Мальчик её развлекает. Точно сказку не помню, только общий сюжет и концовку, но фантазия работает, смело впутываю в канву фрагменты из остального фольклора. Если они вписываются, конечно.
Уходим дальше, осматриваю развесистую, толстую, но не слишком высокую липу. Что это липа, опять сказала Алиса. Не вижу пока нужной развилистой ветки, но дерево интересно в другом смысле. Чуть отхожу. Замечательно! Липа не возвышается над остальными деревьями, она на краю полянки.
— А что там дальше было? — Алиса выражает глазами и всей мордочкой нетерпение.
— Погоди, — со всего маху втыкаю в толстенную кору шило. Да, я его сделал. Обломать стержень отвёртки оказалось не просто, а очень просто. Сделал насечку обломком топора, и это было самым сложным. Потом засунул в трещину в бревне, попросил придержать Алису кусок толстого бруска и ахнул по торцу кувадой. Не с первого раза, но обломал. После этого осталось сходить в местную колхозную мастерскую и упросить какого-то покладистого мужичка наточить четырёхгранное остриё. Длина получилась чуть больше пяти сантиметров. Самое то.
Пробую шатнуть. Сидит вроде крепко. Одновременно подтягиваюсь и выпрыгиваю. Продолжая держаться за шило, хватаюсь за полузасохшую ближнюю ветку. Глять! Она обламывается, я валюсь на лиственно-травяной покров. Ближайшая толстая ветка не меньше, чем в двух метрах. Минут пять пыхчу, изо всех сил обнимая шершавое дерево, пытаюсь влезть. Алиска подталкивает в корму. Не, не получается. Навыка нет, и сил не хватает. Ладушки, я тебя запомню, мы ещё встретимся. Вытаскиваю шило с раскачкой.
Потихоньку смещаемся ближе к речке.
— Так что дальше-то было? — Опять пристаёт Алиска.
— Дальше? — Вспоминаю, на чём остановился. — Ага. Джузеппе дал Буратино хороший совет. Сходить к черепахе Тортилле. А что? Ей триста лет, она много чего знает. И пошёл Буратино к Тортилле…
Тэк-с! Кажется, нашёл очень перспективное дерево. Ива — подсказывает девочка. Так вот, на этой иве с десяток развилок на каждой крупной ветке. Осматриваю со всех сторон.
— Тортилла тоже не знала, зачем у Буратино шуруп вместо пупка. Но она дала ему подробные указания, — продолжаю повествование.
— Пойди, говорит, в лес, и Тортилла машет лапой в ту сторону, найди там старушку. Она живёт ещё дольше, чем я. Она уже была старой, когда я только вылупилась из яйца. Если она не знает, как тебе помочь, то никто не знает. Сказала так старая черепаха и уснула. Кое-как разбудил её Буратино, колотя носом по панцирю. Так, где тот лес, говоришь? Как его найти? Дубрава там, говорит Тортилла, и показывает лапой. И мнится Буратино, что уже в другую сторону. Вот ты калоша старая, — думает он про себя. И снова сомкнула глаза черепаха и уплыла на дно, чтобы отстал от неё надоедливый деревянный мальчик…
— О-о-о-у! — Издаю торжествующий вопль. Нашёл! А вот как теперь добраться? Лезу на дерево с ножом в зубах, как бывалый индейский воин.
До самого конца не доберусь. Так что приходится пилить и резать ветку с большим запасом. Алиса терпеливо ожидает. Наверняка продолжения, а не конца моих эквилибристических упражнений.
Ива не из твёрдых пород, к тому же ветка не сухая, так что дело движется споро. Наклоняю вниз, Алиска подпрыгивает, тащит вниз. Общими усилиями справляемся. Хочу разделать на месте, но девочка останавливает.
— Не надо сорить. Отнесём домой, обрезки в печку.
Хозяйственная барышня. Так что тащим покорно шуршащую сзади ветку целиком. За моими россказнями время уходит незаметно.
— Вернулся домой Буратино озадаченный. Вечером собрался семейный совет, сверчок, Буратино, папа Карло и дядюшка Джузеппе. Судили-рядили они до самой ночи, наконец, кое-что вспомнил Джузеппе. Ходил он как-то в тот лес с дубравой. Старушку не видел, она в самой чащобе жила. Следующим днём собрал папа Карло Буратино в дорогу. Снабдил его тремя железными хлебами и тремя парами железных сапог, чтобы дольше не снашивались. Ещё изладил лук со стрелами. Мало ли что. На следующее утро дядюшка Джузеппе вывел деревянного прид… то есть, мальчика в нужную сторону и показал, куда надо идти… А вот мы, уже пришли.
Во дворе к моему восторгу выясняется, что ветка одарит меня сразу двумя подходящими рогатульками. Принимаюсь за работу. Алиска, зараза, не отстаёт от меня, требует продолжения.
— Продолжение позже. Щас некогда, — тут выходит бабушка, сразу ору на неё, знаю, что сейчас будет. — Басима! Сегодня за травой не пойду, ты мне до сих пор жгут не купила!
Начинается жаркий спор. Заканчивается компромиссом. За травой мы идём, но завтра, прямо вот с утра, бабушка поедет в райцентр. Там есть аптека.
— Сразу предупреждаю, — строго говорю бабушке, — не поедешь, одна за травой будешь ходить.
Бабуля обречённо вздыхает. У меня есть свой интерес. Я тренируюсь. Кипа травы на горбу — неплохое отягощение. И с ней возвращаюсь бегом. Причём несколько раз, так что бабуля нарадоваться не может. Она ликует, как кот Матроскин, «С тобой, дядя Фёдор, мы в два раза больше сена для нашей бурёнки заготовим!». Но про свой интерес помалкиваю. Знаю этих взрослых, они тут же ещё плату навесят за то, что на них работаешь. Как в анекдоте: так любил свою работу, что платил деньги за то, что позволяли её делать. Маркс отдыхает со своей теорией прибавочной стоимости. Он ничего про мою бабушку (и родителей) не знал.
Эпизод 4. Второй выход
Сцена 1. Абзац нечаянно нагрянет
— Мальчик! Тебя как зовут? — Пересекаюсь недалеко от дома с двумя девчонками.
Они по другую сторону дороги движутся. Уже прошли мимо, но вдруг обратили на меня внимание. Заметно старше меня. Одна чуть выше, вторая на голову. И глазки у обоих такие хитренькие, что разом лишает меня беспечности. Это у взрослых мошенников самые честные глаза, у детишек всё на лице написано. Глазом не успеешь моргнуть, как объегорят.
— Иди сюда, чо скажем, — девчонки ожидают, но торопиться не собираюсь.
Удерживаюсь от рефлекторного «Идите в жопу!». Девчонки ничего плохого мне не сделали, наверное, познакомиться хотят для начала. Но мне влом. Тонко чувствую один момент, кто к кому по зову подходит, тот поневоле и слегка, но становится в зависимое положение. Младший к старшему подходит, но никак не наоборот. Конечно, они старше, но это же только видимость.
Отмахиваюсь. Иду дальше, я решил, что на речку неплохо бы сходить. На данный момент уже вооружён шилом и короткой палкой, рогатка в процессе изготовления. Слышу догоняющий топот, но мне нет дела до этих малолеток. Поклонниц у меня для моего возраста и без них избыток.
— А ты чего к нам не подошёл? — приторно ласково
