К вечеру они остановились на крохотной поляне, посередине которой можно было увидеть слегка заросшее темное пятно. Судя по всему, это место часто использовалось охотниками для стоянки.
Стоило им добраться до поляны, как «миллионер» принялся раздавать указания. Нескольких человек он отправил за фруктами, еще парочке предложил поискать ореховое дерево. Большая часть воинов отправилась за мясом. Без дела остались лишь Саша и Грок. «Миллионер» лишь мазнул по ним взглядом и велел оставаться на поляне, а сам присоединился к тем, кто пошел добывать мясо.
– Это нормально? – спросила Саша, как только остальные скрылись в лесу.
– Что? – Грок, молчавший всю дорогу и держащийся поближе к Александре, даже встрепенулся, получив возможность завести разговор.
Саша оглядела его внимательнее. Совсем юный, даже волосы на лице едва начали расти. Только не говорите, что этот мальчишка из тех, кто вчера получил своего тотема?
– Нам не дали задания, – пояснила она, продолжая смотреть на парня.
Слова Саши вызвали в юноше растерянность.
– Я не знаю, – признался он, как-то потерянно оглядываясь по сторонам.
– Понятно, – Александра не стала развивать тему, решив понаблюдать за тем, как все будет складываться.
Странно, что парнишка не знает. Разве отец ему не рассказывал, как все происходит в первом походе? А если не отец, то приятели, которым в свою очередь рассказал кто-то из старшего поколения?
Размышляя об этом, Саша устроилась на валяющемся неподалеку бревне, чувствуя, как рядом улеглась Клео. Опустив руку, она погрузила пальцы в теплый и мягкий мех. Ощущение, что рядом лежит живой зверь, было стопроцентным.
Парень потоптался немного, а потом принялся разжигать огонь. Для этого он собрал на поляне валяющиеся ветки, нашел неподалеку мох, а потом сложил это все и принялся высекать искры с помощью камней. Саша не видела, где он их взял, то ли с собой принес, то ли нашел где-то здесь. Спустя какое-то время над ветками завился дымок. Парень старательно подул на огонь, пытаясь разжечь его сильнее.
Как только начало темнеть, на поляну вернулись охотники. В руках некоторые несли свои трофеи. Судя по всему, с мясом не сильно повезло. Один несчастный зверек размером с упитанного кролика не мог накормить порядка двадцати человек.
Вскоре Саше стало понятно, что с ними никто делиться едой не намерен. Это действительно раздражало. «Миллионер» мог сказать об этом еще в тот момент, когда все пошли за едой. Но он промолчал.
Что это? Желание причинить вред? Тренировка на смекалку? Что-то вроде вступительной церемонии? Или это месть за отказ?
Грок, когда понял, что ему не достанется ни кусочка, расстроенно поник. Он подошел к Саше и сел неподалеку, глядя голодными глазами на то, как остальные поглощают фрукты и жарят мясо.
Вздохнув, Александра посмотрела в сторону темнеющего леса. Еще недавно она даже не подумала бы о том, чтобы войти туда, но сейчас с ней была Клео. Тотем придавал чувство уверенности, что все пройдет отлично.
Когда она поднялась, все охотники обратили на нее внимание. Саша заметила это краем глаза, так как в этот момент смотрела только на парня. Если они хотят игнорировать ее, то она будет делать то же самое, общаясь только с тем, кто не воротит от нее нос.
– Скоро вернусь, – произнесла она и скрылась в темноте леса.
Сашу не очень волновал недовольный выкрик, явно направленный в ее сторону. Если кто-то хочет за их счет утвердить авторитет, то ему придется затолкать это желание в самые темные глубины своего разума.
Отойдя от стоянки на несколько метров, она остановилась. Вокруг царила пугающая темнота. Еще совсем недавно ночной лес мог вызвать у нее только одно чувство – непреодолимый страх. Однако после путешествия к саванне подобная обстановка стала немного привычней, хотя не утратила ореола опасности.
Несмотря на то что лес казался более знакомым, Саша понятия не имела, как сможет в такой темноте что-то отыскать или поймать. Клео рядом слегка зашипела. В этом звуке не было угрозы, скорее она делала это только для того, чтобы привлечь внимание.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Что такое? – спросила Александра, опуская голову. Клео снова стала видимой, в темноте отчетливо угадывались очертания ее тела.
Когда Клеопатра подняла голову, ее красные глаза слегка пугающе блеснули. Секунду спустя Саша почувствовала легкое головокружение, а затем весь мир стремительно изменился. Темнота отступила, сменившись легкими сумерками. Все вокруг приобрело четкость.
Александра недоуменно моргнула, нахмурилась, а затем посмотрела на свою подругу.
– Как ты это сделала? – спросила она. В том, что такое зрение было исключительно заслугой ее тотема, у Саши не было никаких сомнений.
Вместо ответа в голове появился некий смутный образ, понять который сразу не удавалось. Для того чтобы все разобрать, необходимо было сосредоточиться.
Оглядевшись вокруг, Саша подошла к поваленному и заросшему пушистым мхом стволу, села и посмотрела на Клео серьезным взглядом. Через секунду закрыла глаза, сосредотачиваясь на едва понятном видении.
Еще с того момента, как Александра узнала о тотемах, ей было интересно, что это такое. Сначала она думала, что тотема создает сам человек, с помощью своей внутренней энергии. Что-то вроде материализации характера.
Однако потом стало понятно, что ее первые предположения не совсем верны, ведь тотемы, как оказалось, это духи животных. А это значит, что энергетические звери когда-то были живыми.
Тогда Саша задалась вопросом: зачем духам животных становиться тотемами людей? Во время жизни ни один зверь не желал приближаться к двуногим существам, так что менялось после смерти?
Оказывается, очень многое.
Мысли Клеопатры не так просто было разобрать, но Саше это удалось. Возможно, когда-нибудь они даже смогут общаться друг с другом мысленно. Но перед этим пройдет явно не один год тренировок. Да и потом они не смогут говорить, так как мысли зверя отличаются от мыслей человека.
В общем, тотемы – это действительно духи ранее живых зверей. Когда физическая оболочка погибала, у животного было два варианта пути. Первый – они могли раствориться в энергетическом поле планеты. Можно сказать, вернуться к истоку, туда, из чего все вышли.
Это было не так уж и страшно, ведь по сути это не смерть души, так как она не умирает, а соединяется с энергией мира. У человека подобное все равно вызвало бы страх. Все дело в том, что при слиянии информация сохранялась, но личность стиралась.
Животные особо не держались за свою личность, они даже не понимали, что это такое и почему ее стирание страшно. Это их не слишком волновало. Да и обо всем этом они узнавали только после потери физического тела. Информация просто поступала к ним, отчего казалось, что это было им известно всегда.
Однако некоторые звери по какой-то причине не желали растворяться в энергии мира. Тогда у них появлялся второй путь – соединиться с человеком, став его тотемом. Это позволяло духу сохранять свою личность.
Нельзя было связаться с любым человеком, тот должен был обладать схожими духовными качествами. Только в таком случае дух зверя мог прикрепиться к телу человека. Если качества схожи, то тело не отторгало его.
Понятно, зачем это духу, но какая выгода самому человеку? Оказывается, выгода была.
Так как тело воспринимало дух как часть своей души, оно могло пользоваться некоторыми преимуществами зверя. Например, при необходимости человек мог позаимствовать зрение или слух. Некоторые люди достигали максимальной синхронизации. В такие моменты душа человека отходила в сторону, а тело занимал дух. Сделать это навсегда зверь не мог, по нескольким причинам. Первая – тело человека было иным и дух, сливаясь с ним полностью, чувствовал себя неуютно. Вторая – душа человека была намного сильнее, поэтому могла вытолкнуть тотем. Самым пиком такого слияния был момент, когда человек мог наблюдать за происходящим, в то время как его тело занимал зверь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
