Наиболее подробно описана в сагах самая крупная экспедиция викингов в Винланд, во главе которой стоял Торфинн Карлсевни. С ним были 60 мужчин и 5 женщин. С собой они взяли домашний скот. Вероятно, норманны собирались основать в Винланде большое поселение. Они перезимовали в доме Лейфа Эйриксона. Летом пришельцы встретились со скрелингами. Сначала отношения представителей двух миров складывались достаточно дружелюбно. Завязалась меновая торговля. Туземцы предлагали звериные шкуры и просили взамен чудесное стальное оружие викингов. Но после решительного отказа довольствовались коровьим молоком, которое им очень понравилось.
В дальнейшем, однако, ситуация обострилась, и дело дошло до открытого сражения. Победителями оказались викинги. Но Винланд пришлось оставить. Согласно "Рассказу о гренландцах", Карлсевни пробыл там два, а судя по тексту "Саги об Эйрике Рыжем" — три года.
Последняя экспедиция была, без сомнения, самой неудачной. Сестра Лейфа Счастливого Фрейдис развязала кровавую усобицу внутри небольшого отряда норманнских колонистов. Она своими руками зарубила топором пять женщин из числа соперниц. Таков был драматический финал первой волны норманнской колонизации в Северной Америке.
Следы викингов в Америке
О том, что за 500 лет до Колумба викинги открыли северо-восточное побережье Америки и даже пробовали основать там свою колонию, впервые заявил еще в начале XVIII века датский историк Т.Торфеус. А в 1837 году его соотечественник К.Рафн, опубликовавший в Копенгагене четырехтомный труд о плаваниях норманнов в Винланд, обратился к своим коллегам — историкам США с просьбой поискать на Атлантическом побережье страны следы пребывания викингов.
Вездесущие газетчики и журналисты оповестили об этом чуть ли не каждый уголок Соединенных Штатов. Поиски следов викингов стали повальным увлечением, своего рода модой. И результаты не замедлили сказаться. Прибрежная территория штатов Род-Айленд и Массачусетс, где, по словам К. Рафна, вероятнее всего, располагались стоянки кораблей викингов, оказалась буквально нашпигованной всевозможными сенсационными находками. На скалах в Дайтоне были обнаружены скандинавские рунические надписи, в Ньюпорте— древняя каменная башня, а затем где-то по соседству и бренные останки одного из викингов-первопроходцев. Правда, рунические надписи при ближайшем рассмотрении оказались индейскими наскальными рисунками магического назначения; башню в Ньюпорте, как свидетельствуют документы, выстроил в 1675 году английский губернатор Род-Айленда, а погребение, судя по набору вещей, было явно индейским, но это уже никак не могло повлиять на общее настроение умов. Знаменитый создатель "Песни о Гайавате" поэт Г.Лонгфелло откликнулся на все происходящее сочинением баллады "Скелет в доспехах", где жалкая могила индейца фантазией поэта превратилась в захоронение закованного в стальную броню воина-викинга, а Ньюпортская башня стала памятником вечной любви этого рано почившего средневекового рыцаря к своей прекрасной даме:
Три недели длилось плавание на запад,И когда прекратилась буря.Мы увидели берег, похожий на облако,Простирающийся с подветренной стороны.Здесь я построил с любовьюЖилище моей госпожи,Гордую башню, которая понынеСмотрит на море[175].
В предисловии к балладе сам Лонгфелло подчеркнул, что сюжет ее вымышленный, но в сознании многих американцев обе упомянутые находки до сих пор связаны с наследием отважных викингов.
В 1898 году американский фермер Олаф Оман нашел в Кенсингтоне (штат Миннесота) под корнями большой осины тяжелую глыбу серого камня, испещренную странными знаками, похожими на скандинавские руны. Находку немедленно доставили профессору-филологу Миннеаполисского университета О.Дж. Бреда, который подтвердил, что письмена действительно рунические. Текст древней надписи гласил:
"[Нас] 8 готов [то есть шведов] и 22 норвежца [участников] разведывательного плавания из Винланда на запад. Мы остановились у двух шхер в одном дне пути к северу от этого камня. Мы [ушли] на один день и ловили рыбу. Потом вернулись, нашли 10 [наших] людей окровавленными и мертвыми. [Благоденствуй, Дева Мария], избавь нас от зла! Десять человек из нашего отряда остались у моря, чтобы присматривать за нашими кораблями [или за нашим кораблем], в 14 днях пути от этого острова. Год 1362"[176].
После опубликования сообщения об этой находке появилось немало трудов, подвергающих серьезному сомнению ее подлинность. Борьба вокруг Кенсингтонского камня продолжается и в наши дни, но решающего успеха пока не добилась ни одна из противоборствующих сторон.
Сейчас достоверно известно, что камень с рунической надписью уже в 20-х годах XIX века был покрыт земляными наносами. Был определен примерный возраст надписи — 600 лет. Такого мнения придерживается и Р.Хенниг.
"…Руническую надпись, — пишет он, — разумеется, еще можно подделать, но степень выветрелости знаков на камне — никогда. Далеко зашедший процесс выветривания, несомненно, подтверждает, что надпись была нанесена уже несколько столетий назад"[177].
Если это так, то Кенсингтонский камень имеет огромную историческую ценность. Это значит, что в 1362 году, то есть за 130 лет до Колумба, в глубинной части Северной Америки, в верховьях реки Миссисипи, побывала разведывательная экспедиция из 30 скандинавов. Х.Холанд (скандинав по происхождению), посвятивший всю свою жизнь изучению Кенсингтонского камня, связывает надпись на нем с экспедицией Пауля Кнутсона. Она была отправлена в Гренландию в 1355 году норвежским королем Магнусом Эйриксоном с целью укрепления в колонии пошатнувшейся христианской религии. По мнению этого ученого, Кнутсон, узнав об исчезновении жителей Западного поселения Гренландии и вероятном их переселении в Винланд, последовал за ними к берегам Северной Америки. Пропавших в Винланде так и не нашли, и после нескольких лет пребывания в Новом Свете, потеряв в стычках с индейцами часть людей, экспедиция вернулась в Норвегию.
Находки средневекового скандинавского оружия в районе Великих озер, а также загадка происхождения белокожих и голубоглазых индейцев-манданов, по мнению Х.Холанда, подкрепляют достоверность сведений кенсингтонской надписи[178].
Однако решительным оппонентом Х.Холанда выступил другой потомок викингов — известный американский ученый, специалист по скандинавским и германским языкам, профессор Калифорнийского университета Э. Вальгрен.
После тщательного текстологического анализа этой рунической надписи он пришел к выводу: это фальшивка, сделанная в XIX веке[179]. Можно только представить себе, какую жестокую душевную борьбу пришлось выдержать профессору. Верх взяли не патриотические амбиции потомка викингов, а научная добросовестность и любовь к истине. И надо сказать, что Э. Вальгрена поддерживают большинство ученых Европы и Северной Америки[180].
Не успели утихнуть споры вокруг Кенсингтонского камня, как фанатичные сторонники длительного норманнского пребывания в Новом Свете вытащили на свет целый ряд новых "доказательств".
На этот раз речь шла о погребении викинга, обнаруженном близ озера Нипигон в Беардморе (провинция Онтарио, Канада) в 1931 году, и о дюжине норманнских алебард, найденных в разных районах штата Миннесота. В первом случае под корнями березы на глубине более метра лежали сильно проржавевшие, но вполне сохранившие форму скандинавский меч, боевой топор и остатки железного умбона — бляхи от шита. Однако никаких костей рядом не было. А главный "первооткрыватель" могилы викинга оказался ближайшим другом одного коллекционера норманнских древностей. К тому же нашлись и свидетели, видевшие прежде эти предметы в доме антиквара.
Еще проще обстояло дело с алебардами. Когда реликвии попали в руки экспертов, то ученые без труда установили, что это резаки для табака, изготовленные фирмой "Роджерс" из Спрингфилда (штат Огайо) в XIX веке[181]. Вновь вспомнили о Ньюпортской башне. Наиболее горячие головы требовали во что бы то ни стало официально признать за ней статус "сооружения эпохи викингов", не важно, будь то сторожевая вышка или первый христианский храм на американской земле. Да и возраст теперь не имел особого значения: пусть это не дело рук Лейфа Счастливого и его ближайших потомков, но уж XIV или XV век за башней признать необходимо. Пришлось провести вокруг башни и у ее фундамента настоящие раскопки. И вскоре археологи вынесли свой вердикт: все найденные вещи относятся только к колониальному периоду — XVII веку и позже[182].
