однако, ни Платон, ни я, да и никто на свете не даст точных ответов. Я испытываю наслаждение, изучая самые простые, материальные вещи, на которые Платон и его ученики смотрели свысока. И чувствую досаду, понимая, что мне жизни не хватит, чтобы постичь все тайны природы.
– Удалось ли вам открыть что-то, о чем было неизвестно до вас?
– Помимо частностей, я сформулировал множество базовых принципов. Например, всякая вещь в мире имеет в себе четыре причины. Материю, форму, источник и цель. Только точно определив все эти четыре начала вещи, мы можем судить о ней. Например, амфора. Материя – глина или бронза; форма – полый сосуд, источник – гончар, цель – хранить в себе жидкости для утоления человеком жажды и, возможно, радовать глаз, если она искусно обожжена и расписана. Или взять дом. Материя – камень, форма – проект архитектора, источник – строитель, цель – укрыть человека от зноя, холода или дождя и дать ему возможность без помех размышлять о философии.
– Кажется, я понимаю логику. Но что если взять человека?
– Это интересный пример. Форма человека – это, конечно, его душа и характер. Материя – тело; источник – его родители. Но что же мы можем сказать о цели человека, или о его финальной причине, как мне больше нравится говорить?
– Например, прожить достойную жизнь?
– Это, безусловно, необходимо. Но само по себе недостаточно. Цель существования человека – это постоянное самосовершенствование его нравственности и интеллекта, естественным образом вытекающее из его бесконечной любви к Богу и стремления его души к божественной благодати.
– А что для вас в таком случае Бог?
– Бог есть первоначало, сотворившее Вселенную. Он существует сам по себе, вне пространства и времени. Он был всегда и будет всегда. Доказать его существование – это самая простая задача. Как известно, в мире нет движения без источника движения. Предмет начинает двигаться, только если приложить к нему усилие. Ведь в этом у вас нет сомнений?
– Разумеется, это один из законов физики.
– Тогда ответьте, пожалуйста. Кто, если не Бог мог сдвинуть с места самую первую вещь в истории, если до этого никакого движения и энергии во Вселенной не существовало?
– На этот счет есть разные мнения, однако строго логически вы правы. Но есть ли Богу дело до нас?
– Разумеется, нет. Он создал мир и пребывает в блаженных возвышенных сферах. Суть заключается не в том, нужны ли мы Ему. А в том, что это мы не можем обойтись без Него как высшего источника Блага и цели всей нашей жизни.
– То есть душа человека стремится к воссоединению с Творцом?
– Да, но стремиться – не значит достичь. Я полагаю, что наша душа, хоть она и существует как бестелесная сущность, – тут я с Платоном согласен, – неотделима от тела и, увы, умирает вместе с ним.
– Вернемся к вашим исследованиям. Какие области науки вас интересуют?
– Абсолютно все ее, как вы выразились, области. Включая даже те, которые еще не существуют.
Мне показалось, что Аристотелю хотелось, пока еще светло, вернуться в грот, где он был занят какими-то записям в момент моего появления. И заодно – ему наверняка не терпелось поскорее взглянуть на принесенные мною книги. Но, в то же время, он еще не утратил интереса к беседе:
– Сам перечень имеющихся наук требует серьезной классификации, и этим до меня никто не занимался. Я разделил все науки на две части – те, что касаются надлунного и подлунного мира. Подлунный мир – это все, что имеет отношение к окружающей нас природе: физика, арифметика, геометрия, этика, риторика, политика, строительство, военное дело и так далее. Надлунный мир – это сфера высоких, божественных истин. Философия, метафизика, религия. То, что не поддается измерению и наблюдению, но в то же время определяет сами принципы нашего бытия. В свою очередь, науки подлунного мира также делятся на несколько категорий. Лично я, говоря о земных науках, всегда предпочитаю начинать с математики, а конкретнее – с логики, самой ее основы.
– Эллада знает немало выдающихся математиков. Тот же Пифагор…
– Да, и далеко не только он. Однако математики, выводя доказательства, не исследовали правила таких доказательств. Я же вывел три закона математической и всякой иной логики. Закон тождества – все элементы исследования должны быть определены и разграничены друг от друга; закон противоречия – два противоречивых утверждения не могут быть одновременно истинными; и закон исключения – нечто либо истинно, либо нет; вариант «и да, и нет» исключен.
Я знал, что на этих трех законах логики, как и на пяти постулатах жившего позднее Евклида, построена вся математика. Что до философии Аристотеля – смеси материализма (природа сама есть основа себя, идеи вторичны) и теологии (вера в Творца и душу человека), то особенно интересной мне показалось доказательство бытия Бога как единственно возможного первоисточника энергии. Говоря современными терминами, Бог по Аристотелю был необходим для Большого взрыва.
– Вы упомянули этику среди главных земных наук. В чем, по-вашему, она состоит?
– Главное правило этики – во всем придерживаться золотой середины. Исследуя любое проявление характера и поведения человека, мы всегда обнаруживаем две крайности, которых нам следует избегать. Например, крайности благородного мужества – это или его недостаток, трусость, или избыток – безрассудство. Возьмем другую добродетель, щедрость. Ее недостаток – это скупость, избыток – мотовство. Ни то, ни другое не красит человека. Недостаток остроумия делает человека занудой, тогда как избыток превращает в шута. Можно рассмотреть любое человеческое качество (основных я выделил десять, но на деле их гораздо больше), и мы в каждом случае обнаружим, что идеал – это точное следование золотой середине.
– Ранее, у водопада, вы упомянули, что вас интересует мир животных и растений.
– Да, эта тема действительно страстно увлекает меня. Прямо сейчас я собираю данные для книги, в которой собираюсь описать пятьсот самых известных животных – от крупных, таких как медведи, до самых маленьких и неприметных, вроде червей. Тем животным, у которых еще нет общепринятых названий, я дам их. Я собираюсь представить весь огромный животный мир в виде логической таблицы, построенной на основании общих признаков. Потом я планирую написать столь же детальную работу обо всех известных мне растениях. Всю природу я разделяю на растительный мир (растения питаются, но не могут двигаться и чувствовать), животных (питаются, двигаются, чувствуют, но не способны размышлять) и людей, которым присущи все перечисленные способности.
– Кстати, о людях и их взаимоотношениях. Что вы думаете об «идеальном государстве» Платона?
– Именно в нем и состояли самые непримиримые противоречия. Я не раз
