Что если с возвращением силы я стану неким подобием вселенского зла? Что если не смогу себя контролировать? Причиню вред невинным.
Поток моих нерадужных мыслей прервала рука, коснувшаяся моего лба. Резко распахнув глаза, увидела склоняющееся ко мне лицо Аима.
– Как ты? – спросил друг.
– Жить буду. Ты уже знаешь?
Не стала ходит вокруг да около. Думаю, Саллос все ему рассказал.
– Да.
– Что об этом думаешь?
– Не знаю. Но если узнают остальные, то на тебя начнется охота.
Вот об этом я не подумала. Аим прав, никто из демонов не будет терпеть рядом с собой ведьму, которая обладает магией, перед которой они будут бессильны. Поэтому светить тем, что у меня пробудилась сила, явно не стоит.
– Что произошло в библиотеке? Как так получилось, что именно там твоя сила пробудилась? Что её спровоцировало?
– Значит, твой друг с тобой не поделился? – не без злорадства заметила я.
Во мне прибавилось язвительности.
– Нет, он не вдавался в подробности.
– Зря, это было занимательно. Он сказал, что я буду его наложницей, одной из сотни.
– ЧТО? – от удивления глаза демона расширились, затем он нахмурился и стиснул челюсти. – Может, ты не так поняла?
– Всё так я поняла. Сказал, что я буду одной из девушек гарема, и жена ему не указ.
– Но это невозможно! Между вами ничего не может быть! Вы несовместимы!
Я покраснела, как перезревший помидор, чем себя и выдала.
– Или?
Смутившись, опустила голову. Мне не хотелось говорить. Все же это касается только нас двоих, но Аим настаивал. Затем появилась злость на друга.
– Или! Тебя это не касается, – грубо ответила другу.
Демон опешил, никогда не говорила с ним в таком тоне. Глубоко вздохнув, прикрыла глаза.
– Прости. Не знаю, что со мной творится. Я в ярости, злюсь и хочу отлупить весь мир. Аим, это не то, о чем мне хочется говорить. И всё уже в прошлом.
– Хорошо, я не буду настаивать. А перепады настроения – от того, что ты недавно пережила.
– Да, наверное. Спасибо тебе. Кстати, в библиотеке я познакомилась с дядей Саллоса.
– С Набериусом? – удивленно спросил демон.
– Ну да, а у Верховного разве есть еще родственники?
– Нет, только дядя. Он тебе ничего не сделал?
В голосе Аима прозвучало беспокойство.
– Нет, даже был милым.
– Ты точно с Набериусом познакомилась? Этот старый прохвост ненавидит ведьм.
– Да не выглядит он старым. С голубыми глазами и пепельными волосами смотрится эффектно.
– И правда, по описанию он, – бубня себе под нос прошептал друг.
– Аим, мне ведь не показалось что у Верховного с его дядей натянутые отношения?
– Не показалось. Но не у меня спрашивай причину.
– Я не хочу с ним разговаривать. – А также видеть его не хочу. После того что увидела в саду и что сказал и сделал в библиотеке, он стал мне противен. Ну, если быть честной, то не совсем противен, но видеть все равно не хочу, пока не хочу.
– Эльза, тебе ведь не просто так захотелось вдруг почитать?
Сердце участилось, руки моментально увлажнились. Аим ведь ничего не знает? Он ведь не знает про кристалл? Я не знала, что ему сказать. Но демон, сам того не зная, подбрасывает правильный ответ.
– Что ты увидела в саду?
Вот оно! Точно, сад.
– Пару в беседке, которая была поглощена лобзанием друг друга. А точнее, Эмилиану и Саллоса.
Ну вот, я это сказала. А боль опять ворчливо зашевелилась внутри.
– Но я их не видел!
Как это? Он же рядом был.
– Как ты мог их не заметить? Ты же рядом со мной стоял.
– Сам не знаю. Может, тебе показалось?
Ага, как же…
– Нет, не показалось. Ладно, давай закроем тему.
Умоляюще посмотрела на демона, но на то он и демон, что бессердечен.
– Что у вас с ним?
Ох, знать бы мне, что у нас…
– Ничего. Он мне противен!
– Думаешь?
– Уверена!
Ожидаемо Аим мне не поверил. Да, я врала ему, нагло и беззастенчиво. Я пыталась врать и себе, но получалось плохо. Демон пустил свои корни в моем сердце так глубоко, насколько это возможно.
Меня словно магнитом тянуло к нему. Я даже не могла дать разумное объяснение происходящему.
Не хотела это спрашивать, вот не хотела…
Но спросила:
– Аим, Эмилиана – какая она?
Демон на минуту задумался, но затем ответил.
– Заносчивая, беспринципная, коварная. Из очень влиятельной семьи. Решение о браке с Саллосом было принято еще тогда, когда он был совсем юн. Его дед дал кровную клятву, и нарушить её невозможно.
– Совсем невозможно? – вот не знаю, зачем я это спросила.
– Есть один призрачный шанс, – ответил Аим.
– Почему призрачный?
– Потому что после Большого раскола никто еще не встречал истинных.
Опять эти истинные. Да и дела мне до Верховного не было. Правильно говорят: «Меньше знаешь, крепче спишь». Зачем я спрашивала?
– Эльза, будь с Эмилианой осторожна. Эта ненормальная может что угодно сделать. Ей не составит труда переломить твою шею и сказать, что ты сама споткнулась.
– Я это уже поняла. Но спасибо за беспокойство.
– И еще постарайся скрывать свои эмоции. Ты как открытая книга, даже для человека. А мы демоны, чувствуем каждую эмоцию.
Это что получается, что Саллос чувствовал всё, что я испытывала? Это провал! Чувство глубокого стыда и паники заполнили мой разум. Сколько раз я мысленно облизывалась, глядя на Верховного?! А другие это тоже чувствовали? Боже, какой стыд!
– Вы и ложь чувствуете?
– В основном.
– Как это?
– Если ты сама веришь в то, что говоришь, твои эмоции не меняются, и физически никак не выдаешь свою ложь, то демон не поймет о ней. Все же мы не умеем читать мысли.
Это не очень обнадеживало. Понадобятся годы практики, чтобы идеально контролировать эмоции и физиологию.
– И, Эльза, еще раз говорю. Не питай лишних надежд насчет Саллоса. Что бы он не думал, Эмилиана избавится от гарема.
– Никаких иллюзий на его счет я не питаю. Он вообще мне безразличен! – запальчиво ответила другу.
ХА! Он чувствует эмоции. Кого я пытаюсь обмануть.
– Хорошо, если так, – сказал друг, сделав вид, что не заметил мою
