицо майора.
— Ты, как всегда, вовремя, — пожал мне руку Коганов, встретив меня прямо у самолета. — Правда, мы тебя не звали. Как ты узнал, что нам скоро на штурм?
— Ну вот узнал…
— Кто-то в штабе, да? — прищурился майор.
— Ага, вроде того! — кивнул ему. После чего заглянул за спину Коганова, где мне приветливо помахал крылом гусь. Надо будет потом наградить его, хорошо работает.
— Надеюсь, что ты привез нам боеприпасов? — майор кивнул на наш пузатый самолет. — А то сам видишь ситуацию, персов тут много. Вон сколько раз тебя пытались сбить.
— Боеприпасы — это, конечно хорошо, и они у меня есть, — философски подметил я. — Но еще есть кое-что получше!
— О, ты Нурика с собой взял? Или, вселенная упаси, Мирабель? — теперь майор посмотрел на самолет с опаской.
— Нет, еще лучше! — я свистнул. — Выходи, давай!
Из заднего люка самолета показался Александр. Он немного помялся, и неуверенно пошел в нашу сторону.
— Лучше, значит… — как-то не особо радостно проговорил Коганов. — Его Высочество Александр Романов, да?
— Именно! — воскликнул я.
— А может, лучше просто боеприпасы, а? Персы на тебя уже все ракеты потратили, можешь спокойно слетать в форт и отвезти цесаревича, — предложил Коганов, но я замотал головой.
— Не-не! С боеприпасами у меня вот такое дополнение, и это не обсуждается, — усмехнулся я. — Ну что, принимаешь?
