Откуда эти сверхсильные странники взялись? Хороший вопрос, но, боюсь, они мне не захотят отвечать на него. С другой стороны, не такие уж они всесильные, раз Эвелейн не смогла помочь Амодэе. И, честно говоря, сейчас меня это совсем не радовало.
Ладно, мотивы этой странницы мне неизвестны, но она хотя бы старается помочь, да и о Мелли уже узнала немало, о чем её стоит расспросить поподробнее. Всё же мне нужно знать, как растить богиню, а уж кто ещё может знать об этом, как не другая высшая сущность.
— Мелли, у тебя всё хорошо? – спросил я, глядя на очень уж серьезную юную богиню, которая неотрывно смотрела на Амодэю.
— Да, – кивнула она. – Просто мне кажется, что я вижу, как энергии внутри её тела меняются и формируют что-то необычное. Но у меня пока не получается рассмотреть всю картину. Я пытаюсь научиться делать так, как делала Эвелейн. Акадия внимательно следила за ней и всё хорошо запомнила. Так что мне нужно лишь повторять всё в точности, пока Амодэя не придет в себя. Но пока я ещё не готова, мне потребуется больше времени.
– Тогда я полагаюсь на тебя, Мелли, — сперва я не нашел чего сказать, но потом я решил просто поверить в девушку, уж слишком серьезный у неё был вид.
— Правда? – она была удивлена.
– Ты меня обижаешь, Мелли, – наигранно расстроился я. — Я в тебя всегда верил, вот и сейчас считаю, что ты справишься. А пока ты будешь занята, я заберу у тебя Лорриэль.
Вампиршу не удалось растолкать, так что я просто поднял её на руки и донес до кресла. Я знаю, как её разбудить. О, нет, я не собираюсь её пробуждать своей кровью, у меня есть средство куда более надёжное и сногсшибательное. Я достал из инвентаря горшочек концентрированной горечи и поднес к носику девушки.
Лорри почти моментально замахала руками, едва не опрокинув мое сверхоружие против архидемонов и других высших сущностей. Я быстро убрал свой случайный эксперимент обратно и с интересом смотрел на главу Сомбры.
— Ух, какая гадость, – Лорриэль схватилась за горло, потом открыла глаза и вцепилась уже в меня, а точнее в мой воротник. – Воды! Воды!!!
Пришлось быстро искать что-нибудь, но у меня имелись только зелья исцеления и хм… святая вода, которую мне вручила Сильверия. Нет, я не настолько жесток, чтобы предлагать её девушке, которая помогла мне решить весьма серьезную проблему. Поэтому пришлось отдавать зелья.
— Ещё, — попросила Лорри, парой глотков выпив флакончик, и только после третьего она смогла остановиться. — Ф-ух. Какая вкуснятина. Клубничная, мой любимый вкус, -- она зажмурилась на какое-то время, потом открыла глаза и перевела взгляд на меня. И в этом взгляде читалась обида и осуждение. – Я к тебе всем сердцем, а ты издеваешься. Что это вообще было?
– И в мыслях не было над тобой издеваться, – поднял я руки в примиряющем жесте. – Просто использовал местный аналог нашатырного спирта.
– Больше так не делай, а то это прям жесть какая-то, будто чеснок настояли в святой воде, перелили всё в серебряную бутыль и дали выпить. Жуть, – вампирша аж передернулась, то ли от отвращения, то ли от страха. – Мог бы и кровью пробудить. Сил на Ивирнейлу и Амодэю ушло немало, вот я и спала. Кстати, мне бы не помешало восстановить силы. Алексей, ты же не будешь против, верно? Как раз хватит, чтобы загладить вину, – девушка облизнулась и гастрономическим взглядом посмотрела на меня.
– Я вам не помешаю? – из пола показалась голова Касель и посмотрела в сторону Лорри. – Может, у меня попробуешь кровушки?
– У призраков она разве есть? – недоверчиво посмотрела на неё глава Сомбры. – Что-то я о таком не слышала. Но мне бы лучше самой обычной кровушки.
– Может и есть, – усмехнулась Касель.
– Выпей моей, – вдруг сказала Мелли, но вампирша лишь отрицательно покачала головой.
– Нет уж, мне и с Амодэей одного раза хватило, чтобы не пить кровь слишком сильных сущностей, – вздохнула Лорриэль и осела на пол, опустив руки. – Вот только слабость не даёт нормально действовать. Алексей, ты поищи пока мне крови, а я выйду на какое-то время. Когда найдёшь, сожми мою руку, и я вернусь в Рейнею. Пойду чайку выпью с блинами и клубничным вареньем, а то ты мне аппетит раззадорил своими эликсирами.
Спустя совсем небольшое время Лорриэль стала какой-то безжизненной куклой, чем-то похожей на Амодэю, разве что стояла на месте застывшей статуей. Хм… а может быть разум пчёлки в каком-то другом месте? И его нужно не восстанавливать, а найти. Идея интересная, надо будет узнать об этом поподробнее.
А теперь нужно подумать, чью кровь предложить вампирше? И почему она не спросила о моей. То есть только попеняла, что не пробудил её кровью, но вот ничего не сказала о том, чья она должна быть. Может ей Эвелейн пригрозила? М-да, звучит вполне правдоподобно в свете открывшейся информации.
Эльфийки будут слишком сильны для неё, Нари и Сильверия, боюсь, могут убить своей кровью, а вот Фелла, Элейя и Эвелетта, в принципе, могут поделиться кровью, если будут согласны это сделать и ещё Катта с Орианной.
– Сель…
– Фелла сейчас в Фермире вместе с сестрами, Орианна ещё в Каварнаке занимается подготовкой к празднику и скоро вернётся обратно в Халаэлению, а вот Катта, кажется, в тронном зале о чем-то грустит, – призрачная королева ответила на мой вопрос, хотя я его не задавал. Мысли она читать не умеет, просто она очень умная и сама догадалась обо всём. – А вот насчёт того, подойдёт ли вампирам кровь жителей Халаэлении, то я сильно в этом сомневаюсь.
– Спасибо Сель, – кивнул я и перешёл тропой в зал, так и не услышав, что хотела сказать призрачная королева.
Катта сидела на ступеньках, неподалеку от трона и смотрела куда-то вдаль. Впрочем, она сейчас глубоко задумалась, поэтому не обращала внимания на происходящее вокруг. Что ж, пора ей немного взбодриться.
– Катта, мне нужна твоя помощь, – пришлось слегка потрясти девушку, чтобы она меня услышала.
– А? Да. Что нужно сделать? – воительница пришла в себя.
– Ты сможешь дать выпить немного своей крови Лорриэль? – спросил я.
– Без проблем, – также меланхолично ответила девушка.
– Что ж, раз с этим вопросом разобрались, то вернёмся к другому. Что тебя тревожит, и почему ты грустишь? – я внимательно посмотрел ей в глаза.
Она долго колебалась, прежде чем что-либо ответить мне. Катта, то смотрела на меня, то вздыхала с сожалением, то злилась на себя. Но всё же она решила ответить на мои вопросы.
– Я просто задумалась над тем, а зачем мне всем этим заниматься? Так ли нужна моя работа? Да и вообще, так ли нужна я? – вздохнула она. – Я не являюсь богиней, как Нари, и во мне нет королевской крови, как у Элли, Ори и Сель, у меня нет уникальных способностей, как у Элси и Сильверии. Да у меня даже таких замечательных ушек нет, как у Феллы. В итоге, я выгляжу слишком блеклой, в сравнении с остальными.
Нет, я не завидую остальным, ведь каждая пережила так много боли, какой не пожелаешь врагу. Вместо зависти я могу лишь порадоваться за них. Самой же мне нужно стремиться к чему-то, но я не вижу своей цели.
Я думала, что мне больше понравится разведка, где требуется использовать скрытность и маскировку. Но в результате я стала ещё более незаметной и серой. Я не чувствую себя довольной, уже давно не испытываю радости. Мне стыдно и больно из-за того, что я не порадовалась, когда появилась возможность помочь Ивирнейле. Поэтому я не смогу в глаза смотреть великой чародейке.
И я стала ловить себя на мыслях, что мне попросту нет смысла дальше… – он не закончила фразу и глубоко вздохнула. – Я стараюсь изо всех сил, но таких результатов, как у других девушек, у меня нет. Как исправить это я не знаю. Из-за всех этих мыслей я и грущу.
Всё было непросто, и я просмотрел такой момент. Как-то не задумывался над тем, что у других может возникнуть депрессия. М-де, не самый хороший из меня лидер оказался, раз даже у самых близких не разглядел подобных предпосылок заранее.
– Знаешь, сейчас ты очень похожа на меня, когда я ещё не попал в мир Рейнеи. Брат погиб, родители тоже, а потом и любимая, которую я не смог спасти. Жизнь потеряла всякий смысл, придавив меня многотонной скалой, и долгое время я жалел, что эта скала эфемерная, так как тоже хотел отправиться вслед за своими близкими, но не мог.
