Читаем без скачивания Подозреваются все (вариант перевода Фантом Пресс) - Иоанна Хмелевская

У Витольда успел остыть чай, и теперь он запивал завтрак остывшим. Я рассеянно наблюдала за ним, а сама гадала, на какой стадии находится следствие. Что касается меня, то я свое дело сделала. На листок бумаги занесла в хронологическом порядке расписанные по часам и минутам действия моих коллег и сейчас раздумывала над ними, готовясь к разговору с Алицией.

Отвлекал Витольд. Он тоже, похоже, о чем-то напряженно размышлял, потому что ел как-то очень странно. Вот он достал помидор, откусил. Судя по выражению его лица, помидор оказался невкусным. С отвращением посмотрев на него, Витольд бросил его в корзинку для бумаг, а потом взял солонку и, наклонившись к корзинке, старательно посолил помидор.

— Что вы делаете, пан Витольд? — тихо поинтересовалась я.

Тот взглянул на меня, потом на помидор в корзине и вдруг принялся дико хохотать.

Лешек занят был созданием очередного шедевра. Стоя за своей чертежной доской, он рисовал на кальке тушью следующую картину. На секунду оторвавшись от творческого процесса, он взглянул на Витольда.

— И этот готов! Последний нормальный человек. Говорю вам, у нас тут зараза в воздухе. Ни один не уцелеет!

И, обмакнув палочку в тушь, он размашистым жестом нанес на полотно еще один мазок мастера.

— Ну чего пристали! — сконфуженно оправдывался Витольд. — Просто помидор показался мне невкусным, а я просто забыл его посолить. Не выношу несоленые помидоры!

— Поэтому вы решили досолить его в корзине? И вы тут спятите, — вздохнула я.

— Да нет же, я просто задумался… Знаете, меня удивляет одна вещь. Как они в кабинете ничего не слышали? Ведь рядом с конференц-залом, к тому же дверь соединяет. И вообще не дает покоя что-то, связанное с кабинетом…

Янек не дал ему договорить:

— Кажется, Збигнев что-то слышал. Говорит, слышал, вроде разговаривали два мужских голоса, но он внимания не обратил, потому что уже выходил из кабинета.

— А Зенона при этом не было?

— Был, но недолго, он тоже вышел, еще раньше Збигнева… Тот не говорил, что слышал. Вернее, говорит, что не слышал.

— А Збигнев не понял по голосам, кто говорил?

— Нет, понял только, что оба мужские.

— А что было потом? — спросил Витольд. — Вы сказали, пани Иоанна, что как только Збигнев увидел мертвого Столярека, так и напустился на вас. А вы не обратили внимания, откуда он вошел в конференц-зал? Из коридора? А Зенон?

— Из коридора.

— А почему не прямо из кабинета?

Все трое очень неинтеллигентно смотрели на Витольда, озадаченные его простым вопросом.

— И в самом деле, — повторила я. — Ведь это же ближе! И дверь не заперта.

— А она не была заперта?

— Не имею понятия. А вы не знаете? Оказывается, никто из коллег не обратил внимания на дверь, соединяющую кабинет начальства с конференц-залом. Обычно она была открыта, и я даже не знала, запирается ли она и где ключ. Естественно, из кабинета проще всего попасть в конференц-зал именно через эту дверь. И когда, услышав о преступлении, народ кинулся в зал, почему Збигнев и Зенон не воспользовались ею, а дали кругаля?

— Смотрите-ка, вот и улика! — радовался Янек — Интересно, милиция это сообразила?

Витольд сомневался:

— Не знаю, улика ли… Мне и в самом деле непонятно это, но, может, они просто растерялись?

— Когда в конторе поднялся шум и народ помчался в зал, они еще не знали, в чем дело. С чего тогда растерялись?

— И что тут непонятного? — презрительно бросил Лешек, не отрываясь от картины. — Просто убийца запер дверь, чтобы ему не мешали.

— Янек, ты дольше всех работаешь в мастерской. Вспомни, была ли когда-нибудь та дверь заперта?

Янек добросовестно подумал и отрицательно покачал головой.

— Нет, не могу вспомнить, чтобы была заперта. И даже не знаю, есть ли от нее ключ. Ключ! Может, это тот самый?

Мы сразу вспомнили ключ из нашего вазона.

— О каком ключе вы говорите? — спросил Витольд. Пришлось коротко рассказать ему о происшествии с вазоном.

— А, вот в чем дело! А я с самого утра собираюсь спросить, чем это у вас так воняет. Вы думаете, действительно тот ключ?

— Не мешает нашим Холмсам намекнуть об улике, пусть поломают головы.

С допроса Януш вернулся явно встревоженный. Он закурил и набросился на меня:

— Надо же такое придумать с Тадеушем! Экстра-класс, ничего не скажешь! Целый час меня мурыжили, и теперь я уже не знаю, кто отдал концы — Тадеуш, Зенон или еще кто — и случайно не я ли убил. Совсем голову задурили. Я в таких условиях не могу работать! Без пол-литра не разберешься. Лешек, идешь?

Неожиданное предложение было встречено Лешеком с искренней радостью. Он тут же свернул свою творческую деятельность, и не успели мы оглянуться, как их уже не было.

Януш не сказал толком, о чем его спрашивали, но из его сумбурных претензий я поняла, что зерно, брошенное Мареком, попало на благодатную почву, и следственные власти действительно не исключают возможность ошибки. Не того убили, кого хотели… Тут и я почувствовала, как у меня ум заходит за разум, еще немного — и совсем спячу. Скорей, скорей поговорить с Алицией! Поэтому, не дождавшись двенадцати, я прихватила свои записи и Алицию, и мы отправились в кафе.

Делиться с подругой своими сомнениями я начала с конца.

— Глупости все это, — решительно заявила Алиция, выслушав сообщение о последних достижениях следовательской мысли. — Так могут думать они, но не мы! Глупости! Неужели ты серьезно думаешь, что кто-нибудь из нас не отличит Зенона от Тадеуша?

Теперь и я стала сомневаться.

— Но они вроде бы одного роста. Может, сзади…

— Со всех сторон! Зенон блондин, а Тадеуш черный. И даже лысели по-разному: Тадеуш сзади, а Зенон спереди. Разве что убийца был в дымину пьян, а вчера до такой степени пьяным я никого в мастерской не видела.

Подумав, я согласилась с ней. И предложила:

— А теперь постараемся отбросить глупости и станем рассуждать по-умному.

— Думаешь, сумеем?

— Во всяком случае, постараемся. Давай по порядку. Начнем с самого начала. Почему Тадеуш перед смертью вышел из комнаты и отправился в конференц-зал?

— Потому что после смерти это у него вряд ли бы получилось.

— Я серьезно спрашиваю!

— Наверное, хотел умереть в тишине и спокойствии. Знаешь, какой шум у них в отделе? Ладно, не сердись, давай серьезно. Только, знаешь, я путаю — что произошло на самом деле, а что ты придумала. Телефонный звонок ты придумала?

— В самую точку попала! Был телефонный звонок, чтоб его… Все получилось в точности так, как я придумала. Когда зазвонил телефон, в комнате сидели Анджей и Данка. Значит, эти двое точно отпадают, ни он, ни она позвонить не могли.

— Хорошо хоть две штуки отпали. Во сколько это было?

— Почти в двенадцать пятнадцать, это мы определили благодаря радиопередачам. И если уж мы по этому принципу определяем невиновность людей, придется признать невиновными также и Зенона, Ольгерда и Монику. Они заседали в кабинете.

— Какая жалость! — вздохнула Алиция. — А я все еще надеялась, может быть, это Зенон!

— Ничем не могу помочь. А в нашей комнате ручаюсь за Януша, сиднем сидел за своим столом, собственными глазами видела. Лешек и Янек тоже были, но они выходили из комнаты, поэтому не могу за них поручиться, они имели возможность позвонить откуда-нибудь. А как у тебя?

— Спасибо, все здоровы.

— Алиция, не серди меня! Давай серьезнее.

— Давай. Вот у меня записано. У нас в это время сидели Стефан, Казимеж, Рышард, Веська и Владя. И еще Каспер был.

— Ты уверена?

— Полностью. Орали во весь голос, потому что Каспер включил радиоприемник на всю катушку, вот они и старались его перекричать. Этот крик стоял у нас до полпервого.

— И никто не звонил по телефону?

— Звонил. Я звонила. Но слово даю, не Тадеушу.

— А когда ты подслушала из туалета разговор Збышека с дамой?

— Сразу после этого. Так с кем он был? Неужели с пани Глебовой?

Я не ответила. Алиция сейчас разгадает тайну Збигнева, ничего не поделаешь. Хорошо еще, что именно она, а не кто-нибудь другой. Алиция будет молчать, уж я знаю, но пусть догадывается сама, не стану ей в этом помогать. Алиция выжидательно смотрела на меня.

— Знаешь и не скажешь, да? И не надо, сейчас сама соображу. Мы уже установили, где наши бабы находились, ничего не известно лишь о местопребывании пани Глебовой, Ядвиги… и Анки. Анка?!

— Анка, Анка, догадалась — и успокойся. Именно тут зарыта собака, которая мне страшно не нравится, но пока оставим эту тему. Давай же наконец вычислим, кто звонил. А то, глядишь, всех исключим, и выходит, это сделало привидение.

— Совсем неплохо выходит, одно к одному: информацию милиции поставляет покойник, а по телефону звонил бесплотный дух. Погоди, я все еще никак в себя не приду. Неужели Анка? Значит, она вовсе не торчала в туалете, поправляя одежку, а ворковала со Збышеком? Потрясающе!