Альма Матер, у неё имеется воздыхатель. А то и несколько. А сражаться за самку и примитивно бить морды детворе, как-то не входило в мои ближайшие планы.
Мысль о том, что могу отгрести сам, почему-то не приходила в мою самоуверенную голову. Может быть потому, что чувствовал себя вполне здоровым. А, возможно, просто интуитивно понимал, что никто из окружающих меня людей, в этом плане мне не соперник.
Как-то не так они двигались. Имели немного отличающуюся от моей моторику. А, усилия с которым поднимались по лестничным пролётам, наводили на мысль о старых, изрядно потрёпанных жизнью паралитиках.
Правда, на чём основано это убеждение, толком сказать я не мог. Вот, просто откуда-то знал, и всё!
Глава 15
И, словно в насмешку над моими мыслями, навстречу нам вышло три человека.
— Ой. — Тихонько пискнула Верочка. — Блатные!
— Не бойся. — Выдал я самую банальную из всех возможных в этой ситуации фраз, я. — Думаю, ребята скоро поймут, что к чему, а мы пойдём дальше.
Тут, преградившей нам дорогу троице, видимо, надоело ждать, когда я начну выказывать признаки страха и один из них подал голос.
— Оба-на! — Неизвестно чему обрадовался тот, что стоял посередине. Ждали девку а, вышло совсем хорошо. — Ощерившись, он победно оглянулся на подельников. — Кралю мы, пожалуй, оставим на сладкое. А с тобой, фраер, отдельный разговор будет.
— Вот видишь. — Ободряюще подмигнул я Вере. — Тобой они обещали заняться позже.
— Я их не боюсь! — Храбро заявила девушка и, потянув меня за рукав, прошептала. — Может, убежим?
— Не получится. — Печально констатировал я, так как сзади приближались ещё двое. И, не желая втягивать Верочку в неприятности, предложил гопоте. — Может, пусть девчёнка идёт? А мы с вами разберёмся по пацански?
— Вот ещё. — Пренебрежительно фыркнула моя храбрая спутница. — Я с тобой!
— Тогда, отойди, пожалуйста, в сторонку. — Едва слышно попросил я. — Почему-то мне кажется, что меня сейчас бить будут.
— Я сильная. — Ни с того ни с сего вдруг начала хвастаться девушка.
Но, так как окружившая нас пятёрка уже притопывала и похохатывала от нетерпения, просто отодвинул набивающуюся в помощницы Веру в сторону и нанёс удар первым.
Спрашивать о том, что им надо я посчитал лишним. Да и вообще, мне это было не интересно. Ну а, канючить и как-то тянуть время, надеясь на то, что кто-нибудь из припозднившихся прохожих придёт нам на помощь, было вообще глупо.
Не любят ввязываться люди в чужие разборки. Тем более, когда перевес явно на стороне хулиганов.
От моего резкого тычка тот, кто «благородно» решил оставить Верочку «на потом», покинул место начавшегося побоища. Попросту отлетел назад и, упав на спину, затих.
И тут же мне в голову прилетела какая-то железка. Ну, вернее, кто-то попытался достать меня ею. Чего, как вы понимаете, я позволить никак не мог и, уклонившись, перехватил атакующую руку и, резким движением, сломал подонку запястье.
— Сука, блядь! — Благим матом заорал пострадавший. — Ребя, вали его!
И сразу же, с двух сторон, не меня набросилась парочка бугаёв. Пытаясь задавить массой и обездвижить. Ну а, в руке оставшегося пока ну у дел третьего, сверкнул нож.
Не желая напороться на лезвие, я крутнулся, подставляя под удар одного из нападавших. А другого, тяжело дышавшего перегаром, ухвати за яйца. И, изо всех сил сжав пальцы, кажется, навсегда лишил его возможности иметь потомство.
Тот, чьё мужское хозяйство я преврати в яичницу, заорал так, что казалось, во всех близко расположенных окнах повылетают стёкла.
Передёрнув плечами, я стряхнул на землю, теперь уже не представляющих угрозы противников и, внимательно следя за выписывающим всевозможные кренделя и восьмёрки ножом, встал в стойку.
— Завалю, сука! — Хрипло выдохнул явно хорошо поддатый мужик. — Всё равно, из-за тебя на мне мокруха!
И, только после этих, произнесённых явно в запале слов, я узнал в нём того самого идиота, что пытался набросится на меня с газовым ключём в душе.
Мда-а, дилемма. Нарываться на удар ножом мне не хотелось. И, пока тот не обозначил себя, даже мелькнула предательская мысль предложить разойтись, так сказать, «краями». Но теперь, когда стало ясно, что передо мной отчаявшийся и уже, пусть и нечаянно и даже при моём косвенном участии, ухитрившийся совершить убийство зверь, отпускать его было бы просто опасно. И глупо, к тому же.
Он ведь явно пришёл мстить и, если сейчас убежит, то неизвестно, что взбредёт ему в голову завтра. Да и, помочь так любезно преложившим должность в убойном отделе почти коллегам, тоже посчитал не лишним. Стану я с ними работать или, начну карьеру участкового инспектора, а такой жирный плюс, как задержание опасного преступника, явно не сочтут.
Державший в вытянутой руке нож мужчина сделал резкий выпад и, на долю секунды, перед глазами поплыо. А, когда я, потряхивая головой, сбрсил наваждение, противник лежал передо мной и явно находился в бессознательном состоянии.
Приведение его из боевой, так сказать, формы в вот такое, не представляющее угрозы и почти не подающее признаков жизни состояние, ясно было моих рук делом. Но, вот сам процесс как-то неуловимо ускользнул от моего внимания.
Но, так как, на слишком долгие размышления попросту не было времени, а кое-кто из пятёрки уже начал очухиваться, методично обошёл всех и, добавив каждому ботинком в голову, обернулся к Вере.
— Доставай смартф… — Помимо воли сорвалось с языка. Но тут же, поняв, что сморозил какую-то, причём совершенно непонятную даже самому себе, глупость, поправился. — Беги к телефону-автомату. Вызови милицию, а я пока что этих покараулю.
Гулко стуча по холодному асфальту каблучками, Верочка помчалась к ближайшей застеклённой будке. А я задумался о том, что это такое вот только что было? Явно я применил какой-то очень эффективный, особенно против нацеленного на тебя холодного оружия, боевой приём. Но, хоть убейте, как это вышло и, что конкретно при этом делал, почему-то не отложилось в памяти.
«Умение, безусловно, полезное». — Растерянно рассуждал я. — «Но вот, можно ли рассчитывать на него в будущем».
Работа, которую предложили, явно не будет проходить в тиши кабинетов. И, по роду выбранной мною деятельности, такие вот, никак не соотносящиеся с хорошим здоровьем и предполагаемым долголетием стычки, всё-равно, время от времени будут случаться.
Я попытался вспомнить ощущения, которым сопровождалось проведение этого хитрого и чрезвычайно пользитеьного приёмчика. Но, увы… Как ни старался и не выворачивал мозги, ни хрена не получилось. К великому разочарованию и принявшейся грызть душу досаде.
Вскоре мои тщетные потуги были прерваны вернувшейся Верочкой. И, как уже сказал, так ничего и не добившись, я на время отложил самоистязание в сторону и вопросительно взглянул на неё.
— Вызвала. — Запыхавшись, доложила девушка. — Сказали, что через несколько минут будут. Она окинула выразительным взглядом место только что прозошедшего побоища и, слегка улыбнувшись, добавила. — Спросили, есть ли пострадавшие и не нужна ли скорая помощь?
— И? — Иронизируя, вопросительно выгнул бровь я.
— Сказала, что, наверное потребуется. — Подняла на меня сияющие глаза Вера.
На что я, горделиво расправив плечи, мужественно заявил.
— Я бил сильно, но аккуратно!
— Какой ты смешной! — Вдруг прыснула девушка и, бросившись мне на шею, поцеловала в губы.
Подхватив её за бёдра, я приподнял красавицу и ответил. Но тут, как по заказу, нас осветила фарами подъезжающая машина и, засмущавшись, Вера стала вырываться.
«Ну вот…» — Ставя девчёнку на асфальт и с неудовольствием отстраняясь, философски подумал я. — «На самом интересном месте».
— Старший сержант Иванько. — Приложив руку к фуражке, представился вышедший из раскрашенного в жёлто-синие цвета служебного «козлика», милиционер. — Кто вы такие, и что здесь произошло?
— Младший лейтенант Петров. — В свою очередь отрекомендовался я. — Провожал девушку и подвергся нападению вот этой пятёрки.
— Вы их один? — Уважительно посмотрел сначала на валяющиеся тела а, затем на меня, удивился страж порядка. И, даже присвистнул. — Не слабо!
— Ну, просто выхода другого не было. — Слегка смущённо признался я. — Вы ж понимаете…
— Мда-а… — Почесал нос старший сержант. Но, тут вспомнив о служебных обязанностях, снова обратился ко мне. — Документики попрошу пожалуйста…
И, так как из могущих удостоверить мою личность официальных бумаг в наличии были лишь «лапы
