Всегда считал, что в людях сидят злобные твари, сдерживаемые устоями общества и законами. В критических ситуациях очень не многие могут удержать этих тварей на цепи. Отсюда и всякие мародерства при чрезвычайных ситуациях, и рост преступности в случае сложной обстановки. В общем, я вполне ожидал какого-нибудь непотребства, и оно вполне закономерно случилось.
Глава 14
Глава 14:
В нескольких домах к началу улицы от нас, ближе к ЗИЛу, по нашей стороне зажегся свет. Самого света за стоящими в ряду строениями я, разумеется, не увидел, но из окон на дорогу упали хорошо заметные даже в свете редких уличных фонарей отсветы. Следом загорелся свет во втором доме. Напротив и чуть наискосок, поэтому оказались видны не только отсветы, но и светящиеся оконные проемы. Я уже думал, что в Звезде выжило гораздо больше народу, нежели можно было представить, но больше никто активности не проявлял. Видимо просто интересное стечение обстоятельств, при котором на всей улице выжили и по какой-то причине не объединились близко живущие соседи.
Грузовик тут же остановился, давая возможность обитателям домов присоединиться к его пассажирам. Из одного дома выскочила женщина. Вроде средних лет и вполне спортивного телосложения, но в первом не уверен, поскольку в неверном свете фонарей зрение могло обмануть, как и растрепанный вид. Из второго дома выбрался крепкий мужчина. У мужика в руках имелся обычный плотницкий топор, а вот женщина оказалась вообще безоружной. Их ожидаемо взяли на прицел и это я посчитал вполне адекватным поведением. Я бы тоже к чужим людям отнёсся с настороженностью и скорее всего не постеснялся бы взять на прицел.
Потом раздался очередной выстрел. Я хоть и ожидал чего-то не хорошего, но не думал, что они вот так вот запросто пристрелят мужика. Тело рухнуло, женщина завизжала, но не побежала прочь, а замерла на месте. Пара мужиков выпрыгнула из кузова грузовика и, схватив даму за руки, поволокла ее к машине. Пленницу запихнули наверх и усадили под борт. Потом мужики вернулись и обыскали тело убитого. Судя по радостным возгласам, жизненной силы одному из убийц досталось не мало. Так же они получили введённый в Жатву топор и ещё пару карт. Это опять же судя по возгласам.
— Уроды, — тихо, но зло прорычала пришедшая в комнату, вставшая рядом со мной и какое-то время тихо наблюдавшая за происходящим жена.
— Уроды, — согласился я, не став высказываться о том, что они ещё и не дальновидные идиоты, ведь таким образом они отпугнули от себя всех возможных свидетелей расправы.
— Мы ничего не сможем с этим сделать? — спросила супруга, наверняка, уже представляя мой ответ.
— Нас двое, а их в несколько раз больше и они вооружены. Ничем хорошим для нас это не кончится. Мы можем только спрятаться и не отсвечивать, — я не смог обойтись односложным ответом.
Мы просто вернулись обратно в спальную комнату и сели на кровати. Оля прижалась ко мне, и я её обнял. Судя по звукам, ЗИЛ медленно проехал мимо дома. Хорошо, что эта банда не проверяла дома. По крайней мере, не все подряд. А-то бы они, войдя в калитку и наткнувшись на мою сигнализацию, сразу же поняли, что тут кто-то есть и нам пришлось бы убегать. Я уже даже план отхода придумал. Выскочили бы в окно спальной и ушли на соседний участок, а если бы понадобилось то и дальше. Главным было бы только, выбираясь из окна, наваленным под окном хламом не нашуметь.
Через несколько минут даже ночная тишина мертвого поселка уже не давала услышать звуки мотора грузовика, но все ещё слушались не редкие выстрелы. Создалось впечатление, что мужики намеревались проехать по всем улицам и перебить всех прибежавших к ним монстров. Можно сказать, занялись гриндом. Надеюсь, им больше не попалось людей, а-то мужика жалко. Да и не уверен, что судьба плененной ими женщины окажется лучше. Боюсь, её никто не сделает полноценным членом группы. У неё вроде не было никакого оружия, а значит, она, скорее всего, ничего не ввела в Жатву. Следовательно, ей дадут, чтобы она ввела в Жатву то, что нужно этим гриндерам (решил называть их так). Потом либо вообще кокнут, либо оставят на положении рабыни. Возможно даже сексуальной. Ничему не удивлюсь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Как думаешь, кто это был? — спросила жена полусонным голосом.
— Не знаю. Может, с Портового городка явились. Не похоже чтобы они могли прорваться сюда из города через кладбище. Машину бы им лучники всю издырявили, а она не просто на ходу, а вообще целая, — ответил я, витая где-то в собственных мыслях.
Супруга так и уснула, прижимаясь ко мне. Уложил её, снова разул, укрыл и разрядил ружье снова полностью и из магазинов дробовика опять достал по половине патронов. Делать вроде больше особо было нечего, но до утра оставалось ещё долго и совершенно не спалось. Поэтому решил провести пару экспериментов над своей Псевдокожей и хоть как то установить пределы её защитных свойств. Для этого мне даже ходить, никуда не пришлось. Достал бебут и осторожно попробовал проколоть защиту на руке острием. Не сказать, чтобы кинжал был остр на кончике как игла, но все же имел ярко выраженное острие. Однако, несмотря на это, осторожно проколоть Псевдокожу не вышло. Пришлось приложить совсем не малое усилие, прежде чем появилось небольшое не проникающее внешнее повреждение. Проще говоря, царапину сделал. Под не малым усилием я подразумеваю то, что навалился на упертый рукояткой в стену кинжал всем весом. Но как я не упирался взять защиту на полноценный прокол, не вышло. Разве что ударить себя со всей дури, но на такое я не отважился. Так же не получилась ничего добиться и при резании. Кое-как процарапал верхний слой, который, похоже, имел слегка меньшую прочность, но для этого пришлось отчаянно пилить ножом как ножовкой.
Проверять сколь защита устойчива к рубящим и режущим атакам не стал. И так понятно, что оружие даже если не прорубит эту перчатку на все тело, то плоти, костям и внутренним органам под ней достанется вся сила удара. Её бы совместить с какой-то подкладкой, а на самых важных местах усилить чем-то металлическим, вот тогда бы было дело. С последним, кстати, может выйти. Можно найти бронежилет или соорудить нечто вроде кирасы. С подкладкой же, скорее всего, ничего не получится. Всё что надето на мне оказалось поверх Псевдокожи и не имелось оснований полагать, что когда-то это вдруг возьмёт и изменится.
До утра так толком и не сомкнул глаз. Хотя гриндеры видимо убрались или встали на отдых, поскольку даже выстрелов оказалось не слышно. Когда стало светать, не тревожа жену, но прихватив карту с Сайгой с вновь опустошенными до половины магазинами, отправился на кухню. Все ещё имелось электричество, так что электроприборы работали. Поставил чайник и нарезал побольше бутербродов с маслом и колбасой. Всё же ели последний раз вчера в обед, если не считать моего вечернего перекуса. Заварил чай, разлил по кружкам и, собрав все на поднос, отправился будить благоверную, но она уже не спала, а обувалась сидя на кровати.
— Крипота, — покачала она, головой точно стряхивая наваждения и спросила. — Она у тебя точно снимается? — разумеется, говорила супруга о защите, что я по-прежнему и не думал деактивировать.
— Снимается, но если постоянно снимать, то жизненной силы не напасешься, — поставил поднос прямо на постель и сел рядом. — Давай завтракать, да займемся нашими делами скорбными.
— Не уверена, что еда полезет, — с искренней печалью вздохнула супруга.
— А вот этого не надо, — изобразил возмущение. — Я что тебе часто завтраки в постель ношу? — такое за мной действительно замечалось не часто, но иногда случалось под соответствующий душевный порыв.
— Да это тут причём? — смутилась она. — Просто вокруг вон что…
— Вот именно, — перебил я её. — Вокруг такое твориться, что нужно быть полным сил, а значит регулярно питаться. Так что кушай бутерброды и пей чай. Нам нужно вернуть в строй Тойоту.
