Пальцы опустились на грудь, заигрывая с напряженными сосками.
— Дааа… Ласкай себя. Мне так нравится на тебя смотреть… Опусти ручку, возьми своей смазки, ее много… Я чувствую, как ты пахнешь. Подразни свою мокрую щелочку…
Я глухо стонала, стонала на его член, выполняя приказы босса и продолжая брать.
Глубже, увереннее…
— Пиздеееец! Твой рот создан для минетов! — простонал Громов. — Создан для моего члена!
Громов хотел перехватить управление, начав толкаться быстро и глубоко — слишком быстро. Я перехватила его член ладонью у основания, задержала.
— Сейчас я решаю, ясно? — спросила хрипло, царапнула ноготками нежную кожу.
— Уууу… — взвыл Громов. — Мучительница. Ааааррр. Продолжай, продолжай, не буду перебивать, — погладил меня по щеке.
— Вот и отлично.
Я взяла краткую передышку, поглаживая член по пальцами, держа во рту только головку, медленно посасывая ее, как леденец. Теорию я знала отменно, много всяких роликов смотрела, и если кто-то скажет, что сексу не нужно учиться, то он ошибается. Я и со шлюхами, которых снимал Громов тоже общалась, по-простому. Одна из девочек поделилась, что у нее есть клиент, который ходит только за отсосом. Глубоким, качественным отсосом. Самый быстрый и приятный из клиентов, по словам шлюхи. Женатый, с семьей, состоятельный и интеллигентный мужчина. Приходит только потому что жена сосать отказывается. Умеет, но делает это крайне неохотно, и не пытается сделать лучше, чем есть. Мораль такова: не хочешь дать мужчине то, о чем он просит, рано или поздно пойдет искать на стороне. Даже глубоко женатые и самые приятные, верные. А что тогда говорить о других? Я Громову пока что никто, и он явно поскачет за классным минетом сразу же… Как только разочаруется в моем.
Вот уж нет…
Пришлось снова настраиваться на ту самую волну, вспоминать до мельчайших деталей, выполняя, как по инструкции. Первые несколько движений давались непросто, я больше думала о технике, потом ловила вайб от того, как делала это и слышала, что Громову нравится.
О да, как ему это нравилось. Все эти приемчики придумали не просто так!
Из-под закрытых век текли слезы, но я все-таки иногда смотрела и даже через туман видела, как менялось красивое лицо Громова, как его меняла мука наслаждения.
Крепчала хватка его пальцев в волосах.
— Пойдем… Пойдем на кровать скорее. Я не выдержу… Я сейчас тебе в рот кончу… — почти закричал, тело Громова заколотило крупной дрожью.
Кажется, он пытался сдержаться изо всех сил и сделать так, как хотел он сам. Мне же было важно получить тот самый миг, когда его контроль растаял чередой громких стонов в горячем, обжигающем воздухе.
Я принялась сосать усерднее, погружая его головку до самой глотки. Удерживаясь лишь чудом…
— Аааа… Кончаю… Твою мать… Это прекрасно… Бля… Сука… Идеальная… Моя…. Возьми это. Бери…. Да… Глотай! Посмотри на меня…
Горячая струя потекла по задней стенке глотки, я подталкивала член языком, удерживая внутри. Весь рот наполнился его вкусом, дыхание вот-вот грозило сорвать такой прекрасный финал. Я обуздала его, сглотнув несколько раз, и на лице босса расплылось неописуемое блаженство.
Еще несколько секунд, потом он вынул член из моего онемевшего рта, рухнул на колени так, что мы оказались на одном уровне и поцеловал глубоко.
Я его поцелуй воспринимала с трудом, все еще чувствуя, большой, напряженный ствол, как будто он двигался у меня во рту…
Но поцелуй после такого — ох!
— Идеальная моя. Все сделала по-своему. Я просто в твой рот… Влюбился! — пылко признался Громов. — Дай-дай мне теперь тебе приласкать. Раздвигай. Ебааа… Тут потопище, зайка. Ох, царица…. Царица секса. Моя… царица…
Громов толкнул меня спиной на кровать, поставив обе ступни на край, широко развел ноги и устроился между них. Я не сопротивлялась, зная, как он умеет, и ждала прикосновений.
Ох, но когда он меня отлизал от самого клитора до попки, вздрогнула. Все-таки иногда Громов… переступал черты слишком легко.
Но не успела я покраснеть, как его язык начал трудиться над влажной, сочной щелочкой, трахая ее. Потом рот переместился на клитор, а его язык сменили пальцы, и я начала покрикивать в голос.
Боже, да…
Как хорошо!
Никакой боли и дискомфорта. Можно я, пожалуйста, всегда буду трахаться с его ртом и пальцами, ох, волшебно просто!
— Ты меня манишь… Я снова хочу. У меня стоит. Я не остановлюсь, пока смогу на ногах держаться. Хочешь на член? — спросил он быстро-быстро и задвигал пальцами.
Между ног ужасно пошло хлюпало, шлепки его ладони о мои мокрые складочки, громкие чавкающие звуки, когда он лакомился мной…
Запах…
Мы как будто в джунглях — два диких, мокрых, обезумевших зверя, попавших под ливень!
— Кончишь… Вот сейчас, ммм?
Его язык начал двигаться настойчивее, погружаться, раздвигая складочки.
Средний палец скользнул сначала туда же, где был его язык, потом коварно двинулся ниже и надавил на узкое колечко попки.
— Не закрывайся, — прошептал Громов. — Да… Кис-кис-кис, кто это такой мокрый и жадный до секса?
— Я тебя…
— Хочешь. Хочешь… Продолжай! — зачастил он, принявшись трахать мою попку пальцем и сосать, лизать влажную щель.
Двойной пытки удовольствием я не выдержала, кончила, рассыпаясь на частички. Тело кружило, разум отключился на режим любования фейерверками, которые взрывались в моей голове. Просто созерцание, осознавание прекрасного и бесконечного.
Матрас рядом со мной прогнулся, босс лег рядом, подтянул меня к себе, помог лечь удобнее, проворно сунул руку мне под голову и, клянусь, его плечо — это самая классная из всех подушек.
— Кайф? — тихо спросил он серьезно.
— Просто пиздец какой кайф… — честно ответила я, покраснев, потому что материлась крайне редко.
— Ох, как это прозвучало.
Мы замерли. По телу скользил жар, нега, а кровь в венах была горячей и журчала, как ручейки талой воды.
— Это был самый кайфовый минет в моей жизни, — признался Громов и посмотрел на меня. — Я теперь только к тебе за минетами ходить буду.
— В этом месте я, что, обрадоваться должна?
Как-то прозвучали его слова… Мол, для работы ты хороша, и для минетов — тоже сгодишься. А как насчет остального?
О, я и не подозревала, что настолько жадная собственница.
Мне хотелось его всего — целиком.
Признаний, головокружительного секса, ощущения, что мы слаженные, цельные — во всем!
— Вот я и рад, и не очень, — признался Громов, посмотрел на меня очень внимательно и задумался.
Так…
Теперь что не так?
Глава 31
Глава 31
Виола
— Сколько лет я тебя знаю? Восемь… — начал рассуждать вслух Громов. — Восемь, сука, гребаных лет твой прекрасный рот постоянно находился рядом. И вот такое сокровище я игнорировал! Не хотел смешивать работу и личное… — осекся. — Блять!
Громов подскочил, выбежал в коридор. Я успела только немного полюбоваться его поджарым задом, как он уже вернулся, начал кому-то писать с яростным видом на лице.
— Что ты делаешь? — спросила я.
— Уточняю кое-что. Я тут дал одно задание, — коротко посмеялся.
Но смех был недобрым, колючим.
Тучи вновь сгущались.
— Долго что-то выполняется.
— Ничего не понимаю.
Дописав, Громов отбросил телефон в сторону и снова забрался на кровать, сел у меня в ногах, потянул ступни к себе, расположил между бедер, обхватил за щиколотки.
— Признайся, — потребовал он. — На ком ты натренировалась?! — спросил напряженным, трескучим голосом. — Кто этот, блять, Макар, кому ты так же шикарно отсасывала?!
— Макар… что…
Громов узнал, как звали того качка, у которого были большие проблемы с маленьким членом. Я ахнула, сесть попыталась, но не смогла, Громов перехватил ноги.
— Кто он? Давно ты с ним? Я просил выяснить, кто он такой! Но, блять, ответа от своего приятеля не смогу дождаться. Говори…
