что говорить.
— Это не твоя вина.
Ян трет лицо, а я двигаюсь на другой край кровати, чтобы лечь удобнее. Сворачиваю из одного одеяла себе подушку, на которую можно закидывать ногу. А вторым укрываюсь.
Пока мужчина думает над ответом, я хочу расслабиться и отдохнуть. Даже прикрываю глаза, хотя внутри звенит тревога. Мы с Яном, оказывается похожи. Потому что меня тоже бросает из одного состояния в другое.
То я боюсь Волкова, каждое движение отслеживаю. То веду себя так, словно ничего страшного не происходило. А что, не каждую девушку её бывший похищает?
— Мозг своеобразная штука, — Ян падает на кровать, даже не спрашивая разрешения. — Иногда я просто отбрасываю тот факт, что ты — это ты. Дочь Авдеева, была на практике в Испании… Иногда ты — просто Соня из больницы, забавная медсестра с обворожительной улыбкой. Это кажется безумием, но это… Что-то вроде гибкой психики. Память просто отбрасывает ненужное, чтобы не быть всё время в напряжении.
— Я понимаю. Уж поверь, я понимаю, — шепчу, прикрывая глаза. Мужчина лежит так близко, можно просто протянуть руку и коснуться его. — И что? Это помогало тебе? Помогало выдержать меня рядом, притворяться заинтересованным? Ты попал в больницу ради этого? Чтобы меня…
— Нет. Твой отец устроил для меня аварию, повезло, что я выжил. Меня запихнули в ту больницу, скажем так, друзья. Сначала не хотел оставаться, а потом решил, что смогу что-то узнать.
— И я…
— Нет. Я не знал, о том, что ты дочь Авдеева. Уже после, узнал сразу две новости: и о беременности, и о родственных связях. После того, как у нас был роман.
Я задыхаюсь от этих слов, давлюсь ими. Мотаю головой, словно пытаюсь отбросить. Потому что это всё меняет. И от этого ещё хуже. Если поверить, что Ян ничего не знал…
Значит, он так легко отказался от меня. Это не было планом или попыткой мести. Просто я ничего не значила тогда, не была приоритетом или важной деталью.
— Кто такая Ада? — спрашиваю, стараясь увести тему. — Ты о ней говорил…
— Моя подруга, из приюта. Мы вместе росли и ненавидели друг друга. Она чуточку сумасшедшая, всегда пыталась ударить первой и нападала. Отбиться от неё было непросто. Мы оставили друг другу шрамы, а после стали заклятыми друзьями.
— Странная дружба.
— Хочешь выжить — нужно учиться драться до последнего.
— Мне тоже так нужно? Если я вдруг стану жестокой и бесстрашной…
— Ты не такая, и поверь мне, это хорошо. К тому же, кто-то боялся остаться без оливок.
— Ян!
— В выживании не должно быть слабых мест, никогда. Я допустил ошибку, завел семью и после по этому ударили. Теперь вот снова…
— Семья это не ошибка. Нельзя так говорить о детях, — бурчу, сильнее укутываясь в одеяло. Глажу живот, словно успокаивая ребенка. — Наш малыш не ошибка.
— Млять, Сонь, я не об этом. Конечно, не ошибка. Я никогда так не говорил и не скажу. Просто семья — это слабость и риск.
— Тогда…
В горле сухо, а в голове мелькают картинки. Воспоминания, которые я сегодня пыталась запереть как можно дальше. Не думать, не анализировать, не спрашивать.
И всё равно произношу с горечью:
— Почему тогда у тебя есть другая?
Глава 15. Соня
Где-то в глубине души я ненавижу себя за подобные вопросы. Что не могу удержаться и лезу к Яну, когда это совсем не моё дело. Ну, есть у него кто-то, это меня не касается.
Но вопрос не вернуть обратно, а мужчина внимательно рассматривает меня. Приподнимается на локтях, хмурится. Жалею, что уже поздно притвориться спящей.
— Начнем с того, что моя личная жизнь тебя не касается.
— Я знаю, — киваю, ощущая горечь внутри. Она, как кислота, стекает ниже по телу. Свинцом наполняет живот, вызывая желание спрятаться. — Прости, я просто…
— Второе. У меня никого нет, золотко. Твоя ревность беспочвенна.
— Я не ревную! Вот ещё, — фыркаю, но когда мужчина тянется к моему животу, не отталкиваю его. — Я просто видела в окно. Тебя, с ребёнком и девушкой. И…
— И решила, что у меня есть семья, но при этом я переспал с тобой?
Жму плечами, потому что объяснений нет. Просто сковало всё тело, когда увидела Яна с другой. Жаль, что нельзя разлюбить человека просто по желанию. Щелкнул пальцами и всё прекратилось.
Я не могу разобраться в себе, слишком сложно. Ян преступник. А ещё он не самый внимательный и милый мужчина. И похитил меня, не стоит забывать. Ну и грубиян, ладно.
Но при этом я знаю, каким он бывает. Не только в больнице, когда пытался затянуть меня в койку. Но и даже здесь, когда всплыло, что я дочь Авдеева.
Успокаивает, терпит мои вечные слезы, хотя мог просто накричать и отправить восвояси, закрывая эту тему. Мол, реветь нельзя, кто-то ещё бы и прикрикнул, что у меня гормоны шалят.
— Это жена моего друга, — Ян объясняет, а я улыбаюсь. Натягиваю на лицо одеяло, чтобы он ничего не заметил. — Сын Миры и Царя обожает меня, мы столкнулись случайно. Мне просто нужно было подышать свежим воздухом.
— А мне?
— А с тебя хватит прогулок. Завтра выйдем с утра, после мне на работу. Останешься с охраной, так тебя устроит?
— У меня всё равно нет выбора.
— Ты права.
Разговор медленно затихает, нет больше вопросов. И уж точно не собираюсь обсуждать легкость внутри. Просто знакомая, чужие дети, никого у Яна нет.
Жду, когда Волков уйдет. Но он не спешит, даже не двигается. Продолжает касаться моего живота, словно надеется почувствовать толчок малыша.
Наблюдаю за его сосредоточенным выражением лица. Внимательным,
