Второе сатори — это приход совершенного осознания, когда есть дверь и, когда бы вы ни захотели, вы можете войти в дверь — когда бы вы ни захотели. Даже на базаре, окруженные всем шумом торгов, вы можете войти в дверь. Внезапно вы можете стать отсеченным.
И третье сатори — когда вы абсолютно отсечены, тогда, даже если вы хотите соединиться с умом, вы не можете. Вы можете использовать его как машину, отличную от вас, но даже в вашем глубоком сне вы не отождествлены с ним.
Это три сатори, три самадхи. Первое, внезапное столкновение; второе, приход большей освобожденности, сознания того, что дверь достигнута; и третье, приход созвучности с ней столь глубокой, что вы никогда не теряете проход к двери, она всегда здесь, всегда открыта. Это — состояние, называемое в Японии сатори, в Индии — самадхи. В английском это переводится как «экстаз». Это слово прекрасно, буквально оно означает «становление вне». Экстаз означает становление вне, становление вне ума.
Последняя сутра Атишы: Учись, как будто отсекаешь — есть точное значение слова «экстаз» — ум так отсекается, что вы становитесь вне ума, что ум здесь, но вы не он.
Некоторые стали переводить самадхи не как «экстаз» а как «инстаз». Это также прекрасно, ибо это не есть «становление вне»; это «становление вне» ума, если вы думаете об уме, но если вы думаете об осознанности, тогда это «становление». По отношению к уму «экстаз» правильное слово, но по отношению к осознанности «инстаз» намного лучше. Но оба они — стороны одного и того же: становление вне ума есть становление в осознанности, знание: «Я не есть ум» — это знание: «Я есть осознанность, ахам брахмасми». Вот значение изречения Упанишад — я есть Бог, я есть осознанность.
ГЛАВА 6. ВЕЛИЧАЙШАЯ ШУТКА
Первый вопрос:
Ошо, что такое невинность, что такое красота?
РАМ ФАКИР, жить в мгновении это невинность, жить без прошлого это невинность, жить без умозаключений это невинность, действовать из состояния незнания это невинность. И в тот момент, когда вы действуете из такого безмерного молчания, необремененного никаким прошлым; из такого безмерного спокойствия, ничего не знающего, происходит переживание красоты.
Когда бы вы ни чувствовали красоту — в восходящем солнце, в звездах, в цветах, или в лице женщины или мужчины — где бы и когда бы вы ни чувствовали красоту, наблюдайте. И одно всегда будет найдено: вы действовали без ума, вы действовали без всяких умозаключений, вы просто спонтанно действовали. Мгновение захватило вас, и мгновение захватило вас так глубоко, что вы были отсечены от прошлого.
А когда вы отсечены от прошлого, вы автоматически отсечены от будущего, потому что прошлое и будущее — две стороны одной и той же монеты; они не отличаются, и они не отличны от другого. Вы можете бросать монету: иногда это орел, иногда это решка, но другая часть всегда остается, скрытая позади.
Прошлое и будущее — две стороны одной и той же монеты. Имя монете — ум. Когда вся монета отбрасывается, это отбрасывание есть невинность. Тогда вы не знаете, кто вы, тогда вы не знаете, что есть; это — не-знание. Но вы есть, существование есть. А встреча этих двух «есть» — малого вашего «есть» и большого «есть» существования — эта встреча, это слияние и есть переживание красоты. Невинность есть дверь; через невинность вы входите в красоту. Чем невиннее вы становитесь, тем более действительной становится красота. Чем более вы знающий, тем безобразнее существование, потому
что вы начинаете действовать из умозаключении, вы начинаете действовать из знания.
В момент, когда вы знаете, вы разрушаете всю поэзию. В момент, когда вы знаете и думаете, что знаете, вы создаете барьер между вами и тем, что есть. Тогда все искажается. Тогда вы не слышите своими ушами, вы переводите. Тогда вы не видите своими глазами, вы интерпретируете. Тогда вы не переживаете вашим сердцем, вы думаете, что вы переживете. Тогда всякая возможность встречи с существованием в непосредственности, в интимности утрачена. Вы распадаетесь на части.
В этом первородный грех. И это целая история, библейская история о том, как Адам и Ева съели плод от древа познания. Когда они съели плод познания, они покинули рай. Не то, чтобы кто-нибудь выгнал их, не то, чтобы Бог повелел им убираться вон из рая, они ушли сами, узнав, они потеряли невинность, узнав, они стали отличными от существования, узнав, они стали эго. Знание создает этот барьер, железный занавес.
Ты спрашиваешь меня, Рам Факир: Что есть невинность?
Вытошни знание! Плод древа познания должен быть удален из организма. Вот что такое медитация. Выбросьте это из себя: это яд, чистый яд. Живите без знания, зная только: «Я не знаю». Действуйте из этого состояния незнания и вы узнаете, что такое красота.
Сократ знает, что такое красота, потому что он действует из этого состояния незнания. Существует знание, которое не знает, и невежество, которое знает. Станьте невежественны, подобно Сократу. И тогда полностью другое качество войдет в ваше бытие: вы станете снова детьми; это — второе рождение. Ваши глаза снова наполнятся удивлением, и все вокруг станет удивительным. Летит птица, и вы взволнованы! Чистая радость созерцания птицы в полете — как будто бы вы были в полете.
Капля росы скатывается по лепестку лотоса, утреннее солнце сверкает в ней и создает радугу вокруг нее... и мгновение так захватывающе, что капля росы, скатывающаяся по лепестку, на пороге встречи с бесконечным исчезает в озере, и вы как будто начинаете скатываться, ваша капля начинает скатываться в океан Бога.
В момент невинности, незнания различие между наблюдателем и наблюдаемым исчезает. Вы не отличны более от того, что вы видите, вы не отличны более от того, что вы слышите.
Слушая меня, прямо сейчас вы можете действовать двумя способами. Один способ знания: болтовня внутри самих себя, суждение, придавание значений, постоянное размышление, правильно ли то, что я говорю, или неправильно, подходит ли это к вашим теориям или нет, логично ли это или нелогично, научно или ненаучно, по-христиански или по-индуистски, можете ли вы согласиться с этим или нет, можете ли вы проглотить это или нет, тысяча и одна мысль шумит в вашем уме, внутренний разговор, внутреннее дорожное движение — это один способ слушания. Но тогда вы слушаете с такого расстояния, что я не смогу достичь вас.
Я постоянно пытаюсь, но я не смогу достичь вас. Вы в действительности совсем на другой планете: вы не здесь; вы не сейчас. Вы — индуист, вы — христианин, вы — мусульманин, вы — коммунист, но вы не здесь сейчас. Библия между мной и вами, или Коран, или Гита. Я нащупываю вас, но я натыкаюсь на барьер Корана, я нащупываю вас, но между мной и вами длинная череда священников. Это способ знания, это способ оставаться глухим, оставаться слепым, оставаться бессердечным. Есть также другой путь слушания: просто слушание, ничего нет между мной и вами. Тогда это непосредственность, контакт, встреча, общение. Тогда вы не интерпретируете, поскольку вы не беспокоитесь, правильно ли это или неправильно. Ничто не правильно, ничто не неправильно. В этом мгновении невинности все незначимо. Ничто не значимо, нет критерия, нет знания а priori, нет заданного умозаключения, не с чем сравнивать. Вы можете только слушать, просто как кто-то слушает звук бегущей воды в горах, или одинокая флейта играет в лесу, или кто-то играет на гитаре. Вы слушайте.
Но человек, который пришел слушать, как критик, не услышит. Человек пришедший просто послушать, не как критик, но порадоваться мгновению, будет способен услышать музыку.
Что понимать в музыке? Нечего понимать. Есть нечто, имеющее вкус, несомненно; есть нечто, чтобы выпить и быть выпитым, несомненно. Но что понимать?
Но критик — он здесь не для того, чтобы пробовать; он не для того, чтобы пить — он для того, чтобы понимать. Он не слушает музыку, ибо он так полон математики. Он постоянно критикует, думает. Он не невинен; он знает так много, следовательно, он упустит красоту этого. Он может достичь каких-то дурацких умозаключений, но он упустит все мгновение. А мгновение — мгновенно!
Если вы можете слушать, просто слушать, если вы можете видеть, просто видеть, тогда в это самое мгновение вы узнаете, что есть невинность.
А я здесь не только для того, чтобы объяснить вам, что такое невинность, я нахожусь здесь, чтобы дать вам ее вкус. Выпейте чашку чая! Я предлагаю это вам, предлагаю каждое мгновение. Глотните его — ощутите тепло мгновения, его музыку, и молчание, и любовь, переливающаяся через край. Будьте окружены ею. Исчезните на мгновение с вашим умом— наблюдением, суждением, критикой, верой, неверием, за, против. На мгновение будьте просто открытостью, и вы узнаете, что есть невинность. А в этом вы узнаете, что есть красота.
