испепелили.
Удивительное дело. Сильнейшие маги целого народа самоотверженно защищают границу. Пожалуй, лишь общая беда и причастность к великому делу могут такое сотворить.
Видел я, как живут баар. Алчность, жажда власти и прочие людские грехи им не чужды.
Хорошо. Я увидел достаточно, и, если я правильно понял задумку старух, всю поверхность планеты покроет Призванный Ад, а небо Призванный Рай. Тогда Ор-гэн не сможет провести обнуление мира, выбросив на его поверхность неисчислимое количество магмы.
Понятненько. Хм. А если уничтожить Волю Мира. Можно ли будет создать здесь новую? Чтобы, к примеру, вместо злобного червя, появилась добрая бабочка… А что, мне нравится эта идея.
Сейчас же… Времени совсем не осталось. Нужно выспаться…
* * *
Подземелье разрушенного города.
Некоторое время назад.
Маги шли по тоннелям, кидая взгляды на маленьких крылатых созданий. Они были малы и чужды для краснокожих гингар. Но малютки улыбались и практически танцевали в воздухе. А их магия вернула воздух в эти подземелья, создала воду и, самое главное, возвращала к жизни умирающих гингар.
Кто-то из гингар имел ранения, полученные при защите города, кто-то был поражён гнилью, а некоторые едва не умерли от нехватки кислорода. Сотни летающих малышек творили чудеса, даруя надежду краснокожим.
Правда, некоторые считали, что у них галлюцинации, а были и такие, кто боялся этих «странных» созданий. Но постепенно все привыкли.
— Поднимайтесь, — говорили измученные маги. — Спасение прибыло. Поднимайтесь. Идите в большой зал. Поднимайтесь.
Они говорили одно и то же, обходя тоннели. Сил у них уже не оставалось, и шли маги лишь на одних «волевых». Но вскоре все выжившие стали стекаться к центральному залу, что был так назван всего два дня назад, потому что самый большой. А там…
— Папочка! Смотри, пап! — мальчик лет шести, что вёл своего бледного отца, указал на телепортационную арку.
— Ты был прав… ты молодец… — ошарашенный и не верящий своим глазам мужчина погладил сына по голове и, с облегчением выдохнув, направился к арке.
Пройдя через неё, они оказались перед гигантскими каменными стенами. Там уже собралось много гингар, облачённых в странные доспехи, а также красивые девушки в необычной белой одежде.
— Ой… А где мы? — мальчик заозирался, да и не только он.
— В безопасном месте, — к нему подошла красивая девушка и присела на корточки. — Здесь вы будете под защитой бога. А эти земли оберегают нас от чудовищ. Они ведь боятся огня. А его здесь, смотри, как много.
Она указала на лавовые озёра, а глаза мальчика загорелись от восхищения.
— И правда! Пап! Ты слышал? Здесь мы в безопасности! — дёргал он отца за руку.
— Да. Теперь мы в безопасности, — улыбнулся он сыну и посмотрел на эти невероятной высоты стены. А, судя по тоннелю, выход в который находился перед людьми, толщина этих стен сотни метров… Ему было сложно представить более безопасное место.
Позади из арки всё выходили и выходили беженцы. Все, как один, сперва пугались, попав в это страшное место, а после осознавали всю его «прелесть». А как же они удивились, пройдя внутрь…
* * *
Ор-гэн.
На следующий день.
— Дай что-нибудь покрепче, — попросил я бармена-паука, рухнув на стул.
— Тяжёлый день? — одна из его рук поставила большой стакан, а вторая поднесла бутылку и наполнила его до краёв. Третья поднесла чашу с орешками. А чем остальные три руки занимались, я не обратил внимание.
— Тяжёлая жизнь… — отпив странного, но сильно бьющего по мозгам напитка, закинул в рот горсть орехов.
Вот ничего не успеваю… В Бразилии куча дел. Тимофей вспомнил о моём существовании. Есть важные вопросы касательно Черепка. Ещё и новую партию журналов пришлось переправить в Затопленный мир. Там уже, блин, всё разобрали и грозились смертными карами, если не привезём ещё.
В общем спал я лишь полтора часа… А ещё с Рейной возиться…
— Понимаю. Сейчас всем нелегко. Времена нынче такие, — поддержал меня бармен. — Хм. А вот и ваша подруга. Похоже, у неё тоже нелёгкая жизнь.
Я обернулся и увидел Рейналу. Выглядела она так, будто хочет всё здесь уничтожить. Мы встретились взглядами, и… она зарумянилась и, опустив взгляд, пошла ко мне.
— Привет… — промурлыкала голубокожая девушка, садясь на стул.
— Привет, — улыбнулся ей. Чудеса, блин. Только хотел её придушить, а стоило оказаться рядом, как отпустило. — Тяжёлая неделя?
— Если не материться, то, да, тяжёлая. Совершила глупость и поздно осознала, что это именно глупость. Благо, вовремя успела всё разрешить. Не без помощи одной скотины, конечно! — она слегка повысила голос на слове «скотина». Видимо, это про меня… — Но всё обошлось. Катастрофы удалось не допустить.
— Это главное. Ты молодец. Правда, — улыбнулся ей, а та вздрогнула и замерла на пару секунд. После чего вытерла слёзы и, обернувшись ко мне, ослепила улыбкой.
— Спасибо. Ты ведь понял, да?..
— Не понимаю, о чём ты, но да.
— Дурак… Прибила бы тебя, — опустила она голову. — Это всё благодаря тебе…
— Или из-за чей-то упрямости… — вздохнув, опустошил стакан и попросил паука повторить. — У меня один знакомый скоро женится. Говорит, одна из невест совсем позабыла про это.
У Рейны едва волосы дыбом не встали, а глаза расширились.
— Скоро уже?
— Скоро. Правда, непонятно, сколько у него невест. Семь или шесть?
Девушка начала мысленно, загибая пальчики, считать, после чего призадумалась.
— Есть смысл в семи?
— Кто их знает, — пожал я плечами и добавил: — Так и с ума сойти можно.
— Согласна… Шесть… — она вдруг прикусила губу. — Или семь?..
— У мужчин всего одна «любилка», а женщин много, — стрельнул в неё взглядом, намекая, что чем меньше невест, тем лучше.
— Любилка! — заржала она, я же лишь пожал плечами. Не люблю я называть вещи своими именами. Не знаю, откуда это у меня. — Шесть так шесть. Но там, наверное, ещё штук пять в запасе, да?
— Две…
— И ещё целая тьма женщин, что вьётся над ним, как мухи над говном?
— Кхм! — услышали мы голос и повернулись к его источнику. А там недалеко от нас сидела женщина-муха. Помню её, она тут часто ошивается со своей командой.
— Прошу прощения… — неуверенно сказала богиня, а та, кивнув, подняла стакан.
— Мы, мухи,
