знакомства с его семьей. Ну, с той ее частью, которую я могу переваривать.
Собравшись, я вышла из его спальни и двинулась в сторону кухни. Где Стоун помогал маме разбирать покупки.
Сердечко, успокойся.
– Здравствуйте, – нервно проговорила я.
Подпрыгнув, крошечная женщина обернулась. В ней было всего пять футов роста, волосы прямые и темные, а еще – прекрасные большие темные глаза. Кожа безупречная, а черты лица утонченные.
Теперь стало понятно, откуда Стоун унаследовал свою красоту, потому что она выглядела просто невероятно. И была очень тихой.
Моргнув, она взглянула на Стоуна.
– Это Бьянка, – объяснил он. – Девушка, о которой я тебе рассказывал.
Тот факт, что он говорил обо мне со своей мамой, это… вау.
Ее взгляд бегло скользнул по мне, а после она снова сосредоточилась на продуктах. У меня возникло ощущение, будто она одним взглядом прожевала и выплюнула меня.
Какого черта Стоун рассказал ей?
Желая ей понравиться, я попробовала снова:
– Я могу с чем-нибудь помочь?
Она покачала головой.
– Нет, спасибо.
На этом все.
Стоун подошел ко мне и стиснул мое плечо.
– Расслабься.
Ему легко говорить. Его она уже любит.
Я раздумывала над тем, что сделать дальше, и тут мой телефон вдруг начал вибрировать.
Сойер: Я снаружи.
Я подняла взгляд на Стоуна.
– Сойер приехала.
Он выглядел таким же расстроенным, как я себя чувствовала.
– Я тебя провожу.
Я улыбнулась его маме.
– Приятно было познакомиться.
Она промолчала.
Чудесно.
– Уверена, твоя мама меня ненавидит, – сказала я ему, пока мы спускались по лестнице.
Кажется, его это не сильно беспокоило.
– Она моя мама, – произнес он у подножия лестницы. – Так что она автоматически начинает ненавидеть каждую девушку, которую ее сын приводит домой.
Что ж, подбодрил так подбодрил.
– Замечательно.
Я собиралась уже пойти к парковке, но он меня остановил.
– Если ты задержишься в моей жизни надолго, уверен, ты будешь нравиться ей так же сильно, как мне. – Стоун скорчил рожицу. – Ну, наверное, не так же, ведь это было бы странно.
Из моего рта вырвался смешок, и только потом я до конца осознала, что он сказал.
– Если я задержусь надолго? Что это значит?
Спрятав руки в карманы, Стоун отвел взгляд.
– Ты прекрасно знаешь, что это значит, Бьянка.
– Нет, не знаю.
Мне нужно было, чтобы он все объяснил, прежде чем я начну думать о худшем.
Он тяжело вздохнул.
– Я не как другие парни. Мне не интересно переспать и бросить, я не хочу тратить свое время на девушек, которые этого не заслуживают.
В такой ситуации сложно было не почувствовать укол обиды.
– Ты считаешь, что со мной тратишь свое время?
– Я не знаю. – Его взгляд был способен проделать во мне дыру. – Ты мне скажи.
Я сказала ему правду.
– Ты мне нравишься, Стоун, но этот разговор меня запутал. Чего ты хочешь от меня?
Не уверена, как у старой Бьянки обстояли дела с парнями и отношениями, но у этой явно так себе.
– Я не хочу игр. – Он подошел немного ближе. – Если мы делаем это, я хочу всю тебя.
Как я вообще могла отдать кому-то всю себя, когда даже у меня самой всей меня не было?
Словно почувствовав мой внутренний конфликт, Стоун сказал:
– Забудь. Очевидно, ты не хочешь того же.
– Я хочу, Стоун, – прошептала я. – Я просто очень плоха во всем этом, понимаешь?
Приблизившись, он коснулся моей щеки своим большим пальцем.
– Что ж, тебе повезло, что я как раз таки в этом очень хорош. – Одним резким движением он притянул меня к себе. – Ты просто должна мне довериться.
– Я тебе верю.
У меня не было причин не верить.
Стоун взял меня за подбородок.
– Тогда скажи, что ты моя.
Разум говорил, что все происходило слишком быстро, но сердце желало получить все, что он предлагал.
– Я твоя, – произнесла я.
Стоун улыбнулся уголком рта.
– Да, черт возьми.
Он сократил расстояние между нами, подкрепив эти слова поцелуем.
Глава двадцать вторая
Я недовольно уставилась на Дилан через стол.
– Передай бобы.
Не уверена насчет нее, но Джейс очевидно заметил нотки напряжения в моем голосе.
– Все хорошо?
– Все нормально, – процедила я сквозь зубы, когда Дилан передала мне тарелку.
Все не нормально.
Я продолжила вспоминать слова Стоуна, сказанные на прошлой неделе, о том, что Дилан пошла с Лиамом на танцы.
Она дала ему надежду.
Она должна была знать о его чувствах к ней, но все равно пошла с ним.
И даже если она не хотела его обидеть, нельзя было отрицать тот факт, что она, очевидно, пошла с Лиамом, чтобы задеть Джейса. Как не посмотри… она намеренно хотела обидеть одного или даже двух моих братьев.
Это то, чего я никогда не прощу. Никогда.
Вытерев рот салфеткой, папа оглядел стол. В последнее время он часто с нами ужинал. В какой-то степени было приятно, когда он находился рядом.
– Как тебе новая школа?
– Мне нравится.
Особенно теперь, когда мы со Стоуном вместе.
Коул запихнул в рот кусок мяса.
– Сойер сказала, ты с кем-то подружилась.
Я перевела на нее свой яростный взгляд. Она обещала, что будет хранить наши со Стоуном отношения в тайне еще хотя бы немного.
– Мерседес, – сказала Сойер, пнув меня под столом.
Черт. Мне действительно нужно потренироваться лгать.
– Да, точно.
Джейс сделал глоток.
– Я рад, что у тебя появляются друзья.
– Приводи ее в гости, – встряла Дилан. – Я бы с удовольствием с ней познакомилась.
Я не могла понять, подозревала ли она меня в чем-то, но мне это не нравилось. И мне абсолютно точно не нравилась она. Теперь.
Я проткнула кусок мяса вилкой.
– Ага, и слушай, знаешь, какое еще веселье можно придумать? Ты могла бы пойти с ней на танцы в школе, а потом поцеловаться с ее братом у нее за спиной.
Папа едва не подавился едой. Сойер выплюнула свой напиток. А Дилан побелела так, словно увидела приведение.
– В чем, черт возьми, твоя проблема? – прорычал Джейс.
Я встала так быстро, что чуть не уронила стул.
– В ней. Она намеренно использовала Лиама, а мы все просто сидим здесь, как одна большая счастливая семья, делая вид, что она никак не причастна к тому, что с ним произошло.
Не уверена, откуда взялся весь этот гнев, но меня буквально трясло от его мощи.
Дилан бросила свою салфетку на тарелку.
– Думаю, я пойду спать.
В моих мечтах она уходила навсегда.
– И мне тоже пора спать, – быстро проронила Сойер.
Я ткнула себе пальцем в грудь.
– Я
