Читаем без скачивания Клинок флибустьера - Наталья Николаевна Александрова

Мила включила в своем телефоне поисковую программу, и умная программа тут же сообщила, что Сантьяго Вьехо — старинный город на острове Сан-Винсент Карибского архипелага, основанный испанцами в шестнадцатом веке.

Тут же было сказано, что самая ранняя постройка в этом городе — крепость Портобелло…

— Портобелло! — вслух проговорила Мила.

То самое слово, которое было написано на обратной стороне марки…

Тут же, в статье о старинном городе, были приведены фотографии его основных достопримечательностей, среди которых на первом месте находилась та самая крепость Портобелло.

Это была овальная каменная постройка с двумя круглыми башнями разной высоты. Та из них, что выше и тоньше, называлась Длинный Педро, более приземистая носила имя Толстый Санчес.

Мила снова взяла шкатулку и при помощи той же лупы внимательно осмотрела план города.

И почти сразу в левом верхнем углу она обнаружила изображение овальной крепостной постройки с двумя зубчатыми башнями разной высоты…

— Вот она, та самая крепость Портобелло! — проговорила Мила, и слегка нажала пальцем на изображение крепости…

Часть изображения слегка утопилась, как овальная кнопка.

И тут случилось чудо. Или почти чудо.

Раздался негромкий щелчок, и из боковой стенки шкатулки выдвинулся фрагмент с изображением трехмачтового парусника. Он выступал из стенки, как бы намекая, что на него нужно нажать…

И Мила уже вполне осознанно нажала на этот выступ.

Снова раздался негромкий щелчок, и верхняя часть шкатулки откинулась. Как крышка. Собственно, это и была крышка, только незаметная.

Мила увидела внутренность шкатулки, выстеленную потертым зеленым бархатом. И там, внутри шкатулки, лежал маленький фигурный ключик.

— Вот оно! — воскликнула Мила радостно и достала ключ…

И тут же ее радость испарилась.

У нее в руках был ключ, но она, даже приблизительно, не представляла, что этот ключ открывает.

Она чувствовала себя как Буратино с золотым ключиком: ключ есть, но где та самая дверь?

Ладно, подумала она, будем решать проблемы по мере их поступления… Пока она нашла ключ. Этот ключ принес в их дом Павел в тот самый день, когда сообщил о своем уходе. Наверняка это и есть то, о чем говорила Таисья.

Значит, она знает, что открывает этот ключ.

Правда, выведать это у нее будет непросто… но нет ничего невозможного.

И тут же в мозгу появилась мысль. Собственно, не мысль, а как будто чей-то голос сказал:

«Не валяй дурака! Когда это Таисья относилась к тебе по-человечески? Да она на вашей с Павлом свадьбе на вопрос тамады, отчего она грустит в такой радостный день, прямо сказала, что нет у нее никакой радости, а одно сплошное горе. Причем протрубила эти слова на всю комнату, громко, как слон. Или слониха. Так что ничего она тебе не скажет, особенно после сегодняшнего вашего, с позволения сказать, общения. А может, она и сама толком ничего не знает».

«Вполне возможно», — мысленно ответила голосу Мила.

И до чего же ей надоели эти вечные недомолвки и недоговоренности! Она хочет знать все! В какие неприятности влез Павел, чего от него хотят те двое из похоронного бюро, а самое главное: какую дверь открывает этот вот таинственный ключик?

И узнает все сама, ни к кому не обращаясь. Все, терпение ее кончилось!

Значит, нужно выработать план.

Пункт первый. Спрятать ключ в какое-то надежное место. Пункт второй. Наведаться в эту самую «Вечную память». Произвести, так сказать, разведу боем.

Надоело прятаться и вздрагивать от каждого подозрительного звука, пора переходить к активным действиям.

На лестнице хлопнула Витькина дверь. Мила подкралась к глазку и увидела Клаву возле лифта. На ней был все тот же розовый свитерок со стразами и джинсы с цветами по бокам. Да уж, в таком виде вряд ли найдет она хорошую работу. И сумки даже нет, пакет бумажный с ручками вместо нее!

Ранним апрельским утром сорокапушечный фрегат «Морская звезда» почти под всеми парусами шел в направлении острова Кюрасао с грузом шерсти и свинца.

Капитан корабля Уильям Стоун вышел на мостик и удовлетворенно огляделся.

Погода была славная — на небе ни облачка, ветер наполнял паруса, и корабль уверенно шел к своей цели. Команда была дисциплинированной: и умелый помощник капитана, и штурман хорошо знали свое дело. Если погода не изменится, еще несколько дней — и они прибудут в порт назначения.

Единственное, что немного омрачало эту радужную картину — это таинственный пассажир, который занимал просторную каюту на полубаке.

Капитан не любил брать на корабль пассажиров, но за этого человека попросил владелец корабля, сэр Карлайл. Кроме того, пассажир заплатил за свое место очень приличные деньги.

Но вел он себя очень странно. Не вступал в разговоры с офицерами, почти не бывал в кают-компании. Большую часть времени он проводил в своей каюте, даже завтракал там, выходя к общему столу только раз в день, к обеду. И тогда он сидел молча, глядя прямо перед собой, — весь в черном, как ворон Тауэра, и такой же мрачный.

Была у него и еще одна странность: он никому не позволял входить в свою каюту, даже накричал на корабельного стюарда, когда тот хотел прибрать в каюте.

Впрочем, капитан Стоун придерживался полезного правила — не вмешиваться в чужие дела, особенно если тебя об этом не просят.

Капитан хотел вернуться в свою каюту, чтобы выпить утреннюю чашку кофе, как вдруг раздался голос матроса, дежурившего в корзине на топе грот-мачты:

— Корабль на горизонте! Направление зюйд-зюйд-вест!

Капитан забеспокоился. Он взял подзорную трубу, направил ее на горизонт и вскоре действительно увидел вдали паруса большого трехмачтового корабля.

Флаг на его грот-мачте не был виден с такого расстояния, но капитан Стоун забеспокоился: встреча с незнакомым кораблем в этих местах обычно не сулила ничего хорошего.

В этих водах запросто можно было встретить испанского капера, а то и пиратское судно с Тортуги — неизвестно еще, что хуже.

Капитан подумал, что утренний кофе отменяется.

Он подошел к рулевому, чтобы изменить курс таким