но ничего не сказала.
Телемах молча переводил глаза с Габриэль на воительницу и обратно:
— Правда?
— Для начала ты мог бы отвести нас в покои царицы, — предложила девушка. — Этим ты нам очень поможешь.
— Мама, — вздохнул мальчик. — Если б она разрешила стражникам научить меня сражаться на мечах! Но все, что у меня есть, это маленький кинжал. Я нашел его среди старых доспехов отца и до сих пор прячу от царицы, — Телемах вытащил широкий нож с резной рукоятью в виде змеи.
Габриэль отшатнулась, но попыталась изобразить улыбку:
— Очень милый! Э-э… Будь любезен, убери его обратно, мне как-то не по себе. Вообще-то, ножи меня нервируют.
Зена уселась поудобнее и скрестила руки. Похоже, что, несмотря на всю свою мрачность и упрямство, мальчишка не промах. Воительница сочувствовала Одиссею, и ей не хотелось оставлять все, как есть. Любой человек, вернувшийся после долгого отсутствия, заслуживал теплого приема. От сына Одиссей бы его не дождался.
— У меня есть предложение, — вкрадчиво сказала воительница. — Ты помогаешь нам. Ты делаешь только то, что я скажу и когда скажу. А когда мы разделаемся с врагами, я научу тебя сражаться.
— Здорово… — радостно начал паренек, но тут же погрустнел: — Мама мне не разрешит.
— Ну, это я улажу! — пообещала Зена.
— Не может же она вечно тебя опекать, — добавила Габриэль. — Это мы ей и объясним, — она взглянула на небо. — Уже окончательно стемнело. Как мы попадем к царице?
— Я могу приходить к ней, когда захочу, — неуверенно проговорил царевич. — Меня никто не принимает всерьез.
— Вот и отлично, — сказала ему воительница. — Ты еще покажешь себя.
Телемах недоверчиво посмотрел на Зену и покачал головой:
— Из ее покоев был тайный ход, но воины увидели, как царица пытается сбежать, и разрушили его. В главном коридоре день и ночь дежурит стражник. Военачальник говорит, это затем, чтобы царицу никто не потревожил. Враги не разрешают ей выходить, а находиться в покоях могут только две служанки. Стражники сами приносят ей фрукты и воду.
— М-м-м… Справимся, — решила Зена чуть погодя.
— Найдем способ, — поддержала ее Габриэль. Мальчишка взглянул на них, и глаза его сузились. Подруги заметили это, несмотря на почти непроглядный мрак. Темные кудри Телемаха разметались. — Но вас только двое… — сказал он наконец. — И вы обе…
— Девушки, — закончила за него Габриэль. — Не позволяй этому наблюдению сбить тебя с толку, царевич, — она кивком указала на воительницу. — Зена прекрасно разбирается в таких вещах. К тому же, теперь нас трое, верно?
— Верно, — прошептала Зена. Она оглядела остров.
Он был погружен в темноту, только вдалеке виднелась низшая горная гряда, ее контуры выделялись на фоне неба. Справа воительница разглядела огни, горящие в окнах: по-видимому, дворец. Рядом с ним рассеяны были редкие востры, бросающие на палатки красные отблески и вычерчивающие на них темные мужские силуэты.
— Нам пора уходить. Здесь опасно, — сказала воительница. — Габриэль, ты пойдешь рядом с Телемахом.
— Конечно. Нет проблем. А ты?
— Прямо за вами.
Как только они спустились с корабля, Телемах остановил Габриэль у самого борта:
— Видишь костры? Около них сейчас почти все войско. В это время солдаты всегда там, — лицо мальчишки дернулось. — Пьют. Когда взойдет луна, половина уже будет спать мертвым сном.
— А где расставлены часовые? — прошептала над его ухом Зена.
— Кроме того, который следит за моей матерью? — паренек покачал головой. — Двое в рыбацких лодках, спят или просто сидят: Караулят, чтобы лодки никто не украл. Больше никого.
— Шутишь! — не поверила своим ушам Габриэль. Зена еле слышно рассмеялась:
— Им не нужна стража. Зачем? Тут только женщины, прислуга и мальчик. — Телемах напрягся, Зена коснулась его руки. — Это враги так думают. И тебе это выгодно.
— Ах, да, — Телемах кивнул и указал на песчаный берег. — Дорога во дворец здесь. Потом она поднимается вон к тем деревьям, но там палатки. Песок тут плотный, и за плеском волн враги не услышат наших шагов. Да никто из стражей ночью и не взглянет сюда: они знают, что корабли не плавают в темноте.
— Отлично подмечено, — прошептала Зена. — Ты пойдешь первым. Покажешь нам путь. — Телемах снова кивнул и, пригнувшись, быстро зашагал по самой кромке воды. Габриэль направилась за ним, но потом задергалась, дожидаясь воительницу.
— Видишь? От него будет толк, — шепнула она.
— Конечно, — сухо ответила Зена и жестом приказала девушке продолжать путь. Воительница подождала, пока не затихли их шаги, и, затаив дыхание, прислушалась. Одновременно она оглядывала окрестности. Все спокойно. Позади нее на корабле кто-то тихо стонал. Зена вздохнула. Она понимала, что, если она не убьет обоих стражников и не сбросит их тела в море, то рано или поздно враги узнают, что с ними случилось. Не могут же вояки вечно лежать без сознания! «Забудь, — велела себе Зена. — Проблемы надо решать по мере их поступления». Воительница выпрямилась и зашагала вслед за мальчиком и Габриэль.
Они поджидали ее в тени красиво остриженных лавровых Шустов, составлявших дворцовую изгородь. Когда Зена внезапно возникла из темноты точно между Габриэль и царевичем, губы Телемаха изогнулись, но он сумел промолчать. «Вот и хорошо», — подумала воительница. Зене неудержимо хотелось отвесить ему шлепок, но она справилась с собой. Мальчишка показал на неосвещенный угол трехэтажного здания. Дворец оказался вытянутым, недавно побеленным строением с небольшой колоннадой. Царевич кивнул, бросил вокруг быстрый взгляд, скинул сандалии, прицепил их к поясу и босиком побежал вдоль изгороди. Габриэль подоткнула хитон и поспешила за ним; Зена следовала последней, постоянно оглядываясь, чтобы не оказаться захваченной врасплох.
Насколько она могла судить, наблюдения мальчика были верны. Воительница слышала пьяные песни, выкрики, смеялись мужчины — но все эти звуки доносились издалека. Вояки собрались около костров и палаток. В этом крыле дворца царила тишина.
Телемах поднялся по ступенькам, вошел в здание и Замер в темном коридоре. Он дернул Габриэль за рукав и притянул поближе:
— Здесь кухни и помещения для слуг, — прошептал он.
— Никого? — тихо спросила Зена, теперь все трое держались вместе.
— Нет, все давно ушли, — царевич махнул рукой в ту сторону. Куда отправился Сокран и его люди. Воительница кивнула. Телемах указал на низкую лестницу и вышел вперед, словно подруги недостойны были идти с ним рядом. Затем он прошел через забитую огромными корзинами и глиняными кувшинами комнату. Она заканчивалась длинной узкой площадкой-балконом. Телемах снова дернул Габриэль за рукав и указал вперед, на этот раз молча. Зена кивнула. На небольшом расстоянии от балкона располагался еще один. Перескочить на него смог бы даже неопытный прыгун. Площадки, опоясывающие все здание, были одинаково темны, и только из нескольких окон
