– Отец способен убить в бою, это верно. Но я не думаю, что он способен на такое… И зачем? Формория замужем. Отцу гораздо выгоднее прикрываться тем, что у него есть жена. Иначе у Туриуса будет больше оснований для подозрений.
Как ни странно, Дейдре испытала облегчение. Ей совсем не хотелось, чтобы отец Гилеада оказался хладнокровным убийцей.
– В таком случае я должна извиниться перед ним.
– Вот это разумно, – сказал Гилеад, повеселев.
– А как насчет Формории?
– Что? – Гилеад снова нахмурился.
– Она была здесь, когда леди Элен пытались отравить. Она приехала вчера. И помните, вы мне сказали, что первый приступ болезни постиг вашу мать два года назад, сразу после появления Формории и Туриуса?
– Так и было… – задумчиво произнес Гилеад.
– У королевы есть при себе кинжал, – продолжала Дейдре. – Нужны считанные секунды, чтобы разрезать ковер и вытащить гвозди. И вы говорили, что она гораздо сильнее, чем кажется на первый взгляд.
– Говорил, – согласился Гилеад, повертев в руке перо, брошенное Ангусом. – Я старался держать их порознь и не выпускал из виду отца. Но выходит, что лучше было бы следить за Форморией.
– Она бы решила, что у нее появился еще один поклонник, – Дейдре не удержалась от улыбки.
– Вряд ли, – с недовольной гримасой отозвался Гилеад. – Но это возбудило бы подозрения отца.
– В таком случае я буду следить за ней. Попробую подружиться и постараюсь сделать все, чтобы она и близко не подходила к леди Элен.
Гилеад кивнул, подошел к Дейдре и слегка коснулся ее плеча.
– Я должен поблагодарить вас за участие к моей маме.
Сердце Дейдре бешено заколотилось. Но ведь для Гилеада это просто ничего не значащий дружеский жест. Наверное, он таким способом хочет извиниться за свою холодность. И ее желание, чтобы он сорвал с нее одежду, прямо здесь, сейчас, совершенно бессмысленно.
– Не стоит благодарить меня, Гилеад. Леди Элен – прекрасная женщина.
– Но как вы объясните свое поведение отцу, если будете сближаться с Форморией?
Дейдре задумалась. Самый простой выход – попросить Форморию давать ей уроки верховой езды, но тогда она не сможет видеться с Гилеадом. Пусть это неразделенная любовь, пусть она всего лишь глупая мечтательная девица, но эти встречи ей нужны. По крайней мере, она сможет смотреть на него и предаваться своим фантазиям.
– Я скажу, что восхищаюсь ее военными талантами и мастерством и хочу подражать ей.
– Мой отец среди всех многочисленных талантов Формории ценит один – искусство обольщения.
– А это мысль, – сорвалось у Дейдре с языка, и она тут же покраснела.
Может быть, наблюдая за королевой, она откроет тайну ее очарования, овладеет искусством привлекать мужчин. И это подействует на Гилеада… Дейдре закрыла глаза, и перед ней возник дразнящий образ обнаженного Гилеада. Вот он склонился над ней, его мускулистые руки напряжены, грудь блестит от пота… И его мужское достоинство… Как оно выглядит? Дейдре чуть не поперхнулась и заставила себя открыть глаза. Господи, о чем она думает?
Между тем Гилеад подошел еще ближе, выражение его лица изменилось, зрачки сузились. Он провел пальцем по губам Дейдре.
– Хочешь, я поцелую тебя? – Это напоминало больше утверждение, чем вопрос.
Боже милостивый! Не следует этого делать. Он уже достаточно ясно показал, что не желает иметь с ней ничего общего. И этот поцелуй ровным счетом ничего для него не значит. Надо отойти от него. Надо. Гилеад не удерживает ее силой, но, оказывается, легкое прикосновение пальцев может быть хуже железного ошейника. Дейдре зажмурилась и раскрыла губы ему навстречу.
Гилеад резко втянул в себя воздух, а потом стал целовать – легко и нежно. Это была мучительная медленная пытка. Дейдре не смогла вынести ее и просунула язык поглубже в его рот. Мгновение Гилеад колебался, потом обнял ее за талию и прижал покрепче, отвечая на ласку. И тут же отпрянул. Открыв глаза, Дейдре оцепенела: его лицо было искажено яростью.
– Вы делаете успехи, подражая Формории! Очевидно, вы хотите обольстить меня просто так, ради интереса? Попрактиковаться, чтобы потом доставить удовольствие Ниллу? Или возбудить его ревность?
Дейдре чувствовала себя так, словно на нее вылили ушат холодной воды. Заставить Нилла ревновать? Целовать его? Она бы рассмеялась, но от гневных обвинений Гилеада у нее онемело все тело. А потом гнев и обида взяли верх и растопили лед в крови. Да как он посмел?!
На ее глаза навернулись слезы. Зажав рот рукой, Дейдре отвернулась и выбежала из комнаты, хлопнув дверью.
На следующий день Дейдре встретилась с Форморией возле конюшни. Та ждала ее, одетая в мужские штаны и большую, не по размеру, рубаху, с кинжалом за поясом и мечом. Но даже в таком виде она поражала своей женственностью.
– Ангус сказал мне о вашей просьбе. Я дам несколько уроков верховой езды.
Дейдре кивнула, высматривая Гилеада. Вряд ли он появится после вчерашней сцены. И так даже лучше. Она все еще злилась на него.
– Он пошел за вашей лошадью, – ехидно заметила Формория.
– Кто? – с напускным безразличием спросила Дейдре.
Королева насмешливо выгнула тонкие брови, и как раз в этот момент Гилеад привел Уингера. Дейдре старалась не смотреть в его сторону. Она гладила лошадь, ласково разговаривая с ней, и с горечью думала, что ей, наверное, лучше общаться с животными, чем с мужчинами.
Гилеад протянул ей уздечку, их руки на мгновение соприкоснулись, и оба тут же отскочили друг от друга, словно их ужалила змея. Уингер испуганно попятился, мотая головой.
– Тише, тише, – успокоил его Гилеад. – Эта девушка не понимает, что нельзя делать резких движений.
Дейдре с негодованием уставилась на него: Гилеад тоже сделал резкое движение! Она выхватила у него повод и уверенно направилась к приступочке. Но где же она? И как, черт побери, можно вскарабкаться на Уингера в тяжелой юбке? Формория молча наблюдала за происходящим. Краем глаза Дейдре видела, как она стоит, положив руки на изгородь, и улыбается. Проклятие!
– Не хотите ли сесть на лошадь, мисс Дейдре? Тогда нам легче будет проводить занятие, – сказал Гилеад, явно теряя терпение.
– Если вы будете так добры и принесете приступку, милорд, я с удовольствием сделаю это, – вспыхнула Дейдре.
Он с удивлением посмотрел на нее, но Дейдре сделала вид, что не обратила на это внимания. Отлично. Если он собирается вести себя отчужденно, она ответит тем же.
Гилеад направился в амбар и вернулся, подталкивая ногой пень, потом перевернул его и слегка поклонился.
– Вам нужна помощь?
– Благодарю вас, я отлично справлюсь сама.
Дейдре поставила левую ногу в стремя. Проклятая юбка обвилась вокруг колен, и из-за этого она чувствовала себя неуклюжей. Но опозориться нельзя, особенно сейчас, когда Формория смотрит на нее. Она уже перекинула через седло правую ногу и вдруг с ужасом услышала треск. Юбка зацепилась за пень и задралась, открыв ноги до самых бедер. Гилеад нахмурился и отвернулся. Неужели он решил, что Дейдре сделала это намеренно? Девушка покраснела и попыталась подобрать юбку. Она никогда не опустится до тактики Джанет!
