предшественникам и прежним хаканам не делали такого заявления, как они, что, мол, ‘Мир Тимур и потомки Мир Тимура из рода в род – наши наукары’. Если прежде было так, то теперь не так. Теперь я самостоятельный государь, и другие считают себя моими наукарами. Теперь следует, чтобы Вы из понятия ‘дружба’ исключили бы слова ‘слуга’ и ‘господин’ и, подобно прежним ханам, не писали бы: ‘Тимуридским мирзам’, а соблюдали бы дружественную переписку. Впредь от сына к сыну этот порядок пусть будет соблюден”. На основании этой речи они заключили договор. Йунус хан на все с охотой согласился. Эти условия и обязательства они скрепили торжественной клятвой. [Абу Са’ид] отпустил хана. Всех моголов, находившихся в тех местах, он присоединил к хану».
Несмотря на все старания Тимуридов и все их величие, которое, к слову будь сказано, после Абу-Саида пошло на убыль, Тимуридам так и не удалось сравняться по статусу с Чингизидами. Абу-Саид требует от своего ставленника не подчиненного, а равноправного отношения: «чтобы Вы из понятия “дружба” исключили бы слова “слуга” и “господин”. Уникальный, можно сказать, исторический казус.
Что же касается распри между братьями, приведшей к расколу сильного Моголистана на две части, то ничего удивительного в ней не было, ведь недаром говорится, что там, где нет лада и мира, каждый тянет котел с харшолом[113] к себе. Увейс-хан за годы своего правления не смог должным образом укрепить центральную власть, а также не озаботился назначить преемника и обеспечить ему поддержку всей моголистанской знати. Эти упущения и привели к расколу. С кочевниками вообще трудно ладить. Во-первых, они воинственны, ибо кочевая жизнь хорошо закаляет и вырабатывает такие ценные качества, как решительность и настойчивость в достижении цели. Во-вторых, кочевники свободны, они не привязаны к земле, в случае чего они могут откочевать куда-то подальше, где рука правителя их не достанет.
Пожалуй, нужно сказать пару слов о границах Моголистана, который, в расцвете своего могущества, простирался от Ферганы на западе до Баркуля на востоке (этот городок находится на северном склоне Тянь-Шаня). На северо-западе Моголистан был ограничен озером Балхаш, а на юге доходил до оазиса Хотан, важного пункта Великого шелкового пути. Впрочем, с границами полной ясности не существует, потому что даже такой ценный источник, как Мирза Мухаммед Хайдар, в разных местах своего повествования приводит о них различные сведения. Кстати говоря, собственно Монголию, исконные монгольские земли, называли «Восточным Моголистаном» для того, чтобы не было путаницы.
В 1514 году внук Юнус-хана Султан-Саид-хан Абу-л-Фатх основал Могольское ханство, которое также называют Яркендским ханством. Могольское ханство не следует путать с Моголистаном, это разные государства. Предыстория основания Могольского ханства была такова. После умершего в 1487 году Юнус-хана власть унаследовал его старший сын Султан-Махмуд-хан, который не имел никаких полезных для правления качеств, кроме старшинства. Реальным правителем ханства стал младший брат Махмуда Султан-Ахмед-хан, отец Саид-хана. После длительной борьбы Ахмед-хан сумел подчинить своей власти центральную и восточную части Моголистана. В 1501 или 1502 году он помогал Махмуд-хану в войне против Мухаммеда Шейбани, которая закончилась пленением обоих братьев. Вскоре Шейбани-хан отпустил их, а в 1504 году Султан-Ахмед-хан скончался и воинственные дуглаты отобрали Центральный Моголистан у Мансура. Дополнительную проблему Мансуру создал Саид-хан, который некоторое время воевал с братом, пытаясь отнять у него власть, но потерпел неудачу и был вынужден бежать в Кабул к Бабуру. Бабур приходился Саиду и Мансуру двоюродным братом, так что он мог с равными основаниями поддерживать и того и другого, но политические обстоятельства требовали от основателя империи Великих Моголов[114] всячески ослаблять Моголистан. В 1512 году Бабур назначил Саид-хана правителем подвластной ему Ферганы, но одной Ферганы амбициозному Саид-хану было мало. В 1514 году, вместе с другим своим двоюродным братом – уже знакомым читателям Мирзой Мухаммедом Хайдаром, он выступил против эмира племени дуглат Мирзы Абу Бакра и вернул Кашгарию под власть Туглуктимуридов. Таким образом Моголистан снова оказался разделенным пополам между родичами – западной частью правил Саид-хан, имевший столицу в Яркенде, а правителем восточной оставался Мансур-хан, столица которого находилась в Турфане. Не имея возможности разделаться с братом окончательно, Саид был вынужден признать главенство Мансура, но эта подчиненность была чисто номинальной и выражалась только в том, что некоторое время в Яркендском ханстве чеканились монеты с именем Мансура. Между братьями сложилась ситуация, которую шахматисты назвали бы «ничьей по обоюдному согласию» – каждый понимал, что у противной стороны нет возможности распространить свою власть на весь Моголистан.
С 1533 по 1559 год Могольским ханством правил Абд ар-Рашид-хан I, по имени которого трактат Мирзы Мухаммеда Хайдара и получил свое название. Надо сказать, что с автором трактата и его родственниками Рашид-хан обошелся не лучшим образом, поскольку для упрочения своей власти хану было нужно избавиться от верхушки дуглатской знати, вечного источника беспокойства в государстве. Мухаммеду Хайдару повезло – он отправился в изгнание в то время, когда большинство его родственников приняли смерть по приказу хана. Следует отдать Рашид-хану должное – к своим незнатным подданным он относился весьма милостиво. Османский историк XVI века Сейфи Челеби в своей хронике пишет, что «правитель Кашгарии Абд ар-Рашид-хан чрезвычайно справедливый государь; среди потомков Чингиза нет правосуднее его; на своих подданных он наложил только ушр [десятину] и не взимает с них незаконных поборов, как это делают бухарские ханы»[115]. А в анонимной тюркской хронике «История Кашгара» сказано, что «Абд ар-Рашид-хан [был] царевич храбрый и отважный, красивый и хорошего поведения. На трон хана он воссел двадцати трех лет. Он хорошо слагал стихи на фарси и тюрки [на персидском и тюркско-чагатайском] и был хорошо грамотен. Он читал, как будто выучив наизусть, любой текст, написанный без соблюдения орфографии»[116].
В 1570 году внук Саид-хана Абд ал-Карим-хан воспользовался раздорами между сыновьями Мансур-хана и присоединил восточные земли к своим владениям, так Моголистан снова стал единым. Махмуд ибн Вали в трактате «Море тайн относительно доблестей благородных» пишет о том, что соседи завидовали миру, спокойствию и благополучию в державе Абд ал-Карим-хана.
Правление туглуктимуридов в Моголистане, представлявшее собой непрерывную череду междоусобиц, продолжалось до конца XVII века. Последним представителем династии стал Мухаммад Мумин-хан, также известный как Акбаш-хан, который правил в Яркенде с 1694 по 1696 год. На смену Чингизидам-Туглуктимуридам пришла ойратская (джунгарская) династия Чорос, ведущая свое начало от сына молодого охотника и небесной девы.
Часть IV
Потомки Угэдэя
